Опыты над женщиной Востока

Роман «Флоренс Аравийская»

Вышел напугавший европейцев роман Бакли «Флоренс Аравийская» про эмансипацию арабов, застенки и погони.

«Флоренс Аравийскую» Бакли — журналист, писатель, редактор «Форбс», пиарщик, спичрайтер Буша-старшего — писал после вторжения войск коалиции в Ирак. Но до карикатурного скандала. Впрочем, в любом случае мусульмане в его романе получились бы такими же тупыми, дикими, жестокими и коварными. Творчество потомственного республиканца и интеллектуала К. Т. Бакли начиная с первого его романа из жизни пиарщика табачной кампании «Здесь курят» антиполиткорректно. Надо быть верным себе.

На компьютере у Бакли пришпилено напоминание: «Это должно быть смешно». Клятва верности смеху.

А смешное не придумывается. Оно берется из знакомой реальности, из желаний, обманов и несоответствий. Смешное у Бакли — способ достижения достоверности. В «Здесь курят» он смеялся над антиникотиновой зависимостью американского общества. В «Суматохе в Белом доме» — над всей президентской ратью, к которой и сам некогда принадлежал. В «Зеленых человечках» — над падкими до всякой космической ерунды соотечественниками. Во «Флоренс Аравийской» Бакли смеется над американцами, арабами, их конфликтом, Госдепом, ЦРУ, французской разведкой, двуличием политиков по обе стороны, властью корпораций.

Шутки смешные. Их много.

Длинноногая и сексапильная сотрудница Госдепа, эксперт по Ближнему Востоку Флоренс Фарфалетти в отчаянии от гибели одной из жен Васабийского посла в США. Девушка попыталась сбежать от мужа и остаться жить в Америке. Правительство отошло в сторону, неверную жену отвезли на родину и там обезглавили. В отчаянии Флоренс пишет бредовую докладную, как с помощью эмансипации восточных женщин можно оцивилизовать и стабилизировать мусульманский мир. Госдеп, естественно, предлагает ей придти в себя в одном захолустном консульстве. Тут появляется загадочный тип дядя Сэм. Открывает Флоренс безлимитный кредит. Дает собрать команду. Благословляет на опыты с эмансипацией женщин Востока. Флоренс устраивает в довольно либеральном арабском Матаре по соседству с фундаменталистской Васабией совместно с женой прогрессивного местного правителя антимусульманский телеканал и начинает вещание на соседнюю варварскую Васабию.

Женщины Востока не прочь эмансипироваться. Но тут вмешиваются восточные мужчины. При поддержке французской разведки убивают главу Матара. Страна, принявшая американскую посланницу цивилизации, повергается в религиозный фанатизм. Флоренс и ее подруга по ТВ, жена эмира, попадают в темницу.

Вместо эмансипации и стабилизации на Ближнем Востоке начинается форменный кошмар.

Юмор у Кристофера Бакли живой и острый. И люди настоящие, и типы узнаваемые, и тексты отличные, пока он пишет про то, о чем знает, — о самоуверенности, ограниченности, предрассудках американцев. Но, как только действие романа переносится на Ближний Восток, шутки становятся скучными. Бакли уже не смеется над штампами, с помощью которых лепили в Штатах образ арабов последние двадцать лет. Он их такими и видит, и пишет — с цветистой слащавой речью, с жадностью, жестокостью, расчетливостью, хитростью. Ни одного живого лица — ни женского, ни мужского, как будто в придуманных Васабии и Матаре и мужчины надели паранджу.

Тем не менее, растеряв весь свой юмор и глубину, автор лихо докатил роман через погони, похищения, пытки в застенках, коварство политиков и трусость перед силой мусульман до счастливого поцелуя героини и сурового, благородного и независимого агента ЦРУ Бобби.

Что тут скажешь? Аллах Акбар, да и только.

Как оно было на самом деле, могла бы рассказать прототип Флоренс — итальянская журналистка Ферн Холланд, которая действительно боролась за права женщин в Ираке, многое видела, кое-что поняла. Но ничего рассказать уже не сможет. В отличие от придуманной Флоренс Аравийской ее расстреляли в этом самом Ираке.

А в Европе роман Бакли действительно боятся издавать. Вышел, кажется, только в Дании. Причем до карикатурного скандала. Французский издатель так и сказал — боится, исламисты замучают судебными исками. Бакли ему не верит, но, как он сам признался в недавнем интервью, опасения его понимает. В конце концов, «Флоренс Аравийская» — это только вымысел. А вот коктейль Молотова в бутылке, брошенной в окно французского издательства, может оказаться вполне себе настоящим.

Кристофер Бакли. «Флоренс Аравийская». М.: «Иностранка», 2006.