Самые страшные из белых

Алла Боголепова о том, почему Россию в мире ассоциируют с опасным мужиком

— Пять слов, которые возникают у тебя в голове, когда слышишь слово «Россия». Давай, не задумывайся.

Мой приятель-португалец начал загибать пальцы:

— Нефть. Брутальность. Закрытость. Деньги. Опасность.
— В твоем представлении Россия женщина или мужчина?
— Абсолютно мужик. Причем мужик, с которым я бы предпочел не связываться.
— А как же «Россия-матушка», загадочная русская душа, Достоевский, наконец?
— Жесткие и жестокие люди, как правило, очень сентиментальны, — пожал плечами португалец.

Я еще помню времена — не так уж давно это было, — когда от иностранцев о России можно было услышать «Гагарин», «балет», «Толстой» и «водка», куда же без нее. Итак, талантливый и обаятельный раздолбай с мятущейся душой нарастил мускулатуру и превратился в мощного и опасного субъекта, которого не хотелось бы встретить в темном переулке.

Судя по бешеному успеху репризы американского комика Дэна Содера «Русские — самые страшные из белых», мы снова вызываем страх. Так было, собственно, всегда, но сейчас этот страх вступил в фазу, когда при слове «дети» иностранцы вспоминают не цитату из Достоевского о слезе ребенка, а закон имени Димы Яковлева.

Теперь русский футбол — это Абрамович и «Челси». Русский турист — самые дорогие магазины. А русская бабушка — непременно бурановская. Есть еще умозрительные кадавры под условным названием «русские геи», которых, по мнению европейцев, ежеутренне истязают на Лобном месте. И «русские оппозиционеры» — все как один великие писатели и чемпионы мира по шахматам.

В этом смысле европейцы ничем не отличаются от нас: людям вообще свойственно доводить свои страхи до абсурда, чтобы оправдаться — не зря, мол, боимся, любой нормальный человек должен бояться такого. Что же, если мы хотим внушать страх, все в порядке, мы своего добились. А если нет, то, наверно, есть смысл начать что-то с этим делать.

Нужна ли пропаганда другой России — это даже не вопрос. Нужна.

Европейцы могут сколько угодно декларировать ненависть к НАТО, но благодаря Голливуду американский морской котик никогда не станет для них символом насилия.

Кинематографический Кейси Райбек может завалить голыми руками триста человек — и при этом будет олицетворением добра. А вместе с ним и вся американская армия, живая и настоящая.

Как ни цинично это звучит, но репутация даже самых благополучных стран — это на две трети результат грамотного пиара. В Португалии, например, где я часто бываю, его нет. И потому — «задворки Европы», нищая страна, ленивые приморские жители и неграмотные крестьяне, грызущие на досуге кору оливковых деревьев. Нет, инвесторы не боятся, что здесь попилят и разворуют их деньги. Они просто не представляют, куда их тут можно вложить. И до тех пор, пока проблема не будет осознана и решена на государственном уровне, Португалия в представлении всего мира так и останется страной симпатичной, но предельно бессмысленной. При этом совершенно не важно, что это неправда.

С Россией все еще хуже. Наша репутация зловещего громилы с буграми нефтяных мышц не так уж далека от истины. И потому подобрать смокинг благопристойности и респектабельности, который бы не стоял на этом громиле колом, в сотни раз сложнее. Да, у нас есть богатейшая история, великое культурное наследие, светлые умы и все прочее, о чем мир как-то подзабыл. Но правда жизни такова, что богатый внутренний мир уродливой женщины мало кому интересен.

Встречают, увы, по одежке, а наша одежда — это нестираная майка-алкоголичка, заправленная в штаны от Бриони.

И для среднего европейца нет особой разницы между авиадебоширом Кабаловым, который грозился проткнуть пальцем обивку самолета, везущего его на дешевый египетский курорт, и большим чиновником Якуниным, который на Российско-французском экономическом форуме уверенно заявляет, что Ницца — русский город еще со времен государя Александра Третьего. Надо было видеть лица французов.

Да, России нужен грамотный пиар в мире. Однако если мы поставим на земляной пол ржавые ведра с нефтью, прислоним к стене коромысло и пойдем под аккомпанемент балалайки рассказывать о том, какие мы на самом деле хорошие, это ничего не даст. Позолота не удержится на гнилой поверхности. Сначала эту поверхность надо обработать. Для того чтобы иметь возможность сделать хороший пиар вне, надо сначала сделать его внутри. Чтобы любой «руссо туристо» мог работать лицом своей страны, причем лицом искренним, приятным и открытым. Вопрос только, как этого добиться.