Новости

Русалка на Москве-реке

Выходит «Русалка» — вольная экранизация знаменитой сказки с погромом фанатами Манежа, ураганом и чудесами

Выходит «Русалка» — неожиданно толковая и обаятельная мелодрама, вольная экранизация знаменитой сказки с погромом фанатами Манежа, ураганом и чудесами.

Толстая приморская наяда, вступившая в связь с мимо ходящим морячком в волнах синего моря, — это мама. Морячок, стало быть, — папа, который, исполнив свой долг, ушел в плавание настолько долгое, что никогда не вернулся. Старушка с мороженым в кресле-качалке — это бабушка. Ветхие домишки, школа для умственно отсталых, прибой по ночам и мореходы-постояльцы в доме стареющей наяды — это родина. Серые многоэтажки, работа ходячим «гамбургером» и «пивной кружкой» — это Москва. Продающий участки на Луне парень, который, напившись, прыгает с моста в реку, — это принц. Странное чувство в груди — это любовь.

А все вместе — это «Русалка», история девочки Алисы (Мария Шалаева), которая умела исполнять любые желания и которой, однако, в жизни это не очень помогло. Роликом к этой ленте томили в кинотеатрах чуть ли не год, смешная девушка, передвигающаяся исключительно бегом то по берегу, то по улице, стала за это время как родная, и, в общем, казалось, что фильм будет славный. Подозрительность, тем не менее, — основной инстинкт, залог выживания. Слово «мелодрама» подразумевает изрядную вероятность того, что за роликом воспоследует очередной выпуск сериала «Эти забавные животные», посвященный брачным и охотничьим ритуалам мира гламура.

«Русалка», однако, извернулась блестящей рыбой, плеснула хвостом и явила столь неожиданную историю, что по началу просто глазам не веришь.

Самое неожиданное в ней — это что на экране присутствует собственно кино, а не анимированная какими-то зловещими силами режиссерско-продюсерская концепция. Сцена, в которой девочка Алиса сидит на лавочке и на пару с мальчиком-дауном сбивает яблоки с дерева силой мысли, — это да. Режиссер Анна Меликян напомнила, что делить фильмы на «для народа» и «для фестивалей» придумали, скорее всего, враждебные мыслящие пылесосы с планеты Криптон, и сняла историю, в которой буйство фанатов на Манежной, совершенно выдающийся ураган, сметающий хибару Алисы, мальчик-даун, роскошные московские апартаменты и невероятные платиновые блондинки уживаются так же, как в жизни.

Но дело не только в этом. Придумав историю о девочке из приморской провинции, которая хотела стать балериной, не стала, а однажды ночью, обидевшись на маму, подожгла дом и потом замолчала на долгие годы, приехала в Москву, поступила в институт ценой чужой жизни, влюбилась и натворила массу всего, Меликян выпустила на волю невероятно редкого для российского кино персонажа.

Героиню, чье обаяние в достоверности, как ни странно это говорить о девушке, которая умеет заставлять пароходы дудеть, яблоки — падать, а людей — умирать.

История русалочки, ходившей на подаренных ведьмой ногах как по ножам и превратившейся в пену морскую благодаря скотине-принцу, — одна из самых душераздирающих историй Андерсена. Умиление его творением, как правило, признак плохой памяти — в детстве читать его было просто жутко. Не стала умиляться и Меликян, сделав смешное, но довольно грустное кино. В этой сказке даже дорогие лофты и машины, терзающие чувство здравого смысла чуть не в каждой современной постановке, выглядят довольно безобидно — сказка же.

Сказка, как известно, ложь, но с намеком: реализм, особенно магический, такая штука, которая может принимать самые странные формы. Например, форму лофта или банки с маринованными огурцами, которые играют в ленте не последнюю роль. Тогда и русалка может быть ходячим гамбургером.