Между собакой и волком

Семен Новопрудский о том, чем могут обернуться метания Украины между Россией и Евросоюзом

Вечером 21 ноября российские информагентства начали метать «молнии»: Украина приостановила подготовку к ассоциации с Евросоюзом. Точнее, сначала был отказ Верховной Рады утвердить пакет законов, разрешающей экс-премьеру Украины, главному политзаключенному этой страны Юлии Тимошенко (если кто не помнит, она сидит за газовые контракты с Россией, которые с российской стороны подписывал не кто иной, как Владимир Путин) выехать на лечение в Германию. Фактическое освобождение Тимошенко в «лечебную эмиграцию» было обязательным условием для соглашения об ассоциации, которое выдвигал ЕС перед украинскими властями.

Уже потом стало известно, что о приостановке подготовки к интеграции с Евросоюзом объявило украинское правительство, мотивировав свое решение необходимостью развивать экономические отношения со странами СНГ и Россией в первую очередь. При этом украинский кабинет министров предложил РФ и ЕС создать трехстороннюю комиссию по вопросам торгово-экономических отношений и возобновить диалог со странами Таможенного союза и СНГ по активизации торгово-экономических связей.

Ситуация в российско-европейско-украинском (чуть было не написал «любовном», хотя любовью тут и не пахнет — исключительно деньгами) треугольнике стала совсем фантастической. От интеграции с ЕС отказались парламент Украины и ее правительство во главе с уроженцем Калуги Николаем Азаровым. При этом президент Виктор Янукович отправился с визитом в Австрию — обсуждать ту самую евроинтеграцию.

Смысл нехитрой стратегии украинских властей более или менее понятен: они подражают пожизненному президенту Белоруссии Александру Лукашенко, который, балансируя между Европой и Россией, не упускает ни единой возможности «подоить» обе стороны.

Но Украина, в отличие от Белоруссии, сложносоставное государство с глубоким ментальным расколом между проевропейским, но при этом нищим и не промышленным украинским Западом и не столько даже пророссийским, сколько советским промышленным Востоком. К тому же есть Киев, когда-то один из самых европейских городов СССР, он же «мать городов русских».

Россия Украине нужна как рынок сбыта не слишком конкурентоспособных в странах ЕС товаров и поставщик относительно дешевого газа. Однако российско-украинские отношения в последние годы достигли такого «расцвета» (причем президентство Януковича, которого злые языки даже именовали «российским губернатором», сменившего «прозападного» Ющенко, тут ничего особо не изменило), что мы продаем «братской стране» газ дороже, чем Германии. При этом строим газопроводы в обход Украины, лишая ее в обозримой перспективе доходов от транзита российского газа в Западную Европу. А отказывающийся от европейской интеграции украинский премьер Азаров чуть ли не в каждом интервью рассказывает, что Киев вот-вот навсегда перестанет покупать российский газ. То есть избавится от главного фактора привязки к России.

Россия и Украина могли бы жить спокойно и дружно, быть вполне себе взаимовыгодными торговыми партнерами. Но для этого пока есть два препятствия непреодолимой силы. Во-первых, российская власть на ментальном уровне так и не признала независимость Украины. Во всех своих мечтах и проектах по воссозданию хотя бы фрагментов советской империи Путин видит Украину неотъемлемой частью этого мифического евразийского пространства. Белоруссия слишком мала, чтобы удовлетворить российские имперские амбиции. Казахстан не слишком близок ментально, к тому же это самая независимая во внутренней и внешней политике от Москвы страна СНГ. Киргизия и Таджикистан готовы относительно недорого присоединиться к любому интеграционному объединению под эгидой России, но в сознании россиян ассоциируются лишь с нелегальной миграцией. И только Украина кажется и нашей власти, и части обывателей настоящей жемчужиной в «короне» этой новой мифической российской империи.

Но тут вступает в силу второе препятствие: нынешняя украинская власть давно уже приватизировала все ключевые активы на подведомственной территории. И эта «приватизация» — главный залог независимости страны, президент которой не слишком владеет государственным языком.

Интересы Украины как государства Януковича с Азаровым волнуют в самую последнюю очередь. Но они — политическая крыша владельцев «заводов, газет, пароходов», которые категорически не хотят, чтобы их активы отняла Россия.

А российские власти вообще до сих пор не в состоянии осознать, что Украина может иметь свои государственные интересы просто потому, что является отдельным от России государством.

Метания Украины между собакой и волком, Брюсселем и Москвой — следствие геополитической слабости украинской власти и боязни сделать однозначный политический выбор, перед которым Киев поставила именно Москва, грозя карами в случае его сближения с ЕС. Но полного геополитического поворота Украины в сторону России все равно не произойдет. В противном случае никакой Украины просто не будет. Это понимают даже такие невеликие мыслители, как Виктор Федорович Янукович и Николай Янович Азаров.

Украина так и будет метаться меж двух огней, пока у нее не появится власть, способная проводить ответственную политику. Или пока в России не признают де-факто ее государственную независимость.