Академический ответ

Игорь Николаев о ситуации вокруг РАН

Несколько раз коллеги предлагали мне избираться в Российскую академию наук. Но каждый раз, хотя и не без сомнения, я отметал эту идею. Не хотел даже пытаться, уж больно много у меня было замечаний, скажем так, к РАН. Однако то, что власти сегодня делают с академией, заставляет не только высказаться в ее защиту, но и попытаться предложить путь выхода из сложившейся ситуации. Очевидно, что, организовав этот академический блицкриг, власти исходили из убеждения «а куда они денутся, эти академики?». Однако они не учли несколько важных вещей.

Так беспардонно поступая с академической наукой, власти забыли, что других-то ученых у них все равно нет.

Нет, правда, кто науку-то двигать будет, ливановы?

Да, могут быть претензии, и серьезные претензии, к академическому исследовательскому сообществу. Однако вот такие у нас сейчас ученые. А они, между прочим, люди творческие. Продавив фактически свой законопроект об академии, на какое взаимодействие с этими творческими людьми чиновники рассчитывают в будущем?

Теперь о камне преткновения в споре о финальной версии законопроекта — Агентстве по управлению имуществом РАН (специально уполномоченный федеральный орган исполнительной власти — так оказалось в конечном итоге). Вроде бы какая-то логика в этом есть: нечего ученым заниматься управлением имуществом, пусть науку двигают вперед.

Но тогда, господа радетели за эффективность управления госимуществом, реализуйте этот подход по всей горизонтали-вертикали: пусть будут аналогичные структуры помимо соответствующих министерств и в отношении государственных вузов, музеев, консерваторий, учреждений здравоохранения и т. д. и т. п.

Нет, право, по вашей же логике преподаватели вузов должны только студентов учить, врачи — людей лечить, музейные работники — культурно просвещать. Где элементарная логика? Где равный, государственный подход?

Кстати, а почему для управления имуществом армии не создается специальное агентство? Все какие-то «оборонсервисы» создаются и почему-то после всех известных историй не ликвидируются. Никто не хочет сказать, что в управлении академическим имуществом не было никаких проблем. Были, и большие проблемы были. Бардака предостаточно. Но объясните избирательность инициативы в отношении РАН.

А теперь о самом главном — о том, что власти не удовлетворены и эффективностью работы ученых.

Вообще-то эффективность фундаментальных исследований — понятие достаточно тонкое. Поэтому возьмем эти претензии в более широком контексте: экономика у нас, мол, недостаточно инновационная, мало научно-технологических новшеств внедряется, ученые недорабатывают. С этим, замечу, невозможно не согласиться. Есть проблема с инновациями, с конкурентоспособностью российской экономики в целом, никакие «сколково» не помогают.

Почему? Потому что нет спроса на инновации. Был бы спрос — были бы и инновации. Это рыночная экономика. Да, кривая-косая какая-то, но все-таки рыночная экономика, в которой именно спрос имеет решающее значение. А вот почему нет спроса на инновации?

Даю подсказку. Есть весьма показательная статистика Федеральной антимонопольной службы, согласно которой от 50% до 60% дел, возбуждаемых по нарушениям законодательства о защите конкуренции, — это дела в отношении органов власти (всех уровней, от муниципального до федерального). Значит, у нас первый враг конкуренции — это государство. Такой вывод просто железобетонно следует из статистики федерального органа, ответственного за развитие конкуренции в стране.

Но если нет конкуренции, то инновации попросту не нужны, они не являются аргументом в конкурентной борьбе. Гораздо большее значение имеет наличие административных возможностей. Вот, например, дружба с губернатором — это весьма неплохо.

Получается, что нет научных успехов, потому что нет спроса на инновации, которые попросту не нужны в нынешней российской экономике вследствие недостаточного уровня конкуренции из-за действий (бездействия) властей. Тогда вывод: нынешнее далеко не лучшее состояние российской науки — это «заслуга» властей, это следствие крайне неэффективного функционирования бюрократической машины, это результат непрофессионализма госуправления.

И кого в таком случае необходимо решительно реформировать?

Нынешние российские власти очень любят разного рода понты — дорогостоящие мегапроекты и т. п. Очень хочется им чем-то удивлять, не считаясь ни с какими затратами. Отсюда все эти олимпиады, чемпионаты, саммиты… Даю еще одну подсказку (что-то много их получается), хотя она и запоздалая: фундаментальная наука — это тоже понты, понты такие, что круче не придумаешь, потому что буквально считаное количество стран может похвастаться тем, что они могут вести фундаментальные исследования по широкому кругу направлений.

Настало время создать новую академию. Конечно, ни о какой государственной академии и речи быть не может. А вот в статусе общественной организации — вполне. Костяк новой общественной академии могут составить те, кто заявлял, что в новую, объединенную, государственную академию они вступать не будут.

Правда, в таком случае этим уважаемым людям придется отказаться от резко увеличенной академической стипендии в 100 тыс. рублей, с помощью чего пытались фактически купить лояльность академиков при прохождении законопроекта, но тут уж каждый сам будет решать.

Это был бы достойный ответ властям на новый закон о РАН. Статус, уважение к членам новой общественной академии были бы на самом высоком уровне и со стороны научного сообщества (что самое главное), и со стороны общества в целом. А вот для властей это стало бы бельмом на глазу. И что они могут сделать? Уволить из институтов? Тогда с кем они останутся?

За долгие последние годы в борьбе за сохранение академической науки представители РАН, возможно, впервые повели себя достойно. Нужно пройти этот путь до конца.

Наука в России не умрет. Ее могут сильно потрепать, но она останется. Останется в том числе потому, что ученые сильны самоорганизацией. И именно это ее отличает от бюрократии, где все держится на «вертикалях», приказах, распоряжениях и т. п. Так что внутренне ученые сильнее. Осталось доказать это на деле.