Расщепленная реальность

Андрей Десницкий о том, как наша жизнь превратилась в игровую «бродилку»

Недавно Госкомтелерадио Украины запретил ввозить в эту страну мою книгу «Христианство. Настоящее». Узнав об этом, я очень удивился, поскольку там практически ничего не говорится об Украине. Но мне указали на официальное разъяснение… Все очень просто: в книге я жестко оспариваю обожествление какой бы то ни было формы государственности, в частности, российской, и ее смешение с Царством Небесным. Вот именно эту точку зрения в моем пересказе и процитировали украинские запретители, приписав ее мне. Обожествляет кремлевскую власть!

Казалось бы, разве можно быть такими невнимательными, чтобы прочитать одну фразу, но не заметить, как дальше на двух страницах она энергично опровергается? Как это вообще им пришло в голову раскрыть книгу наугад, прочитать две строки – и сходу книгу запретить?

Думаю, запретили ровно потому, что запретить хотели. Я не раз сталкивался с тем, что некоторым моим украинским знакомым проще думать, что все пространство по эту сторону границы населено сплошь ватниками-имперцами, «вот и даже лучшие из них…» (и тут многозначительный взгляд в мою сторону). Видимо, решение было принято человеком именно с таким складом ума.

И я его логику понимаю, хотя, конечно, никак не разделяю. Это слишком сложно: разбираться, кто на самом деле что думает, вникать в тонкости.

Гораздо проще создать себе такую реальность, в которой все наши всегда правы, а все «ненаши» – ровно наоборот. Да и, собственно, дело не в Украине – по эту сторону границы я таких людей знаю намного больше. Это вообще постсоветское такое свойство.

Реальность всегда слишком сложна и зачастую непредсказуема, управлять ей не получается. Тогда надо отщепить от нее небольшой такой кусочек, который будет уютным и понятным. По сути дела, начать жить в компьютерной игре, где все почти что так, как и в реальном мире, но при этом набор опций ограничен, а все действия заранее регламентированы.

А что у нас? Страна обсуждает послание президента… а точнее, не само послание, и уж никак не экономику и не борьбу с бедностью, потому что это все слишком утомительно и неясно. Страна обсуждает компьютерные ролики, все эти могучие леталки, стрелялки и взрывалки, и интересуется одним: оно действительно так летает, стреляет и взрывает и реально ли это так круто? В мультике или компьютерной игре жить приятнее и проще, чем в реале.

И поскольку реальную эффективность всех этих леталок невозможно проверить при отсутствии доступа, мы обсуждаем даже не то, как они летают и летают ли вообще – а почему власть показала нам именно этот мультик, а не мультик про то, как поднимается с колен малый бизнес и как наполняется деньгами пенсионный фонд. Почему, условно говоря, власть играет с нами не в экономическую стратегию, а в космический шутер.

И ведь компьютерные игры становятся тоже совсем другими в наше время. Когда-то они были линейными: нужно пройти квест, отстрелять монстров, построить великую империю. Немногочисленные параметры были заданы заранее, от игрока требовалось, по сути, найти оптимальный набор действий, который ведет к желанному результату.

Сегодня в моду входят бродилки: игры, в которых параметров невероятно много, а единой цели нет вообще. Ты попадаешь, к примеру, в деревеньку XV века, вокруг тебя десяток квадратных километров детально проработанной местности и множество самых разнообразных персонажей, а дальше – как сам знаешь. Хочешь, иди в монахи, а хочешь – в разбойники. Весь прикол заключается в том, чтобы безопасно бродить по заранее заданной местности и пробовать себя в разных новых ролях. А еще можно играть по сети и выгуливать своих персонажей совместно с приятелями.

Вот примерно по этой модели и протекает у нас в России сейчас предвыборная кампания: несколько персонажей бродят по заранее размеченной местности и прокачивают навыки, собирают ресурсы, встречаются с избирателями. Чем завершится игра, заранее понятно (мама позовет всех ужинать), но играть круто и прикольно, а наблюдать за игрой интересно.

Причем я совсем не хочу сказать, что это занятие бесполезно, я как избиратель собираюсь принять в нем участие, мне совсем не все равно, кто с каким счетом завершит этот раунд игры.

Потому что игра – одна из важнейших форм человеческой деятельности, и не только человеческой. Играют все высшие млекопитающие и даже некоторые птицы. Без игры наша жизнь не просто скучна – она отчасти бессмысленна. Собственно, всякое литературное и художественное творчество тоже можно счесть разновидностью игры, и в играх политических я вижу скорее плюсы, чем минусы.

Проблема скорее в другом – в расщеплении реальности, в смешении мультика с жизнью. Буквально на наших глазах в последние годы в информационном пространстве произошел переворот. Раньше набор фактов был примерно одинаковым для всех, разнились оценки и выводы. При этом мы опасались (не совсем всерьез) тоталитарного кошмара по Оруэллу, когда Партия переписывает позавчерашние газеты и навязывает всем через телекраны свою версию реальности. Мы были уверены, что в век интернета все-таки этот кошмар невозможен.

Но стало возможным другое: бесконечное, по сути, расщепление реальности, когда у каждого «пользователя» возникает свой вариант окружающего мира, комфортный для него. Все враги и все друзья по своим местам, можно не ломать себе голову, а просто бродить по своей бродилке и стрелять из своей стрелялки. А все неприятные и неуютные проникновения чужой реальности распознавать и закрывать от них свой уютный маленький мирок.

Проблема, к сожалению, в том, что такой человек всегда будет полностью зависим от производителей и поставщиков игрового продукта и всегда будет им платить, порой сам того не замечая. А главное, что в реальности – нерасщепленной, настоящей – невозможны ни автосохранение, ни загрузка.

Несколько лет назад прошел по экранам фильм с английским названием «Inception» (русский перевод «Начало» очень неудачен, это скорее «Проникновение»). В нем люди могли управлять своими сновидениями и проникать в чужие – и они пользовались этим, чтобы вытянуть из других людей важную информацию. А еще эффективнее – внушить этим людям некие мысли, которые они примут как свои, не заметят проникновения.

А главное, управляемые сны оказались такими сладкими, что люди погружались в них и проживали там какие-то совершенно прекрасные жизни, не выныривая в неуютную реальность. И всё бы хорошо, но одна из героинь перепутала-таки явь со сном. Желая прервать надоевшее сновидение, она совершила самоубийство, как бы во сне, понарошку – и погибла по-настоящему.

Мы не в Оруэлла скатываемся, сограждане, мы скорее сладостно выпадаем в «Проникновение».