Новости
Сделать Газету.Ru своим источником в Новостях?
Нет, не хочу
Да, давайте

Новые-старые бесценности

О том, что возмутило Александра Калягина и сотни деятелей культуры

Политолог

Смотришь иной раз эдакое произведение искусства или постановку и думаешь: экая ведь мерзость, как хорошо, что была раньше, при советских коммунистах, цензура, она бы непременно эту гадость еще на дальних подступах пресекла. А потом смотришь уже другое произведение искусства, или постановку, или даже целое кино, которое нынешние блюстители нравственности и неизбывности, которые при государственных должностях, уже запретили (не выдали прокатного удостоверения, лишили какой-нибудь лицензии или просто сказали – «нет вам, не дадим показывать/выставлять», а то и уголовное дело завели по причине оскорбленности чьих-то чувств или разжигания того, чего нельзя разжигать и пропагандировать, – много же есть методов), – и думаешь: вот какие же мерзавцы нынешние эти запретители-душители свободы и смелых творческих экспериментов. Вот какие бывают метания внутри одного человека, а что ж тогда говорить о целом государстве!

Недавно против государственной линии восстал живой практически классик русской сцены, по совместительству глава Союза театральных деятелей (СТД) Александр Калягин. Государственная линия пока обозначена пунктиром (но с претензией на модную нынче красную линию, которую будет никак ни-и-и-и-зя пересекать) в виде разработанного министерством культуры проекта «Основ ‎государственной политики по сохранению и укреплению ‎традиционных российских духовно-нравственных ценностей», который должен оформиться по весне, когда зацветут яблони и груши, в соответствующий указ президента.

Так вот Калягина и подписавших возмущенное обращение десятков деятелей культуры не устраивает, что «государственная поддержка культуры и образования – невозможна без установления дополнительного контроля».

По выражению Калягина, «как видно из текста проекта: все, что не связано с сохранением традиционных ценностей, не нужно, более того, запретно». И это будет мешать развитию культуры, а меры контроля будут мешать проведению творческих экспериментов.

«Искусство есть отражение жизни, с ее недостатками и достоинствами, а нам вдруг предлагается только сохранение того, что объявлено традиционным, тогда всех иных тем в искусстве просто не должно быть? Разве это возможно?» – возмущается Калягин. И с этим трудно спорить. Тогда как с фразой, ставящей под сомнение увязку господдержки с госконтролем, спорить как раз нетрудно и можно. Но в общем Калягин со товарищи не без оснований говорят, что сей документ станет основой цензуры.

Калягину и прочим подписантам резко возразил один из разработчиков документа, глава Российского НИИ культурного и природного наследия имени Д.С. Лихачева Владимир Аристархов:

«Право на свободу творчества не обязывает государство финансировать все подряд, то, что Калягин и его коллеги объявят искусством.

Хотя бы потому, что денег всегда меньше, чем желающих их потратить. Государство не должно допускать, чтобы народные деньги тратились на проекты, подрывающие нашу идентичность и единство страны… Заявление Калягина лживо от начала до конца. Он передергивает факты, потому что беспокоится за выделяемые ему деньги. Цена вопроса для Калягина – 280 млн для СТД на 2022 год».

Далее Аристархов заметил, что среди подписавших письмо много тех, «кто ассоциируется с разрушением классического русского театра, с постоянными скандалами и кощунственными сценическими постановками. Эти люди объявили себя новаторами, но не обладая талантами, позволяющими создать что-то действительно важное для нашей культуры, эти деятели овладели искусством скандала и эпатажа. Новизна их сводится к глумлению над нашими классиками, над нашими ценностями, над нашей историей».

И в завершении сей пафосной речи в Общественной палате назвал оных деятелей паразитами. Кое прозвище – можно даже переименовать его в титул «Народный (заслуженный) паразит Российской Федерации», можно даже со степенями – теперь могут примерить на себя и Ирина Апексимова, и Константин Богомолов, и Евгений Миронов, и Константин Райкин, и Владимир Урин, и Константин Хабенский, – всего почти полтысячи человек-подписантов письма Калягина, далеко не последних в нашей культуре.

Кстати, и сам г-н Аристархов тоже в ней человек не последний. Он был первым замом министра культуры Мединского. И в какой-то момент зловредные депутаты (среди них тот самый убийца лося Рашкин) просто задолбали (есть такой новаторский культурный термин) Минкульт и, что еще обиднее, МВД запросами насчет возможного конфликта интересов Владимира Аристархова и его брата Андрея, возглавлявшего некоторое время компанию «Реставрационные компании», заподозрив в их братской деятельности признаки злоупотребления должностными полномочиями и их превышения (ровно как и Аристархов заподозрил кое в чем Калягина и СТД). Депутатам не понравилось (это зависть, конечно), что с 2014 по 2016 год, пока АО «Реставрационные компании» руководил Андрей Аристархов, это АО получило от государства контрактов на реставрацию на общую сумму 1,2 млрд рублей (пусть Калягин обрыдается со своими жалкими 280 млн).

