Почему Парвус и Троцкий, а не Гучков и Родзянко

Анастасия Миронова об идейном наполнении нашумевших «революционных» сериалов

Прямо сейчас, в эти дни, мы с вами наблюдаем невиданное: сразу четыре фильма на главных федеральных каналах публично порывают с советским прошлым. И в первую очередь, с Октябрьской социалистической революцией. Если судить по ним, власть сегодня делает ставку на преемственность от империи и монархии, а не от страны Советов и большевиков. И это ново: ранее государство прочно ассоциировало себя и с тем, и с другим.

Ленты «Демон революции», «Троцкий», «Подлинная история русской революции» и «Великая русская революция», а также стартующие в ближайшие дни «Крылья империи» и « Хождения по мукам» почти одновременно снимали в Петербурге. Костюмеры и гримеры путались: утром у них Стычкин — Ленин, после обеда — уже Миронов, а Стычкин едет играть Махно. Максим Матвеев мелькает с одной съемочной площадки на другую: то он ротмистр охранки, а то Рамон Меркадер с ледорубом.

Все, кто любит много гулять по центру Петербурга, не раз могли натыкаться на съемки. Однажды я видела, как на Витебском вокзале снимают массовую сцену с военными. Зачем-то для сцены срочно нужен был ребенок. Просили одолжить моего — не дала. Тут же, прямо из числа зевак, рекрутировали в солдаты. Мужички, доев в вокзальном ларьке шаверму, вставали под ружье. А на следующий день на вокзале уже снимали другую сцену — с гражданскими. И для другого фильма. Но все так же искали недостающих актеров в ларьке и зале ожидания.

В работе телеканалов видна редкая для них сплоченность и солидарность. Обычно конкурирующие друг с другом так, что запускают новые сериалы одновременно, минута в минуту, на этот раз они даже несколько развели сетку. Чтобы зритель смог посмотреть как можно больше. «Демон революции» начался на день раньше «Троцкого», да так и идет.

Человек успевает посмотреть одну серию с Парвусом-Бондарчуком и переключается на Парвуса-Пореченкова.

Во время перерыва на рекламу он смотрит по «России» революционный, а, вернее, антиреволюционный фильм с Киселевым, а затем по Первому начинается другой документальный фильм все про тех же агентов германского правительства.

Охват аудитории стопроцентный. Люди 45+ смотрят сдержанного в страстях плотских, но наполненного кровью и резней «Демона революции». Там постоянные погони, слежки, конспирация, но при этом щадящий зрителя монтаж, пастельные тона и уютные интерьеры. Евгений Миронов загримирован до неузнаваемости: в нем не узнать ни Миронова, ни Ленина. Диво, да и только! Самый подходящий формат для дежурящего на проходной охранника.

Кто помоложе и поизысканней, глядят пронизанного сексуальностью «Троцкого» — там у всех влажные губы, выступает Фрейд и сперма льется рекой.

Полстраны хочет Хабенского. Хотело бы и больше, но уши помешали — ради выполнения сверхзадачи могли бы, кстати, и не делать Хабенскому уши Троцкого, без таких ушей он бы намолотил зрительниц куда больше.

В «Троцком» шик и лоск наведены невероятные. Зритель смотрит не мигая за сумасшедшими сценами страсти революционера и художницы. Зрителю можно, он вряд ли знает, что настоящий Троцкий к концу своей жизни был неопрятным оплывшим стариком в мятых штанах, а Фрида Кало представляла собой изуродованную хромую алкоголичку. Он даже забывает, что Ленин не был спортивным голубоглазым красавцем. Но в фильме все красивые и все стильно, глаз не оторвать. Вот народ и смотрит допоздна.

А когда любители погонь с перестрелкой и барышень без корсетов засыпают — рабочий день впереди никто не отменял — к телевизору подтягиваются интеллигенция и креативный класс. Кто попроще, смотрел документальную передачу Дмитрия Киселева. Программа, как всегда, на любителя. А вот те, кто с претензиями, дожидаются по Первому «Подлинную историю русской революции» — красочную документальную драму в стилистике «Намедни».

Когда же ложится спать и креативный класс, по телевизору включают кино для ностальгирующих мамонтов. «Белую гвардию», например, 2012 года — с тем же Хабенским. Между прочим, очень полезно посмотреть и сравнить с тем, что снимают и показывают в 2017-м.

Но это отступление… А суть проста.

Кажется, все эти фильмы сняты только затем, чтобы донести до зрителей нехитрую мысль — революций быть не должно. Революция — это всегда горе и грязь, подлость, предательство и разврат.

Неважно, какие революции. Неважно, по каким причинам. Авторы фильмов однозначны: революции бывают только по наущению врага, на деньги врага и в интересах врага. Это первая и главная мысль. Мысль вторая — охранка никогда не дремлет.

Все! Никаких других идей я в этих лентах не обнаружила. Отличаются они только целевой аудиторией и, соответственно, инструментарием.

На втором канале Ленина и вовсе напрямую сравнивают с Гитлером. Если у реального Ленина любимым композитором был Бетховен, то у Ленина-Миронова им стал Вагнер. Вагнера Ленин по-гитлеровски хвалит, Вагнером восхищается. Ленин — весь насквозь немецкий. Он нечистоплотен по части репутации и всегда работает на врага. Вокруг Ленина полно предателей и агентов разных разведок. Охранка и жандармерия не спят — у них тоже все схвачено. Социалистов они вербуют пачками, судьба завербованных незавидна.

