Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

«Смотри, какой член прошел! »

Алла Боголепова о том, как комплименты и шутки становятся сексуальным домогательством

Прослушать новость
Остановить прослушивание

Иногда старые истории всплывают, потому что в эпоху интернета никто ничего не забывает. Услужливый фейсбук ежедневно сообщает «У вас есть воспоминания» и выводит на страницу десяток-другой событий, произошедших в этот день много лет назад. Цифровой мир, ничего не поделаешь.

А иногда старые истории всплывают потому, что их вытаскивают на поверхность сами участники — с целями разнообразными и разнообразными же последствиями. Громкий сексуальный скандал, сотрясший два года назад редакцию известного сетевого издания, на тот момент, можно сказать, флагмана борьбы с харассментом в русскоязычном сегменте интернета, несколько дней назад обрел второе дыхание.

Главный его фигурант и главный же по сей день редактор издания рассказал свою версию произошедшего. Версия сводится к тому, что все это была пьяная шутка, последствия которой непонятый шутник расхлебывает до сих пор. Доколе, словно вопрошает шутник, сколько еще я должен страдать из-за такой, в общем, ерундовой ошибки, у которой есть множество разумных объяснений?

В общем — да чо я сделал-то такого, что до сих пор аукается? Я же не Харви, прости господи, Вайнштейн и даже не депутат Слуцкий, меня-то за что.

Первая реакция на эти многословные объяснения — сказать: «Парень, ты уже в яме, перестань копать!» Но потом начинаешь вникать и в сам текст, и в комментарии под ним, и думаешь: а, собственно, в какой ты яме? Ты, в отличие от другой стороны, сохранил свою работу и даже свою должность. Мало того, обзавелся группой поддержки, которая до этого скандала тебя знать не знала, а теперь пишет и пишет, какой ты безвинно пострадавший.

В этой группе есть и мужчины, и женщины. И если с мизогинией все предельно понятно, то иные мужские комментарии выглядят так, словно люди просто не понимают. На самом деле не понимают: «а чо такова».

Трудно поверить, что такие вещи все еще нужно объяснять. Но я сделаю допущение, что не до всех доходит с тысячного раза и возьму на себя труд объяснить еще раз.

Любое неуместное высказывание с сексуальным подтекстом — это домогательство. Любое, шутка ли это, оценка ли привлекательности, которую мужчины ошибочно называют комплиментом.

С комплиментами вообще весело выходит. Комплимент, если вы не знали, это «лестное суждение о ком-либо, любезный отзыв», а в первоначальном своем значении, согласно Историческому словарю галлицизмов русского языка, «словесное или письменное изъявление почтения».

Обсуждать, выражает ли щипок за задницу почтение, как-то бессмысленно, да и архаика, конечно. Что же касается суждений и отзывов — мало что раздражает современного человека больше, чем оценка без запроса. Да, звучит несколько канцелярски, но зато передает суть: «у вас красивая грудь» — это ответ на вопрос «что ты, посторонний мужик, думаешь о моей груди?» Обычно мы не задаем этот вопрос посторонним мужикам, потому что их мнение нас совершенно не интересует. Следовательно, и отвечать на него не надо.

Я готова допустить, что большинство мужчин говорит комплименты из лучших побуждений: сделать другому человеку приятно, поднять его самооценку, показать свое расположение — и заодно продемонстрировать, что, мол, ценитель, любезный кавалер и вообще о-го-го. Ну так, самую малость.

Однако комплимент чужой внешности, сказанный без повода, — это домогательство. Комплимент, сказанный тому, с кем тебя связывают деловые отношения, неуместен так же, как обсуждение своих сексуальных предпочтений на рабочем совещании. Он смущает. Он заставляет адресата испытывать неловкость. И нет, он не приятен.

Потому что «мы обсуждаем работу, при чем здесь то, как я выгляжу и что ты об этом думаешь?» Или — «я просто иду по улице по своим делам, я тебя не знаю, с чего ты лезешь ко мне со своими эмоциями?»

С комплиментами разобрались, надеюсь. Переходим к шуткам.

Как правило, шуткой домогательство становится в тот момент, когда шутнику дают понять, что вообще не смешно. Неприятно, гадко, оскорбительно, в некоторых странах незаконно — и ни черта не смешно. И вот тут начинается: да я же пошутил, ты что, шуток не понимаешь, где твое чувство юмора? Опустим законный вопрос «А чего ты со своей начальницей так не пошутишь?» Это на самом деле неважно.

