Запрещать запрещено

Семен Новопрудский об актуальности главного политического лозунга 1968-го в России

Сначала каминг-аут. Меня нет и никогда не было в Telegram. И еще я никогда не умел делать бумажные самолетики. Но вижу, как кора дуба стремительно импортозамещает кору головного мозга у принимающих решения политиков в моей стране. Отчего мне становится горько и страшно.

Я буду искренне рад, если у Роскомнадзора не получится полностью заблокировать Telegram. Но меня бесит, что не работают совершенно законные сервисы и ресурсы.

Где гарантия, что от бездумных ковровых блокировок не начнут падать самолеты или не будет парализована работа больниц?

Меня эти блокировочные «кошки-мышки» совершенно не веселят. Я не испытываю ни малейшего злорадства от якобы беспомощности государства в борьбе с Telegram — уж что-что, а способность успешно применять насилие в самых разнообразных видах наше государство доказало всей своей историей безоговорочно.

Опять же, очевидно, что никто не ответит за этот танец слона в посудной лавке Рунета. Никто не заплатит людям за ошибочную или «попутную» блокировку того, что блокировать не имели права — по своим же законам. У нас государство в принципе не привыкло отвечать перед людьми за собственные ошибки и глупости.

Между прочим, глава Роскомнадзора Александр Жаров публично подтвердил, что россияне абсолютно законно пользуются опальным мессенджером.

«Конфликта между органами власти и аудиторией мессенджера нет. Вопрос не к пользователям, вопрос к администрации Telegram», — сказал он в недавнем интервью «Известиям». На самом деле – вопрос к российским властям. Есть глубокий и все более явный конфликт между нашими государственными решениями, совестью, реальностью и здравым смыслом.

В России царит очередная, далеко не первая в нашей истории, эпоха Запрещанса — не путать с Ренессансом. Началась она, пожалуй, в декабре 2012 года с «закона подлецов» — запрета на усыновление американцами российских детей. Это был странный и откровенно аморальный (особенно для постоянно кичащейся на словах своей якобы особой духовностью России) ответ на «акт Магнитского», всего-то запретивший въезд в Штаты и право иметь там активы десятку российских силовиков невысокого пошиба.

Мы «ассиметрично» лишили шанса на нормальную жизнь сотни собственных детей-сирот. Тогда еще никто в России и применительно к России не употреблял в политическом дискурсе слово «санкции» — не было повода. Но культ запрета, повседневных мелких бытовых репрессий как способа подавления воли сограждан возник уже тогда.

… Ровно 50 лет назад, в мае 1968-го, на парижских улицах бушевала студенческая революция, так называемый «Красный май». Свои стихийные лозунги участники формулировали в виде граффити на асфальте. Самый знаменитый такой лозунг из располагавшихся прямо под ногами идущих людей гласил: «Il est interdit d'interdire». «Запрещать запрещено».

Для России в 2018 году этот наивный максималистский лозунг полувековой давности звучит чертовски современно. Может ли любое государство и общество обойтись без запретов? Вряд ли. Но различать, что можно запрещать, а что нельзя, где применять законодательные запреты, а где — моральные табу, неписаные правила обычаев и традиций — эффективное и разумное государство, равно как и ответственное общество, выбирающее себе власть, обязано.

История с блокировкой Telegram в России – создающаяся в режиме реального времени на наших глазах энциклопедия вопиющих ошибок запретительной политики.

Во-первых, ошибочна сама цель блокировки. Если предлог — борьба с терроризмом, нет никаких корректных доказательств зависимости между количеством и качеством терактов с одной стороны и количеством исполнителей и организаторов этих терактов, зарегистрированных в «телеге». Не говоря уже о том, что как раз соцсети иногда наоборот дают возможность спецслужбам отслеживать потенциально подозрительных персонажей. Зачем же блокировать такую возможность?

Впрочем, уже появились версии, что это попытка тестировать возможное полное отключение России от иностранных интернет-сервисов.

Если истинная причина — использовать Telegram для показательной порки, чтобы все остальные иностранные сервисы подняли лапки кверху и дружно перенесли персональные данные российских пользователей в Россию – нашим доблестным запрещальщикам стоило для начала взглянуть на российский сегмент интернета с позиций его роли и доли в мире. Тогда бы они узнали много интересного.

Например, что по годовому объему интернет-торговли (именно коммерческий интерес для владельцев интернет-сервисов – главный в любой стране, всё это бизнес-продукты, а не благотворительные игрушки) Россия занимает лишь девятое место в мире.

В России пока всего примерно 36 миллионов человек делают покупки в интернете и напокупали они в 2017 году на 498 млрд рублей. Кстати, 40% покупающих в сети россиян делают это в зарубежных интернет-магазинах и заметят, если наше государство заблокирует им такую возможность. Для сравнения, в Китае – с которого Россия решила брать пример в блокировке интернета – регулярно покупают в интернете 145 миллионов. Как раз почти столько, сколько всего живет в России. Годовой оборот интернет-торговли в Поднебесной — 562 миллиардов. Но не рублей, а долларов.

Поэтому с китайскими властями или властями США, где годовой оборот интернет-торговли порядка $350 млрд, тот же Цукерберг будет договариваться. А особого резона договариваться с Россией, если у нас начнут запрещать Facebook, что уже не кажется больной фантазией — у Цукерберга нет. Да и Дуров без российского интернет-рынка может обойтись.