В «Троцком», за погонными метрами шелка и парчи, скрывается другая несложная идея — все революционеры рано или поздно будут наказаны. Зачем иначе для столь важного фильма взята такая, прямо скажем, мало любимая народом фигура, как Троцкий? Да потому что Троцкий является идеальным олицетворением неизбежности возмездия. Все дети Троцкого, почти все кровные и даже некровные родственники в ходе его борьбы за власть погибли, сам Троцкий не смог укрыться и в Мексике.

Фильм прямо говорит — политика очень опасное дело, лучше в нее и не суйтесь.

Лента с Дмитрием Киселевым больших комментариев не заслуживает. Там нет вообще ничего, чего бы мы у Киселева уже не видели.

А вот «Подлинная история русской революции» на Первом достойна отдельного разбора. В этом фильме рассказывают, что жизнь в царской России была стабильной, почти сытой. Что образование налаживалось, зарплаты были хорошие, капиталисты сами начали вводить восьмичасовой рабочий день, а царь установил отпуска. Говорят, что война была неизбежна, что в первые ее годы народ ликовал. Что вся оппозиция была пораженческой и либеральной. Что ставки в революции делались на рабочих и крестьян. Что некие либеральные силы разрушили империю и потопили ее в реках крови.

Даже красных матросов почему-то зовут либералами. Ну и, конечно, все недовольные живут на деньги иностранцев.

Сказали, что даже революцию 1905 года тоже провернули на вражеские деньги. Только японские.

Фильм при этом сделан хорошо, увлекательно, представлено много материалов, проведены прекрасные псевдодокументальные съемки. Но непонятно, для кого. Массы в такой поздний час телевизор не смотрят. А если и включат этот фильм, то сразу выключат, потому что язык его для простого народа сложен. Это фильм, повторю, для людей с претензиями. Для серьезных людей. Сколько их в России? Миллион-два? Сколько из них будут ночью смотреть документальное кино про революцию? И все ли из героических зрителей поверят нехитрой пропаганде? Даже если и поверят, есть ли смысл тратить на них такие огромные ресурсы?

Ведь многие из тех самых людей, которые с претензиями, изучали историю не только по телевизору. И знают, что никакой соцзащиты и восьмичасового рабочего дня не было. Вернее, был, но это означало, что фабричные рабочие работали восемь часов через восемь. Восемь — у станка, восемь — под станком. Потом проснулись — и снова к станку. Жили при производствах в общежитиях казарменного типа. Семьями! Одна семья — одна шконка на нарах.

Грамотность была низкая. 17% всего мужского населения к 1917 году служили в армии. Сама армия потребляла больше 50% всех производимых в стране ресурсов. Вместе взятые, сторонники пролетарской революции еще летом 1917-го были на политической арене в меньшинстве. И уж совсем немногочисленная оппозиция поддерживала пораженческие настроения. Во Временном правительстве пораженцев почти не было. Даже среди ультралевых их было мало, а лозунг «Мир без аннексий и контрибуций» долгое время встречал сопротивление даже в Комитетах рабочих и солдатских депутатов.

А еще они знают то, о чем ни в одном из последних фильмов не рассказали. Что революцию совершили вовсе не большевики, не агенты немецкой разведки, не Ленин, Троцкий и рабоче-крестьянские депутаты. Да, все революционеры были у охранки на пересчет, за всеми она наблюдала, всех посадила, выгнала из страны или перевела на нелегальное положение. Но власть-то свергли не они.

Царя свалили свои же министры, своя армия и своя Государственная Дума.

И что без сильной независимой Государственной Думы невозможно было бы сместить и удержать страну на полгода от гражданской войны и кровавого месива, которое началось после Октября 17-го. Именно Дума взяла под контроль армию, военную промышленность, снабжение. Дума инициировала Временное правительство и созыв Учредительного собрания.

Эта Февральская революция и последовавшие за ней несколько месяцев российской истории в последние сто лет в нашей стране тщательно замалчиваются. Снимать фильмы о большевиках, бомбах, иностранных агентах можно сколько угодно. Даже необязательно нагружать их пропагандистским балластом. Можно днями крутить фильмы прямо по дневникам Ленина и записям Зиновьева. Потому что жизнь и работа этих людей мало говорит о том, как делаются революции в демократическом обществе.

В 1917-м самодержавие свергли демократы, а не социалисты.

Но вряд ли в ближайшее время мы увидим по федеральным каналам серьезные фильмы о председателях Государственной Думы Михаиле Родзянко и Алекандре Гучкове или о главе Временного правительства Георгии Львове. О самом Временном правительстве, роли Государственной Думы, и о том, что первым шагом ее исполнительного комитета был выпуск всех политзаключенных, а вторым — объявление абсолютной свободы слова.

Может, поэтому нам сегодня и показывают Ленина, а не Родзянко. Деньги у немцев брал Ленин. А власть от царя принял Родзянко. И чтобы мы не спрашивали, почему у нас нет независимой Государственной Думы, нам и наснимали к юбилею красивых фильмов.