«Между «Спутником» и Pfizer выбрал бы первую»: что российские знаменитости думают о прививках

Макаревич, Зюганов, Пельш и Познер рассказали «Газете.Ru» о своей вакцинации

Россияне продолжают спорить — делать или не делать прививку от коронавируса, а если делать — то каким препаратом. Невзирая на вполне очевидные рекомендации медиков, у процедуры остается немало противников. «Газета.Ru» узнала у телеведущих Владимира Познера и Валдиса Пельша, музыканта Андрея Макаревича и политика Геннадия Зюганова об их личном опыте вакцинирования, также мы спросили у них о причинах недоверия к вакцинации со стороны россиян.

Андрей Макаревич, музыкант

Считаю, что те, кто не прививается, — идиоты. И таких, к сожалению, много. Я не имею никаких оснований считать, что «Спутник» — неудачная вакцина. Весь научный мир ее хвалит, сам я ей привился и чувствую себя прекрасно.

Что касается тех, кто против: что я могу с ними сделать, гоняться за ними что ли? Много идиотов, ничего не поделаешь. А чем мотивировано их пренебрежение — наверное, нашествием марсиан.

Владимир Познер, журналист

Не стоит путать то, какое отношение в России к нашей вакцине, с тем, как к ней относятся в мире. Наши вакцины не признаются в мире, это обуславливается экономическими и политическими причинами. Pfizer — одна из самых крупных фармацевтических компаний в мире, она не хочет видеть конкурентов. Всемирная организация здравоохранения официально признает «Спутник V», однако ЕС под давлением США эту вакцину признавать не хочет.

Внутри нашей страны предвзятое отношение к вакцинации объясняется тем, что у нас довольно темный и косный народ. Много разговоров о том, что из-за нее может быть отсутствие фертильности, небылица про чипирование. Наш народ открыт для подобных теорий заговора. Мы — как народ — не очень доверяем власти, у нас выработался условный рефлекс. В нашем представлении: если власть делает что-то хорошо, то, скорее всего, это плохо — и наоборот.

Резкая смена мнений насчет прививки связана с неприятностями: не попадешь в ресторан, никуда не съездишь. Прививаться большинству надо было раньше. Мы не являемся либеральной страной, поэтому меня поражало, насколько мы либеральны по отношению к вакцинации. Говорили, что надо не заставлять, а объяснять — и потом уже уговаривать. При этом во многих демократических странах чрезвычайно жестко подошли к этому вопросу. В Израиле и Франции ввели драконовские меры, хотя там тоже были люди, которые не хотели вакцинироваться.

Ограничительные меры — это такая же мотивация, как, например, штраф за неправильно припаркованную машину. За это можно заплатить большой штраф. И это универсальный способ добиться того, чтобы люди выполняли правила.

Я вот вакцинировался и даже не понял до конца — вакцинировался я или нет. Побочных эффектов и температуры не было. Люди, занимающиеся изобретением вакцин, находятся на чрезвычайно высоком уровне в России. Поэтому у меня нет никаких сомнений, что «Спутник» — лучшая из вакцин. И если бы у меня был выбор между «Спутником» или Pfizer — выбрал бы, безусловно, первый вариант.

Валдис Пельш, телеведущий

Я вакцинировался в декабре и ревакцинировался в январе. Абсолютно никаких побочных эффектов и неприятных ощущений после вакцинаций не было. Отсутствовало и предубеждение насчет прививаний. Я не отношусь к людям, которые вечно чего-то бояться. Я беру и делаю.

Геннадий Зюганов, политик

Для меня вопрос вакцинации — принципиальный. Все зависит от отношения к государству и доверия к нему. Если люди видят, что государство о них заботится, тогда люди доверяют такой власти. Всю Советскую страну и весь мир привили и избавили от оспы. Все тогда привились, и ничего страшного не было. А сейчас этого доверия к власти нет.

Еще одна причина недоверия — много вакцин создали. Еще вчера говорили, что — если вы переболели — нельзя прививаться и надо подождать. Для вакцинации нужны хорошие специалисты, чтобы они смогли оценить ваше состояние. И, если вы себя плохо чувствуете, отказались вас прививать. А сейчас всех строят и посылают прививаться. Одно сплошное недоверие, бездумные сокращения, унижение специалистов. Это отпечаталось в памяти людей — отсюда такое отношение.

Я вакцинировался. Но прежде проконсультировался со специалистом. Меня предупредили, что не знают, как вакцина может на меня подействовать. Я сделал прививку, так как это моя обязанность.