Новости

Числом поболее, ценою подешевле

О сериальных итогах года

В минувшем году сильно увеличилось количество отечественных сериалов: по разным данным, их количество выросло примерно на треть. Рекорд, впрочем, еще более впечатляет, если рассмотреть изменение структуры производства.

Времена бесконечного телевизионного «мыла», кажется, прошли. Как и предсказывали специалисты, самое сильное увеличение производства происходит в сегменте сериалов для интернет-сервисов, создающих произведения короткие (от 8 до 16 эпизодов), с единым динамичным сюжетом и интересной средой – они теперь составляют почти половину контента. Но и на эфирных каналах длинных – более 50 эпизодов – стало существенно меньше. В этом году вышел только один 100-серийный фильм «Красная зона» на канале НТВ (о медиках) и один 50-серийный – «Кулагины» на «России» (о следователях). Но большая часть новых эфирных сериалов укладывается в формат до 24 серий. Так что налицо перераспределение: общее количество часов осталось примерно прежним, однако оно используется эффективней – появляется больше историй, героев, локаций.

Однако победа контента для платных пользователей не привела к обещанному смысловому прорыву. Напротив, кажется, что сериалы, снятые для сервисов, испытывают влияние эфирных вкусов большинства: вместо сложных характеров и актуальных сюжетов доминирует жанровая развлекательность. Сериалов-событий, концентрирующих общее внимание, по сравнению с прошлым годом очевидно меньше, при возрастающем техническом качестве и замечательной актерской игре. Причина, как представляется, в слишком упрощенной картине мире, которую транслирует массовая российская культура, гибко обходящая все острые вопросы современного мира.

Жизнь героев на отечественных сериальных экранах проходит в богатом и ухоженном городском пространстве. Герои, даже если они провинциальные врачи или учителя, красиво и стильно одеты, живут в дизайнерских квартирах и ездят исключительно на хороших машинах. Их обувь идеально чистая. В больницах и школах, судах и полицейских участках, клубах и барах, магазинах и на улицах – обстановка приятная, стильная. Хотя мы живем в зимней стране, за редким исключением действие в сериалах происходит летом, теплым и не дождливым. Узнаваемых деталей почти нет, вместо индивидуально помятого дома – выхолощенная условность стандартной бытовой среды. Реальные российские города с их реальными ландшафтами и разбитыми дорогами не появляются на экранах – их заменяет некий условный город N, абстрактное пространство, позволяющее не привязываться к конкретным ситуациям и не задевать самолюбие местных, готовых к возбуждению по всем поводам, начальников.

В телевизионных сериалах многое определяется двумя вещами – бюджетом и стремлением угодить зрителям. Поэтому столько снимают медицинских историй.

Во-первых, это дешево – есть одна общая для всех серий декорация клиники, с одеждой тоже не сложно – форма у медиков и пижамы у пациентов. На улицу выходить не обязательно, пациентов доставляют внутрь. Во-вторых, тема болезни и угрозы смерти придает драматичности событиям, на фоне которых отношения главных героев выглядят более содержательно.

Второй популярный объект – полицейский участок, но тут, правда, помимо следователей разного ранга нужны преступники и жертвы, их внутрь не занесешь, нужно выехать на место преступления. Но зато детективный сюжет про преступления – жанр почтенный и востребованный.

Исторические сериалы снимать гораздо дороже, хотя у отечественного кинопроизводства скопилась некоторая общая гардеробная, наработано пространство военной или послевоенной, даже и дореволюционной родины. Несмотря на все старания художников-постановщиков, до сих пор в исторических сериалах персонажи выглядят ряжеными, а обстановка – музейно-условной. Будь то «Седьмая симфония» о блокадном Ленинграде, «Воскресенский» – про доктора, раскрывающего преступления, или «Угрюм-река» – ремейк популярного советского сериала. Не избежал упреков в нарочитой декоративности и самый дорогой исторический сериал этого года «Вертинский». Из-за больших бюджетов исторические сериалы снимают в основном для федеральных каналов, которые раньше были и главным заказчиком и показчиком. Стриминговые платформы пока позволить себе богатые бюджеты не могут, их конек – современность, актуальность, рискованные темы и дерзкие сюжетные повороты. Но, похоже, с этим как раз не так хорошо, как мы надеялись.

Из мини-сериалов, созданных для платформ, по понятным причинам стремительно уходит социально-политическая острота и сатира. «Домашний арест», не так давно вызвавший явный интерес к новому типу продукции, сегодня вспоминается с завистью. Второй сезон комедийного «Последнего министра» Романа Волобуева стал последним. Снятый Борисом Хлебниковым «Товарищ майор» так и не вышел. В сериале «Чиновница» очевидно столичный размах коррупции Минздрава перевели на региональный уровень: все в тот же город N (на это раз Порт-Новопетровск), от греха подальше. В условиях крепчания цензуры лучше держаться подальше от опасных политических тем.