Следствие, поспешим всех успокоить, не нашло ничего предосудительного. Владимир Аристархов, ранее видный активист «Единой России» (один из лидеров ее «Молодой гвардии» в свое время, он также был партнером Мединского по издательскому бизнесу в начале нулевых) не проходил никоим боком по скандальному «делу реставраторов», по которому пострадали директор департамента управления имуществом и инвестиционной политики Минкульта Борис Мазо, а заодно – и тоже заключенный тогда же в 2016 году под стражу – другой замминистра культуры Григорий Пирумов.

Правда, устав, видимо, отбиваться, от облыжных нападок депутатов, Владимир Аристархов все же покинул свой пост замминистра в пользу нынешней должности в институте имени академика Лихачева, а его брат оставил руководство АО. Так что известная фраза классика: «Что-то на патриотизм стали напирать, видимо, проворовались» – тут совершенно не подходит. Все чисто и по закону было. Как и (пока что) в СТД.

Теперь самое время обратиться к предмету спора – тем самым «Основам ‎государственной политики по сохранению и укреплению ‎традиционных российских духовно-нравственных ценностей» (проект). Сей документ был опубликован на федеральном портале проектов нормативных правовых актов и пребывал в стадии так называемых общественных обсуждений с 21 января по 4 февраля. Так что слушания в ОП 7 февраля стали выпусканием пара в свисток поезда, который уже ушел.

Во время двухнедельного обсуждения столь фундаментального документа, в том числе пять дней было отпущено на независимую антикоррупционную экспертизу, предлагалось присылать предложения по электронной почте указанному исполнителю на портале – некоей Синиковой Ирине Васильевне, с неизвестными, впрочем, шансами быть учтенными. Удивительно даже, как это Калягин сумел все это отыскать, прочитать и возмутиться.

Я вот успел. Прочитать. Имея за спиной опыт чтений учебников по «научному коммунизму» и прочих образчиков политической трескотни, смог все же продраться сквозь поток патриотического скрепного сознания.

Итак, традиционные ценности определяются как «нравственные ориентиры», которые «передаются от поколения к поколению и обеспечивают гражданское единство».

К списку таких ценностей, по мнению авторов проекта, относятся жизнь, достоинство, права и свободы человека, патриотизм, гражданственность, служение Отечеству ‎и ответственность за его судьбу, высокие нравственные идеалы, крепкая семья, созидательный труд, приоритет духовного над материальным, гуманизм, милосердие, справедливость, коллективизм, взаимопомощь ‎и взаимоуважение, историческая память и преемственность поколений, единство народов России.

Среди задач проекта – «противодействие распространению деструктивной идеологии», обеспечение «морального лидерства России в международных отношениях» и укрепление «российской самобытности». В документе также упоминается воспитание детей «в духе традиционных ценностей» и «защита института брака как союза мужчины и женщины». Также поставлена задача защиты русского языка от нецензурной брани, противодействия «деструктивной идеологии» и поддержки традиционных религиозных конфессий.

Все это мне также чем-то напомнило «Моральный кодекс строителя коммунизма» советских времен, да и любые другие идеологические документы той поры. Напомнило – наукообразной стилистикой плетения словес, через которую простому обывателю не продраться. Но простой обыватель это и читать не станет. А вот если бы сейчас, как в советское время, существовали идеологические работники на окладе, то они непременно провели бы партсобрание, политинформацию для непартийных, да и сами углубились бы в изучение документа, почерпнув там немало важных для себя ориентиров. И, главное, установок, руководство к действию.

Вообще уже сам по себе этот документ как бы и «подсказывает» восстановление института идеологических отделов при обкомах партии. В смысле – при губернаторах. Которые бы следили за соблюдением тех самых «традиционных ценностей» всеми, на кого упадет начальственный и бюджето-выделяющий взгляд.

Тем более что предполагается своя система мониторинга, с инструментами в том числе социологии и прочей статистики, на основе которых будет готовиться, разумеется, соответствующая обильная отчетность. Количество проведенных мероприятий, поддержанных на «энную сумму» проектов (освоенных денег), состояние местных умов, в каком числе и кому именно дан отпор по части поползновений на ценности. В том числе в соцсетях. Тем более что правоохранительные органы упомянуты среди исполнителей.

