Из грязи в сэры

Семен Новопрудский о том, что сделал в профессии Алекс Фергюсон

У этой сказки есть точный день «начала начала» — 6 ноября 1986 года и точный день «начала конца» — 8 мая 2013 года.

Это сказка о терпении. Ее главный герой — нетерпеливый, порывистый, резкий, не очень умный, очень зависимый от жены (особенно в выборе одежды — сам говорит) немолодой уже шотландский мужчина в очках.

Не дотянув чуть меньше года до фантастической отметки 10 тысяч дней на посту главного тренера футбольного клуба «Манчестер Юнайтед», о своей отставке после окончания сезона объявил сэр Алекс Фергюсон.

«Я много думал о том, чтобы уйти. Сейчас настало время, — сказал сэр Алекс 8 мая 2013 года. — Для меня было очень важно оставить организацию в самой сильной форме». Уходит он в свой 71 год совсем недалеко — на пост директора. Быть свадебным генералом не в его манере. Преемнику Фергюсона, коим он видит усердного Дэвида Мойеса, десять лет оттрубившего на посту коуча чистенького бедненького «Эвертона», не позавидуешь. Слишком высоко задрана планка. А тот, кто ее поднял, — вот он, рядом. И, если что пойдет не так, может захотеть вернуться в главные тренеры.

13 титулов чемпиона Англии за 26 лет — в среднем аккурат каждые два года. Две победы в Лиге чемпионов, которая вообще не слишком часто покорялась родоначальникам футбола. Пять Кубков Англии и четыре Кубка лиги. Если сложить все эти трофеи, получится, что без какого-нибудь титула клуб при Фергюсоне не оставался ни в один год его уникального «царствования». Впрочем, почему уникального? Он просто идет по пути другой легенды манкунианцев — Мэтта Басби. Тот тоже возглавил клуб, когда он был в упадке, — в феврале 1945-го. Тоже вывел его на вершину мирового клубного футбола. Тренировал 24 года, потом также ушел на административную работу. Такой типичный путь легенды.

Фергюсон не рекордсмен среди долгожителей в мире футбольных тренеров. Сейчас сидит на пенсии, периодически обзывая игроков молодежной сборной Франции «мерзавцами», дедушка Ги Ру, 46 лет тренировавший «Осер».

Его вообще поставили руководить командой в 23 года, когда он был просто молодым игроком. Причем ни сэром, ни пэром Ги Ру не стал, а спустя четыре с половиной десятилетия верной службы своему не легендарному в отличие от МЮ клубу был просто изгнан. И потом говорил в интервью, что в тот момент хотел наложить на себя руки.

У сэра Алекса оснований для самоубийства нет. Жизнь удалась. Из человека, которому слали проклятия болельщики «красных дьяволов», искренне не понимая, как руководство клуба могло назначить этого шотландца главным тренером их команды, гордости британского футбола, он при жизни стал олицетворением клуба. Переплюнул самого Мэтта Басби. Из грязи в сэры.

Но, несмотря на род занятий нашего героя, футбол — лишь фон этой поучительной сказки. Это сказка о терпении — тех, кто принимает решения, и самого главного героя. Попробуйте 26 лет проработать на одной работе, сопряженной с постоянными гигантскими затратами, да еще на такой, где всегда виден результат. Или его отсутствие. Попробуйте пережить смену владельцев, унизительные поражения, насмешки болельщиков. Пробуйте не устать от бесконечных побед и назойливого болельщицкого обожания. Притом что дистанцию от любви до ненависти в один шаг никто не отменял. Попробуйте построить несколько команд, последовательно пережив их рождение, расцвет и неизбежное умирание по физиологическим причинам.

Кажется, все просто: человек оказался в свое время на своем месте. Но сколько случайностей должно было совпасть, сколько времени пройти, чтобы это стало понятно.

В мире есть тренеры, более знаменитые, чем сэр Алекс. Есть те, кто больше дал развитию футбола как игры. Но он сделал, может быть, главное, что вообще способен сделать любой человек в любой профессии. Стал ее олицетворением, знаком.

Говорим «Пушкин» — подразумеваем «поэт». Говорим «Моцарт» — подразумеваем «композитор». Говорим «Алекс Фергюсон» — подразумеваем «тренер».

Я никогда не болел за МЮ. Мне никогда не казалась обаятельной манера сэра Алекса не признавать судейские ошибки в пользу его команды. Его колкости в адрес тренеров других команд или судей редко были остроумными. Но этот человек стал чем-то вроде географической координаты, точки отсчета, краеугольного камня. Пока он есть, пока он тренирует команду — существует моя любимая игра, футбол. А значит, в некотором смысле продолжается жизнь.

Я застал сэра Алекса Фергюсона. Мне будет что рассказать дочке…