Картина маслом

НТВ показывает сериал «Проклятие спящих»

На канале НТВ начался показ сериала «Проклятие спящих» — мистического детектива, в котором обычные следователи привычными методами пытаются разобраться в загадочных убийствах, тонкой душе художников и причинах сна персонажей картин.

Известная певица Лиза (Софья Каштанова) становится виновницей аварии, в которой гибнет не менее известный художник Иванцов. Вместе с его спутником и учеником Алексеем Тихоновым (Юрий Чурсин) она представляет все как несчастный случай, но попадает в зависимость от своего помощника и вынуждена выполнять его странные требования. Кроме того, у Лизы хранится редкая и старинная картина — наследство от бабушки, — которой очень интересует богатый коллекционер Павел Воронов (Евгений Стычкин).

Бизнесмен подсылает к Лизе глянцевого фотографа Костю (Александр Соколовский), чтобы тот смог сфотографировать шедевр для последующего создания точной реплики. Подмену картин удается провести легко, но в руках у Воронова оказывается еще одна копия; он выходит на еще одного создателя подделок, искусствоведа Агнессу (Анастасия Заворотнюк), и пытается узнать, куда делся оригинал.

Экспертиза показывает, что смерть художника не была несчастным случаем, и следователь по особо важным делам, майор юстиции Ирина Щуляева (Анна Котова) — она еще и сестра Кости — допрашивает Тихонова, который подозрительно часто попадается ей на пути; до этого Костя узнал на его картине свою пропавшую без вести возлюбленную.

Канал НТВ показывает сериал «Проклятие спящих» — мистический триллер о загадочных картинах, скрытных художниках и миллионерах с причудами.

Первоначально этот восьмисерийный фильм анонсировался как «Спящие», но когда Первый канал выпустил сериал под таким же названием, НТВ своих «Спящих» переименовал. Придумал и снял «Проклятие спящих» Илья Куликов, у которого в активе сериалы «Глухарь», «Карпов» и «Закон каменных джунглей», а новое название, пожалуй, лучше всего отражает внутреннее содержание.

С мистикой на отечественном телевидении всегда было хорошо — как минимум, с количеством; недаром канал ТВ-3 какое-то время даже имел слоган «настоящий мистический». Впрочем, что касается качества, то с ним все намного сложнее, а лучшие образцы жанра, например, «Обратная сторона луны» или «Чернобыль: Зона отчуждения», все же были сделаны на границе жанров и запомнились совсем не мистической составляющей.

«Проклятие спящих» тоже собрано из разных жанров.

Сериал начинается как в меру стандартный детектив — с полицией, следователями, случайными убийствами, к которым добавлены еще и продажные журналисты, звезды поп-сцены и художники; к последним авторы явно относятся неравнодушно. Убийства, соответственно, расследуются приятной внешне следователем по особо важным делам, журналисты делают свое грязное дело за большие деньги, которыми буквально разбрасывается богач-коллекционер. Ну а необходимый по жанру саспенс нагоняется с помощью навязчивой музыки, которая, впрочем, лишь предупреждает, что дело нечисто и надо внимательно следить за происходящим на экране.

Это затянувшееся вступление обрывается внезапно, и сериал как-то подозрительно охотно сворачивает на мистические рельсы, на которых чувствует себя на удивление привычно. Впрочем, до собственно мистики дело доходит далеко не сразу, и нужно иметь определенное терпение, чтобы дождаться объяснения, почему картины со спящими людьми настолько важны и почему Воронову нужны какие-то особенные полотна —

оказывается, дело в городской легенде о душах, которые художник может поместить в свои творения.

Конечно, немедленное объяснение сюжетных странностей для мистического сериала противопоказано. Чем-то похожим когда-то привлекал зрителей Дэвид Линч, но сравнивать «Проклятие спящих» с «Твин Пиксом», разумеется, неловко. В сериале все же больше российского — причем именно детектива, привычного для аудитории НТВ. Этот детектив помогает мистике, а не мешает ей, что уже удивительно для российского фильма. И есть надежда, что нащупанная ко второму эпизоду нить повествования не будет заброшена в угоду избыточной зрелищности, а, напротив, разовьется в нечто большее. Ну а громкую тревожную музыку можно и перетерпеть — было бы ради чего.