Богатыри — не мы

Семен Новопрудский о том, как и с кем лучше праздновать 9 Мая

Так уж получилось у меня, советского мальчика, что из всех отмечавшихся в СССР праздников я признавал только два — Новый год и День Победы. Потом понял почему: для меня они были и остаются человеческими, а не государственными. Сейчас российская власть превращает один из этих двух человеческих праздников в конъюнктурное политическое шоу. Это уже даже не попытка присвоить себе победу, а намерение превратить подвиг народа нашей прошлой страны в орудие нового противостояния.

Каждый день в российском информационном пространстве на полном серьезе обсуждают, кто будет стоять на трибуне Мавзолея во время военного парада 9 Мая. Ах, там не будет Обамы — Меркель — Олланда. Зато (зато!) к нам может приехать «сам» президент Чехии Земан. Никогда еще Кремль, если верить его многочисленным рупорам, с таким восторгом и трепетом не ждал в гости ни одного президента Чехии.

Теперь вот дошла очередь до бурного обсуждения отсутствия в Москве 9 Мая формально ближайшего нашего союзника — президента Белоруссии Александра Лукашенко. Пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков сначала сказал, что ничего об этом не слышал (он, если кто заметил, поначалу так отвечает на любой неприятный вопрос), а потом повторил версию самого «батьки»: «Наш ближайший союзник, президент Белоруссии, 9 Мая будет присутствовать на аналогичном параде в Минске. Белоруссия абсолютно широкомасштабно празднует День Победы и тем самым чтит павших. Белоруссия находится вместе с нами в этих чувствах и разделяет их».

Вообще-то страны, лидеры которых не приедут в Москву, тоже разделяют наши чувства и не отрицают роли СССР (но не настоящей России, которой тогда и в помине не было) в победе над фашизмом. Они не хотят приезжать на этот праздник не к нам, а к этой российской власти.

Но простите, у нас нет ни малейших оснований превращать День Победы в подсчет количества голов руководителей государств на трибунах Мавзолея 9 Мая. Это просто не достойно великого праздника. 9 Мая не День России. Это день победы советских людей и страны под названием СССР. Это даже не победа Сталина, успевшего уничтожить значительную часть лучших отечественных военачальников, а также миллионы невинных мирных граждан. И тем более это не победа Путина или нас с вами.

Богатыри — не мы.

Если кто не помнит, в СССР День Победы 9 мая праздновали после войны только три года, до 1948-го. Потом это был обычный рабочий день, который вновь сделал выходным и начал отмечать как масштабный государственный праздник только Брежнев в 1965 году, к 20-летию Победы. Причем именно в той стране, которая выиграла войну. В стране, части которой не собирались становиться самостоятельными государствами и не думали воевать друг с другом. Не предполагали делить Крым и Карабах, Абхазию и Приднестровье.

Но и тогда, при всей казенной трескотне, идеологическом сиропе, при всем стремлении «дорогого Леонида Ильича» выдать себя за былинного героя Великой Отечественной с помощью книги «Малая земля», это был прежде всего праздник людей, а не «великой державы». Людей, понимавших, что они празднуют не столько победу коммунизма над фашизмом или Сталина над Гитлером, сколько свое второе рождение. Чтут память тех, кто ценой своих жизней позволил им продолжаться на своей земле.

День Победы — основание для сохранения нашей благодарной памяти о героях той войны, но никак не подсобный материал для построения новой российской идентичности. Память людей о людях — вот главный и единственный смысл этого праздника.

«Но помнит мир спасенный, мир вечный, мир живой Сережку с Малой Бронной и Витьку с Моховой», — писал поэт-фронтовик Евгений Винокуров. «Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели», — писал поэт-фронтовик Семен Гудзенко, умерший от военных ран через восемь лет после Победы. «Это радость со слезами на глазах», — писал в тексте одной из главных послевоенных песен о войне поэт-фронтовик Владимир Харитонов. Люди, прошедшие войну лично, писали о человеческом. О героизме и горечи потерь человека на войне. Не о величии режима.

Радость со слезами на глазах. Со слезами боли и скорби. Самый важный момент Дня Победы — та самая звенящая тишина минуты молчания по всей стране под неугасимое пламя Вечного огня после слов Игоря Кириллова, призывающих нас помнить павших. Я всегда с малолетства встаю в этот момент, где бы ни был.

По новейшим российским подсчетам, мы потеряли в той войне 27 млн человек. За 1418 дней от пуль, болезней или голода погибло примерно две с половиной сегодняшние Москвы. Поголовно, включая древних стариков и новорожденных младенцев. Или девять Киевов. Или тринадцать Минсков. Или тридцать четыре Кишинева. Помнить об этих потерях, благодарить живых участников и свидетелей войны, передавать эту нашу память по цепочке поколений детям и внукам — все, что нам остается.

Сейчас Россия упорно пытается сколотить новую «антигитлеровскую коалицию», в которую почему-то попадают неоднозначные персонажи.

Но Гитлер мертв. Война выиграна. Страна, победившая в ней с помощью других государств, но заплатившая самую страшную цену, распалась. Мы живем в другой стране. Случившуюся историю нельзя повторить или изменить. Погибших не воскресить.

Для собственного национального психического здоровья нам срочно необходимо вернуть Дню Победы простое и самое важное человеческое измерение. Надо как можно скорее вывести один из немногих честных и понятных людям независимо от их политических взглядов, веры или неверия праздник с поля боя мелкой политической конъюнктуры.

Последние ветераны войны и труженики тыла еще живы: долгие лета. Живы многие из тех, кто пережил этот кошмар детьми. Они, а не мы и есть единственные настоящие победители. Нам важно научиться одерживать свои победы, желательно в строительстве достойной мирной жизни. Не допускать войн, подобных Второй мировой. Это не должно повториться. Может, но не должно.

А на трибуне Мавзолея 9 Мая пусть стоит кто угодно или даже никто не стоит. К тому, что мы празднуем, это никакого отношения не имеет.

…С наступающим праздником вас, дорогие мои старики победители. И спасибо.