Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Кино

Фото: Reuters

Кто захочет убить деревенского дурачка?

Начинается ретроспектива фильмов Тео Ван Гога

Семен Кваша

В Москве открывается ретроспектива фильмов Тео Ван Гога — голландского режиссера, убитого за короткометражку «Покорность».

Тео Ван Гог был двоюродный правнук Винсента Ван Гога и сын Йохана Ван Гога, агента секретной полиции. Он снял дюжину художественных фильмов и был, вероятно, лучшим режиссером в Голландии, лауреатом главной национальной кинопремии и пары разных фестивальных наград, пока его не убили.

Кроме кино он занимался и политической журналистикой. Он писал очень резкие колонки, в которых довольно свободно выражался на разные важные для сверхтолерантного голландского общества темы. Он был другом Пима Фортайна, правого консерватора, которого многие считали фашистом, считал, что Голландии пора избавиться от королевской семьи и стать наконец республикой, и ненавидел ислам.

Голландских мусульман он называл козлодерами. Впрочем, он и евреев не очень любил за фиксацию на Освенциме. В 1991 году в одной из колонок он написал: «Сегодня пахнет карамелью, потому что жгут только евреев-диабетиков». Когда его подвергла за это суровой, но справедливой критике историк Эвелин Ганс, он написал в журнале, что, видимо, доктор Эвелин мечтает, чтобы ее трахнул доктор Менгеле, изобретатель газовой печи, и потом всячески подзуживал историка подать на него в суд, чтобы ей перед судьей пришлось доказывать, что это не так.

К тому же Ван Гог очень много пил, нюхал кокаин и не боялся смерти.

В 2004 году он снял десятиминутный фильм «Покорность» (так переводится слово «ислам»). В нем четыре марокканские женщины, одетые в длинные и все закрывающие, но полупрозрачные одежды, стоят на коленях и рассказывают свои истории, в которых насилие, унижение, несправедливость и все то, с чем ежедневно сталкивается мусульманская красавица. На телах этих женщин были написаны суры Корана, определяющие ее положение в жизни. Фильм этот Ван Гог снял вместе с Айан Хирси Али, сомалийкой по происхождению, либеральным политиком и членом парламента.

Они оба получили угрозы после этого, на что Ван Гог сказал: «Кто захочет убить деревенского дурачка?»

Этим человеком оказался Мухаммед Боуйери, который застрелил и зарезал Тео Ван Гога, ранил полицейского и скрылся.

Фильмы Тео Ван Гога будут показывать в Клубе на Брестской в конце апреля, и туда обязательно стоит сходить.

Во-первых, из-за Кати Шуурман. Катя наполовину суринамка, наполовину карибка с Антильских островов и еще на небольшой кусочек китаянка, она необыкновенно красивая и отличная актриса к тому же. Она главная голландская кинозвезда и телезвезда — именно она озвучивала Джейн в «Тарзане», если это о чем-то говорит, и она была подругой Тео Ван Гога и снималась у него в нескольких фильмах. Например, в «Интервью»: истории о том, как высокомерный политический обозреватель во время правительственного кризиса отправлен не в парламент, а домой к кинозвезде Кате брать у нее интервью. В долгом и болезненном разговоре выясняется с большим трудом, что актриса — не психически неустойчивая дура с силиконовыми сиськами и опилками в голове, берущая эмоции только из сценариев. Для журналиста это оказывается крайне неприятным сюрпризом.

У Кати в этом фильме трудная задача: она балансирует между истерикой и абсолютным хладнокровием, мазохистской откровенностью и расчетливой ложью. Во всяком случае, у нее не опилки вместо мозгов: настоящая Катя попробовала себя и в режиссуре, и музыку пишет, и считается даже художником-постановщиком: «Интервью» снято в ее гостиной, которую она сама обставила.

Другой фильм, в котором она участвует, — «Cool». Это название бара, в котором отвисают две молодежные банды, постарше и помоложе. Школьники прогуливают уроки, катаются на скутерах и грабят бензоколонки, а взрослые грабят банки. Потом старшие кидают младших, младшие попадают в школу тюремного типа, Катя Шуурман становится между двумя лидерами двух коллективов, и заканчивается все гнусной перестрелкой.

Самое интересное в фильме — школа для малолетних преступников. Маленьких подонков учат свободе слова, свободным методам дискуссии, загнанным в очень жесткие рамки. Если одному подонку не нравится, что говорит другой, он может крикнуть: «Поддержка!» — и ему на помощь придет целый отряд, который по идее должен помочь разобраться, но с тем количеством агрессивности и нереализованного тестостерона, что витает в воздухе, все сводится к банальной свалке. Групповая терапия, которую применяют на подростках, унизительна, но эффективна: в титрах показывают, что только трое из пяти становятся рецидивистами.

Самое удивительно, что Тео Ван Гог, либерал-фундаменталист, боровшийся против ислама и нелегальной иммиграции, симпатизирует этим мальчишкам — арабам, карибам и русским с их рэпом, цепями и гайками, бензоколонками и банками.

И самый главный фильм Ван Гога — «06 05» — история о том, как правый консерватор Пим Фортайн был убит во время предвыборной кампании. Молодой фотокорреспондент-мотоциклист оказывается рядом с местом преступления и вынужден расследовать его, несмотря на противодействие тайной полиции. «Всесильная тайная полиция Нидерландов» — звучит, конечно, диковато, но Ван Гог ставит простенькую задачку. Дано: военные промышленники, которые хотят участвовать в создании нового натовского самолета, и популярный политик, который должен победить на выборах и собирается свести к минимуму участие Голландии в дорогом военно-промышленном проекте. Зеленые и леворадикалы убивают политика, его наследники успевают получить в парламенте большинство, но заявляют, что в день смерти Фортайн как раз согласился на участие Нидерландов в строительстве «Страйкера». Это медленный фильм, в котором мотоциклисты соблюдают скоростной режим, прелестная турчанка лежит, свернувшись калачиком на постели, стюардессы скручивают в бараний рог ленивых тайных полицейских, а храбрый марокканский мальчик спасает блондинку от тайных полицейских и получает пулю. Мальчик, кстати, тот же, что и в «Cool», там он тоже в конце получает пулю.

Конечно, бывают и разоблачения пожестче, и фильмы о подростках полиричнее, и театральные кинопостановки в дюренматтовском стиле позажигательней, но Ван Гог все равно прекрасен. У него эдакий семейный кинематограф: актеры во всех фильмах одни и те же, к ним успеваешь привыкнуть, если можно вообще привыкнуть к Кате Шуурман. И потом, в его кино есть очень здоровая наивность, провинциальность: никаких спецэффектов, просто есть история и актеры, которые ее играют. Но и «Догмы» тоже никакой нет: если кадр снят ручной камерой, значит, либо надо было подойти вплотную, либо денег на кран не хватило.

Жалко только, что самый главный фильм — «Покорность» — на этой ретроспективе не покажут.