Причем очевидно, что такого объема рынка интернет-торговли, как в Китае или США, в России в ближайшие десятилетия, если не столетия, не появится — тупо не хватит населения. Ну, только если мы каким-нибудь хитроумным способом не присоединим к себе Китай.

Во-вторых, государство не должно принимать закон, если не знает, как его выполнить. Да, россияне привыкли к тому, что у нас само государство часто нарушает или просто игнорирует собственные законы. Но вот прямо сейчас миллионы людей, независимо от политических взглядов (в России интернетом пользуется примерно 85 миллионов человек) на мониторах своих компьютерах в режиме реального времени наблюдают, как государство изо всех сил как раз пытается выполнить свой закон. Но… не может.

В-третьих, практически все ключевые руководители России еще успели побыть членами КПСС и пожить в СССР. Значит, должны бы помнить, что запрещение любого носителя информации неизбежно провоцирует у людей больший интерес к этому носителю информации. Ровно поэтому, кстати, не надо блокировать и политические сайты, если только они не призывают к прямому физическому насилию, а просто пишут не то, что нравится власти. Запрет в современном, рекордно медийном в истории человечества мире, автоматически становится дополнительной рекламой запретного. Особенно если речь идет о чем-то относительно доступном и явно не опасном для жизни — например, о мессенджере.

В-четвертых, глубокая ошибка — запрещать то, что прямо касается повседневной жизни миллионов людей. Если уж так приспичило что-нибудь запретить — запрещайте недоступное массам или не особо нужное. Хамон с пармезаном, но не импортные лекарства или мессенджеры. Прямую причинно-следственную связь между санкциями против России и нашей внешней политикой большинство россиян не способно уловить до сих пор, через четыре года после возникновения этой связи. А связь между не работающим у них на компе «Гуглом» или «Ютьюбом» и блокировкой Telegram даже самые непонятливые уловят гораздо быстрее.

В-пятых, такая блокировка будет провоцировать цифровую революцию снизу — с неприятным для запретителей акцентом на второе слово. Люди начнут интенсивнее придумывать способы, в том числе технологические, как обмануть такое государство, которое почем зря отрубает им привычную среду обитания.

Хорошо это или плохо, но интернет уже давно не забава, а именно полноценная естественная среда обитания миллионов людей. И блокировать ее — примерно как начать откачивать воду в реке или море прямо из-под рыб.

При этом откровенно идиотские запреты и мелкие репрессии против своих граждан множатся у нас буквально каждый день. Вот нам сообщают, что Госдума решила разработать законопроект об уголовной ответственности за… соблюдение американских санкций на российской территории. Об этом рассказал первый замглавы фракции «Единая Россия» Андрей Исаев – кстати, бывший анархист, практически единомышленник тех парижских студентов, которые маршировали в далеком 1968-м.

По словам Исаева, уголовное наказание может быть предусмотрено только для физических лиц. Для юридических будут введены штрафы. В еще не заблокированных соцсетях сразу появились недоуменные посты, что же имеется в виду под «исполнением физическими лицами в России американских санкций». Не пускать Дерипаску в туалет в российском кафе, что ли? На самом деле, что имеется в виду — как раз вполне понятно. Вот только один пример: если такой закон примут, можно будет посадить в тюрьму руководителей всех крупнейших банков страны за то, что они не стали работать в Крыму, опасаясь американских санкций.

Какую реакцию на финансовом рынке вызовет такое решение, авторы этих мудрых инициатив, конечно, не думают. Думать – вообще не их компетенция. Дума у нас давно не для думающих.

Не отстает и правительство. Минтранс сочиняет новые правила пользования метрополитеном и хочет запретить использовать в метро детские коляски. Скорее всего, речь идет о запрете перевозить непосредственно в колясках по эскалаторам (что уже запрещено) и по самим вестибюлям станций маленьких детей. Но зачем тогда в метро работает служба сопровождения пассажиров с ограниченными возможностями? Или, может быть, товарищи начальники не знают, что женщине с детской коляской на любой станции метро и при входе-выходе обязательно поможет кто-нибудь из прохожих.

Нормальные люди явочным порядком уже давно решили проблему перевозки детей в колясках в метро и на эскалаторах. Нет такой проблемы у нас в стране. Есть проблема бесполезных или прямо вредных запретов. Интересно, само руководство Минтранса давно последний раз спускалось в метро? Но правила пишет.

«Кора дуба» вместо лекарств в устах вице-спикера Госдумы и вовсе стала мемом эпохи Запрещанса. Только пора уже с ней заканчивать, с этой эпохой. Запретим иностранные лекарства, доллары и евро, интернет и «опасные» книги из русской и мировой классики, выезд из страны, вдох и выдох. А потом будем искренне удивляться в телевизионных шоу на еще не запрещенных телеканалах, почему в американском санкционном законе Россия идет через запятую с самыми одиозными странами мира.

Пока национальное отрезвление не наступило, для начала можно хотя бы на пару лет объявить в России мораторий на новые запреты. Потренировать силу воли, временно запретив себе запрещать. А там, глядишь, потихоньку научимся и что-нибудь разрешать. Не только заготавливать валежник для личных нужд с 1 января 2019 года.