При этом сам по себе список в общем-то хороших человеческих качеств и жизненных ориентиров, в целом выглядит самоочевидным. Как все хорошее против всего плохого. Ну кто будет спорить, к примеру, о важности нравственных ориентиров, обеспечивающих гражданское единство и лежащих в основе российской цивилизационной идентичности и единого культурного пространства страны?

Разве что придирчивым критиканам покажется, что ценности, кроме как имея свойство передаваться из поколения в поколение, имеют еще свойство меняться. В зависимости от технологического, научного и прочего прогресса и, страшно сказать, изменений в общественном строе. Иначе из поколения в поколение можно передавать ценности «Домостроя», скажем. Однако на сей случай в проекте предусмотрена процедура ревизии ценностей на предмет актуальности. Раз в шесть лет, что чудесным образом совпадает с одним президентским сроком. По той логике, очевидно, что новый президент (президентский срок) – новые ценности. Или, как минимум, обновленные. Перезагрузка, мол.

А еще в проекте персонально отмечены и те, кто несет угрозу нашим традиционным ценностям: это не только экстремистские ‎и террористические организации, но и «действия США и их союзников, транснациональных корпораций, иностранных некоммерческих организаций». Это как раньше был жупел «мирового империализма».

И этот список идеологических врагов, наряду с конечным списком «традиционных ценностей», создает сам по себе богатую почву для цензуры. Калягин тут прав, он-то помнит, как это было. Вот у вас тут, господин режиссер, почему-то американский автор указан. На каком основании? Он что говорил про последние мирные инициативы МИДа РФ и нашего президента? А вот тут у вас эгоизм (индивидуализм) воспевается. Не годится, переставьте постановку. А вот тут вы намекаете на возможность «социокультурных разрывов и социального неравенства» – а нам это не надыть сейчас, время сложное, да и выборы скоро (как, опять?!). А тут «обесцениваете идею созидательного труда», приглашая некую блогершу Бузову играть в театре без диплома ГИТИСа. А вот в этом месте «причиняется ущерб нравственному здоровью людей». А тут некий популярный исполнитель «массово распространяет деструктивный контент», не давайте ему зал в аренду для выступлений. А тут идет «отрицание человеческого достоинства, внедрение антиобщественных стереотипов поведения, распространение аморального образа жизни, вседозволенности и насилия, роста употребления алкоголя и наркотиков». И, наконец, иного творца-экспериментатора могут заподозрить в страшном – в искажении исторической правды. Или того хуже (хотя что может быть хуже, казалось бы) – в «подрыве основ российской государственности и самобытности».

Это все цитаты из документа.

Который предполагается ввести, напомним, в действие указом президента, даже не принятым Думой законом. Как устав практически на все случаи жизни.

При этом по сути со многими вещами я бы и не стал спорить. И даже в резких словах Владимира Аристархова можно увидеть большую долю истины – речь в том числе о «бабле», которое должно победить зло.

Но вот что сильнее всего смущает. Когда «основы культуры и нравственности» пытаются кодифицировать, положив на гербовую бумагу в виде практически устава, то непременно набегут тысячи фельдфебелей, которые начнут этот устав рьяно блюсти, с переборами и перегибами на местах, как у нас водится.

И еще последнее замечание. Чем ведь был силен советский проект до поры до времени? Тем, что он звал в будущее. «Коммунизм – это молодость мира и его возводить молодым», как сейчас помню. В этом проекте отводилось минимальное место «традиционным ценностям», зато больше простора (хотя да, на словах все, на пустых словах) – отдавалось большим мечтам, смелым планам на будущее. Проект рухнул только тогда, когда выяснилось, что планы – ложь, а мечты обмануты. Но искать теперь в противовес «истинную правду» только в прошлом – это значит строить еще одну большую ложь. Потому что прошлое вернуть нельзя. Как бы кому ни хотелось. Оно если и повторяется, то в виде фарса.

P.S. Смотрел тут недавно в «Станиславского» поставленный Константином Богомоловым балет «Ромео и Джульетта». От Прокофьева там осталась великая музыка, от Шекспира – практически ничего. Лично знал великую исполнительницу Джульетты (в том же театре), которая перевернулась бы в гробу, если бы узнала о таком новаторстве. Хотя, если судить по-богомоловски, то все в рамках приличий, а сам балет поставлен молодым хореографом Максимом Севагиным очень даже неплохо. Очень много интересных решений вообще – по костюмам, декорациям, циничной «бегущей строке». Постановка, конечно, хулиганская, но на мой субъективный взгляд, талантливая весьма. Не буду дальше спойлерить. Скажу только, что в наше время невозможно все время следовать даже в балете только канонам великого Мариуса Петипа. Который вообще француз.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

Загрузка