Второй приманкой для зрителей в сериалах по подписке была откровенность с запретными на эфирных каналах темами сексуальности. В этом году вышел уже третий сезон «Содержанок», но тот вызов, что мерещился в первом, настолько сдулся, что новый сезон почти не заметили. История про вебкам и порно-индустрию, рассказанная в сериале «Хеппи-энд» дебютантом в режиссуре, актером Гоголь-центра Евгением Сангаджиевым, очень старается быть провокативной, фильм даже начинается с откровенной сцены съемок порно, к которой героиня придет только к финалу. Но на самом деле отношения провинциальных искателей сладкой жизни, отлично сыгранных и очень узнаваемых, все же не выходят за рамки традиционного сюжета о жестокости преступного мира и продажности его обитателей, ожидаемого новаторства в подходе к рискованной теме очень мало.

Дело ли в скорости, с которой продюсеры инициируют новые проекты, или в робости мышления авторов, или в консерватизме зрителей (а скорее всего, работают все эти факторы), но современность проявляет себя в мини-сериалах в основном в области актерской игры: актеры стали, наконец, вести себя на экране свободно и естественно.

Диалоги тоже свидетельствуют о желании вводить в мир сериалов приметы актуальной повестки, сформированной, впрочем, не здесь и не нами.

Феминистские настроения, например, не совсем чужды отечественным кинопроизводителям, но очевидно, что они не сильно их волнуют. Да, в центре действия чаще оказываются женщины. Не обязательно в стриминговых продуктах, но и в эфирных. Женщина-следователь, женщина-врач, женщина-чиновник, даже женщина-автослесарь. Челночницы, пенсионерки… Но удивительно, что в этом сезоне появилось мало ярких героинь (с некоторой натяжкой назвала бы Викторию Толстоганову в «Чиновнице» и Лену Тронину из «Хеппи-энда»). Среди многочисленных женских персонажей нет ни одного по-настоящему живого и оригинального характера, в отличие, кстати, от мужских ролей. Тут конкуренция куда больше.

Антон Васильев сыграл брутального следователя с детской травмой в сериале «Хрустальный» – пожалуй, впервые на отечественном экране показав характер мужчины, пережившего насилие. Евгений Коряковский в сериале «Немцы» очень интересно сыграл неоднозначного журналиста, пытающегося обыграть сильных мира сего. В «Пингвинах моей мамы» юный актер Макар Хлебников вовлек зрителей в сложные переживания подростка. Алексей Филимонов в роли Вертинского понравился даже тем, кто не принял фильм. Евгений Стычкин в сериале «Вне себя» сыграл в очень сложном жанровом рисунке, вызвав и удержав зрительскую симпатию даже в самых этически сложных ситуациях. Андрей Бурковский сыграл главные роли в двух ярких сериалах года: «Дожить до рассвета» и «Медиатор». И это далеко не все.

Кажется, что женские роли сценаристам даются хуже, как будто сказывается отсутствие проработанности в культуре иного варианта судьбы для женщины, чем роль любовницы или матери. Пожалуй, самой нестандартной героиней можно назвать сценаристку Киру в «Большой секунде», которую сыграла не актриса, а настоящий соавтор сценария Ольга Мотина-Супонева. Их дуэт с Виктором Шамировым, режиссером и сценаристом сериала, призван лишь отенять основное действие, но он запоминается именно потому, что оба героя предъявляют живую, индивидуальную интонацию, хотя и в типовой ситуации.

Сериалы у нас создаются для развлечения, поэтому страх потерять внимание аудитории слишком силен, и авторы по большей части сами уходят от опасной новизны и остроты, спасаясь в стандартах жанра. Поэтому настоящего прорыва ждать глупо, эксперименты – дело авторского фестивального кино. Но все же надежды на более решительное обновление были – однако оправдались они лишь частично. Наиболее яркими проектами среди мини-сериалов для меня стали комедия «Вампиры средней полосы», семейная драма «Пингвины моей мамы», триллер «Топи» и детективный «Вне себя».

Технически наша индустрия сериалов уже готова всерьез работать, набран богатый опыт, но создателям трудно определиться не только с границами дозволенного, но и со вкусами аудитории, большая часть которой ждет от сериалов только приятной приторности. Будет обидно, если проект платного интернет-просмотра окажется полностью под властью монстров массового показа.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

Загрузка