Важно то, что шутка с сексуальным подтекстом — это домогательство. Вопли о чувстве юмора суть попытка снять с себя ответственность за неумение или нежелание держать свои инстинкты под контролем.

«Не могу не сказать, какие у вас красивые ноги». Не можешь — учись. Неспособен к самообучению — иди к врачу, возможно, у тебя какое-то расстройство. Но в любом случае это твоя проблема, а не того, кого ты выбрал объектом своей «шутки».

С термином «объективация», смею надеяться, знакомы многие. Для тех, кто еще нет, вот как это выглядит, если применить его к мужчинам: вы идете по улице мимо женской компании и слышите в свой адрес «Смотри, какой член прошел! Эх, я бы с ним…» Полагаю, нормальный мужчина восторга от этой реплики не испытает. Полагаю, он подумает, а то и выскажет женщине, брякнувшей такое, все, что он о ней думает — и это будут не комплименты.

Потому что мужчина — человек, мыслящее и разумное существо, которое… хммм… несколько больше, чем одна отдельно взятая часть тела. Лайфхак: женщина тоже.

Что же до прикосновений — тут не о чем и говорить. Никто не имеет права трогать другого человека без его согласия. Точка. И поскольку некоторые люди не понимают, «а чо такова, ты же не сахарная», приведу еще одну аналогию: посторонний человек подошел и дал вам в морду. Не сильно, физического ущерба не нанес, в полицию идти не с чем. Многие ли мужчины пожмут плечами — мол, ну дал и дал, не сахарный же я, в самом деле? Ну ладно, не в морду дал, а погладил. Ласково. Это, пожалуй, еще хуже, правда? Ведь теперь окружающие будут думать, что вы дали ему какой-то повод.

Я что, выгляжу так, что меня можно? Ему, который гладит по лицу посторонних мужиков? Или ей — в этом случае вопросы начнет задавать ваша партнерша.

Так почему вы уверены, что для нас, женщин, такие вещи проходят бесследно? Почему вы считаете, что для нас это шутка, над которой следует посмеяться, а если не получилось — просто забыть?

Мы думаем об этом. Почему это случилось именно с нами. Почему из всех женщин в этой комнате схватили за задницу именно меня? И знаете что, ответ «потому что у тебя самая красивая задница в этой комнате» — ни разу не успокаивает.

Мы воспитаны в системе, которая по умолчанию предполагает вину женщины. Сказать себе «потому что он скотина, и виноват он, а не я» — могут единицы. Виктимблейминг все еще опутывает нас и тащит вниз, в глубины самоунижений и самообвинений. Ну а как иначе, когда все вокруг говорят, что это твоя вина — от и до? От самого момента, когда тебя схватили, до того, как ты отреагировала. Сначала спровоцировала, а теперь требуешь несоразмерного наказания.

Мы живем в этих путах тотальной лжи о женской ответственности за поведение мужчин, они вросли в наши запястья, вырывать их больно, и никто не хочет на это смотреть — потому что кровь и больно. И безопаснее, получается, жить так, пытаясь перестать чувствовать чужие пальцы на своем теле, сальный взгляд и скабрезное замечание. Убеждать себя: я получила эту работу не потому, что начальнику приятно на меня смотреть, я получила ее потому, что я умею делать ее хорошо. Я профессионал, я человек, я не грудь и не ноги. А еще я достаточно сильна, чтобы не раздувать из мухи слона, не обижаться и не чувствовать себя оскорбленной из-за того, что кому-то вздумалось меня домогаться.

Ему и не надо ничего, он просто так. Я просто подвернулась под руку. Ну и юбку надо бы подлиннее, конечно. На всякий пожарный.

Вот по такому пути идет женщина, которую «всего лишь» ущипнули. Над которой «всего лишь» пошутили. Которой предложили «просто дать пощечину», если «шутка» уж слишком… веселая, а шутник, допустим, пьян. Хотя нет, если пьян — то нельзя, ты что, не видишь, он напился?

Возмущает ли вас, когда избитая мужем женщина защищает мужа аргументом: «Да он напился, не соображал ничего, а так-то он хороший»? Или: «Да он не это имел в виду»? Полагаю, да. Полагаю, вы считаете такую женщину и такие отношения маргинальными и дремучими. Недостойными цивилизованных людей. Архаичными, как первоначальное значение слова «комплимент».

А как вы думаете, когда и кто приучил эту женщину терпеть? В какой момент она стала «дремучей»? Возможно, после того, как кто-то ее ущипнул и сказал нечто, что ее обидело, — а люди вокруг не увидели в этом проблемы?