Размер шрифта
А
А
А
Новости
Размер шрифта
А
А
А
Газета.Ru в Telegram

Любовь к бесконечной родине

Выставка Алены Кирцовой «Справочник по цвету»

Открылась выставка Алены Кирцовой «Справочник по цвету». С цветом все хорошо, не хуже — с движением во времени и в пространстве.

В области, называющейся отечественным современным искусством, живопись — это периферия, этакий районный городок. Жители областных центров считают, что она умерла, и предпочитают пользоваться фотографией, делать какие-то объекты либо испытывают искус новых технологий. А если живописью у нас все же занимаются, то для того, чтобы на холсте при помощи краски и кисти рассказать историю, часто анекдотическую, — вспомним самых знаменитых наших «картинщиков» Виноградова-Дубосарского и Звездочетова.

Ерунда: живопись существует со времен палеолита и будет так или иначе практиковаться, покуда не вымрет человеческий род. Алена Кирцова — представитель слободы, где верят, что живопись интересна, прежде всего, потому что она вечно говорит сама о себе.

Начала заниматься искусством в первой половине 70-х, была учеником легенды московского неофициального искусства Василия Ситникова, рисовала деревянные церковки среди унылого «саврасовского» русского пейзажа и пузыреобразных флуоресцирующих обнаженных. Далее была серия изящнейших натюрмортов. Но понятно, в каком направлении движется художница, стало в начале 80-х. Она жила в новостройках Северного Чертанова и писала вроде бы реалистические картины: белье, сушащееся на балконе, вид из окна на торцовую стену соседнего дома, угол между потолком и стеной на кухне, приоткрытую дверь в прихожую.

На самом деле это были опыты анализа пространства картины: как одна линия расположена с соседней и почему явственно синее, канареечное, зеленое, кумачовое и угольно-черное способны быть рядом.

Далее Кирцова много лет занималась одним и тем же, что для нашего искусства уже редкость. Рисовала не то, что важно кому-то, а что надо ей. Анализировала то, что видит. Получилось странно, не слишком уместно в пределах российского contemporary art. Живопись Кирцовой легко обозначить как локальный российский вариант модного в 80-е на Западе направления NeoGeo, то есть постмодернистского варианта русского авангарда начала прошлого века и геометрической абстракции 40–60-х. Главное различие — это удивительно внимательная живопись. Зачем так стараться, можно же просто закрасить? А бог весть.

Но, если посмотреть внимательнее, чувствуешь себя пассажиром транспорта, катящегося по бесконечному пространству, которое друг Александра Пушкина Петр Вяземский когда-то картографировал так: «От мысли до мысли версты скакать».

Верно. Но от мысли до мысли скакать можно и в крохотном Лихтенштейне. А живопись Кирцовой как раз очень умная и чуткая. Едешь по этому ландшафту без конца и края вдоль неизменного горизонта и видишь, как что-то мимолетно меняется. Вот облако изменило конфигурацию, сорока снялась с провода, тянущегося за окном, а тетка в оранжевом жилете, стоя на переезде, махнула спектральным флагом. И все это навевает разнообразные мысли. Например, о том, что хорошая живопись тем и хороша, что внятно размышляет сама о собственной сущности, никогда не приходя к окончательному решению.