Сквозь роговые очки

Александр Братерский о разнице между советскими и постсоветскими антиамериканистами

Празднуя 80-летие возобновления советско-американских отношений, хочу поднять тост за советских журналистов-международников, благодаря которым я научился любить и не любить Америку в нормальных пропорциях. Полезная оказалась прививка от сегодняшнего примитивного антиамериканизма, которым страдают и современные элиты, и обычные граждане.

Валентин Зорин — маститый советский международник в роговых очках — в детстве был моим любимым телеперсонажем после Хрюши и Степашки.

Я с удовольствием рассматривал черно-белые иллюстрации его книг «Противоречивая Америка» и «Америка 70-х», заочно влюбляясь в страну, которая казалась мне интересной и загадочной, особенно на фоне серых советских будней. Огромные автомобили на автострадах и фотографии голливудских знаменитостей, чернокожие спортсмены, сжимающие кулаки на пьедестале Олимпиады, Микки-Маус в белых перчатках, небоскребы Нью-Йорка и насупленные лица мистеров-миллиардеров вроде знаменитого Поля Гетти.

Эти книги, пусть в слегка искаженном виде, открывали мне Америку. Я наизусть знал, как зовут американских президентов, и больше всех любил Кеннеди — Зорин подробно писал о нем и его «прогрессивных взглядах». Что, впрочем, не мешало мне негодовать, когда США вторглись во Вьетнам.

Конечно, эти книги были частью советской пропаганды — Америку в них в большей степени критиковали. Но, во-первых, критика эта, пусть и раздутая, была в основном взята автором из американской же прессы. А во-вторых, там оставалось место восхищенным пассажам об автострадах Лос-Анджелеса, спортсменах, джазе, кино, американских писателях Твене, Фитцджеральде, Хемингуэе.

Мы, как и Зорин, негодуя против «американской военщины», любили «простых» американцев: великих негритянских музыкантов и белого Ван Клиберна, грудастую Мэрилин Монро, американских домохозяек с телемостов Владимира Познера, Саманту Смит, Майкла Джексона и Томаса Стаффорда — американского космонавта, летавшего на «Союзе-Аполлон» вместе с нашим Алексеем Леоновым. Кстати, позже Стаффорд усыновил двух мальчиков из России.

Сегодня, десятки раз побывав в Америке и даже прожив там пару лет в качестве корреспондента, я все равно скучаю по этим слегка наивным книгам и по роговым очкам Зорина на телеэкране. И по-прежнему с симпатией отношусь к Анжеле Дэвис, хотя знаю, что ее история далеко не так однозначна, как казалось мне в юности.

Современные дежурные антиамериканисты более циничны и менее образованны.

С придыханием рассказывая российскому народу об иностранных агентах и американских родителях-садистах, они сами мало в это верят. Впрочем, и эта примитивная пропаганда дает свои плоды. 36% российских граждан, по данным опроса Левада-центра в августе этого года, относятся к американцам негативно, а сами американцы выглядят в их глазах сплошной карикатурой — толстые, тупые, плохо одетые.

Кстати, в советском кино даже американские шпионы были изображены с уважением — вспомнить хотя бы Вахтанга Кикабидзе в роли резидента ЦРУ или ряд харизматичных прибалтийских актеров. Эти фильмы создавались неглупыми людьми, и, хотя побеждали в них всегда «наши», те, кто давал на них добро, понимали, что даже тетя Маша из Иваново никогда не поверит, что американский шпион может быть полным идиотом с нарочито плохим русским языком.

Сегодня среди умных и доступных рассказчиков об Америке можно назвать, пожалуй, только Николая Злобина — его ироничные, но вместе с тем глубокие книги могут быть поняты самым обычным массовым читателем, но этого мало.

Перед Америкой не надо лебезить и пресмыкаться, при этом скупая квартиры в Майами.

Америку есть за что критиковать, но только серьезно и глубоко — она скатывается к дидактике и нравоучениям всему миру, а это отталкивает. В нее можно смотреться как в зеркало — негативные черты современной России очень похожи на те негативные американские черты, о которых говорил в своих книгах и передачах Валентин Зорин.

Впрочем, вспомнив сегодня Зорина, я отнюдь не призываю вернуть «железный занавес». Скорее предлагаю снять с головы железный обруч необъективного антиамериканизма, который очень давит на неокрепший мозг.