Размер шрифта
А
А
А
Новости
Размер шрифта
А
А
А
Gazeta.ru на рабочем столе
для быстрого доступа
Установить
Не сейчас

Интервью с группой «Мираж» — о новых песнях, суде с Суханкиной и концертах в Европе в 2022 году

Участники группы «Мираж» заявили, что не сталкивались с русофобией на концертах в Европе

Первый альбом советской и российской группы «Мираж» — «Звезды нас ждут» — вышел 35 лет назад. С 1991 года солисткой коллектива является певица Екатерина Болдышева, чей голос звучит в третьем альбоме группы «Не в первый раз». Ее напарник и возлюбленный — гитарист Алексей Горбашов — в составе «Миража» с 1988 года. В интервью «Газете.Ru» они рассказали о гастролях в Европе в 2022 году и конфликтах с бывшими участницами группы, а также объяснили, почему не вступают в брак после 30 лет отношений.

— Чем вы занимаетесь сейчас? Какие ближайшие точки вашего тура, посвященного 35-летию группы «Мираж»?

Екатерина Болдышева: У нас небольшая пауза между концертами. Занимаемся домашними делами и готовимся к новым гастролям.

Алексей Горбашов: В ближайших планах — Липецк, Ижевск, Киров, концерты в республиках СНГ. В долгосрочных — гастроли по России, концерты в ближнем и дальнем зарубежье.

— В октябре вы были хедлайнерами фестиваля «Русская ярмарка» в немецком городе Бад-Зальцуфлен. В этом году из названия мероприятия убрали слово «русская» во избежание провокаций. Как все прошло, не было инцидентов?

Екатерина: Честно говоря, я очень нервничала перед отъездом — сейчас слишком много говорят и пишут о том, что весь Запад пропитан русофобией, и можно ждать любых сюрпризов. Но оказалось, все совсем наоборот — нас ждал на удивление теплый прием, и отношение к нам везде было очень дружелюбным.

Алексей: Помимо выступлений на Ярмарке, а она проходила два дня, у нас еще был концерт в Баварии, который назывался «Большая русская ночь с группой «Мираж». К счастью, никаких инцидентов ни на одном из мероприятий не было, хотя организаторы Ярмарки очень переживали за это и просили всех артистов воздержаться от каких-либо политических лозунгов и заявлений. Все прошло очень мирно, хотя в зрительном зале и среди персонала были и русские, и немцы, и украинцы.

— Критикуют ли вас за выступления за рубежом в это непростое время?

Алексей: Я знаю, что информация о наших гастролях за рубежом у некоторых вызывает неоднозначную реакцию. Мне попадаются на глаза комментарии о том, что, мол, нечего ездить во вражеские страны, надо давать концерты для раненых, а еще лучше — ехать прямо на передовую. Я не знаю, что в головах у таких людей. Если уж делить мир на друзей и врагов, то наши оппоненты — это те, кто мечтает об отмене русской культуры за рубежом. Хочется спросить таких умников: так вы с ними? При этом, когда такого диванного патриота спрашиваешь, а что он сам сделал полезного, кроме того, что написал этот полный праведного гнева комментарий, он начинает в ответ рассуждать о том, что он человек маленький, от него ничего не зависит, а мы, публичные люди, должны приносить пользу обществу и подавать какой-то там правильный пример.

Если уж на то пошло, то и в воинских частях, и в госпиталях мы выступали — и не один раз. И в Сирию летали к нашим военным. А что касается наших концертов за рубежом, то на них ведь приходят простые люди. Они такие же наши поклонники, как и здесь. Если этот человек пришел на наш концерт, это значит, что он точно не отвергает русский язык и русскую культуру, носителями которой мы являемся. И, поверьте, за умы этих людей сейчас идет нешуточная борьба. Любой концерт как для зрителей, так и для артистов — это не только песни и пляски, это еще и общение. Вот и сейчас мы съездили на эти концерты, поговорили с поклонниками — не только во время наших выступлений, но и на автограф-сессиях, фотосъемках, просто где-то на улице, за кулисами. Благодаря этому мы немного в курсе, о чем они думают, за что переживают. Мы знаем, как они оценивают происходящее в мире, как относятся к нам, русским.

— О чем вы разговаривали с поклонниками на Западе?

Алексей: Зрители за рубежом всегда задают много вопросов, а особенно сейчас. Им тоже интересно знать, что мы думаем о происходящем, что на самом деле происходит в нашей стране — тепло ли у нас в домах, есть ли продукты в магазинах, сколько стоит бензин. Ведь им же объясняют, что они должны мерзнуть в своих домах и платить за литр бензина два с лишним евро только ради того, чтобы сделать плохо жителям России, которым скоро будет нечего есть. Когда люди узнают, что это совсем не так, у них это вызывает шок. Понятно, что у тех, кто это спрашивает, происходит переосмысление происходящего.

— Ощущается ли в Европе предвзятое отношение к россиянам — или, возможно, вы слышали рассказы об этом?

Екатерина: К счастью, нам нигде не довелось этого наблюдать. Внешне отношение совершенно не изменилось.

Алексей: Когда начинаешь общаться с простыми людьми, то понимаешь, что их мало волнует, чей Крым и Донбасс, и что вообще сейчас там происходит — это все слишком далеко от них. Далеко не каждый европеец сможет сразу показать, где вообще это находится на карте. Гражданам Евросоюза сейчас намного ближе их собственные проблемы: чем согреть дом, на что заправить машину, купить продукты. Не так давно Дитер Болен (немецкий музыкант — прим. «Газета.Ru») разразился по этому поводу гневной тирадой, назвав то положение, в котором оказалась Германия вследствие санкций против России, «особым видом дерьма», и выразил мнение, что пора это все прекращать и садиться за стол переговоров. По сути, он выразил мнение абсолютного большинства немецких граждан.

— Композитор группы «Мираж» Андрей Литягин живет в Европе — и вы встретились в Амстердаме, чтобы поздравить его с 60-летием. Почему именно Амстердам, и как вы провели это время?

Екатерина: Мы выбрали местом встречи Амстердам, потому что с этим городом у каждого из нас связано много воспоминаний — получилось очень романтично и ностальгично. Также поездка совпала с нашими гастролями. Мы поужинали в ресторане, погуляли по городу и попутно обсудили творческие планы.

— Сложно ли сотрудничать на расстоянии?

Алексей: Технически сейчас есть все возможности для удаленной работы — мы можем находиться в разных частях света и одновременно петь и играть на инструментах без какой-либо задержки во времени и без потери качества звука. Но на практике, конечно, работать, сидя вместе в студии, намного проще и продуктивнее.

— Что вам больше всего запомнилось (либо удивило) в этой поездке?

Алексей: Наверное, больше всего удивило то, насколько быстро и сильно изменилась жизнь в благополучной Европе. И, судя по всему, это далеко не предел.

— Будете ли вы записывать новый альбом — или любимого всеми творчества достаточно, чтобы гастролировать и сохранять востребованность?

Екатерина: Мы работаем над новым материалом, но быстро что-то сделать не получается — сейчас график настолько плотный, что времени едва хватает на то, чтобы привести себя в порядок между поездками.

— С 2017 года вам принадлежат права на песни и бренд группы «Мираж». Много ли было случаев, когда бывшие участницы незаконно выступали с песнями?

Алексей: Права переданы в компанию «Мираж-Медиа», которую мы с Андреем Литягиным учредили для управления всеми активами группы. Когда мы вернулись в проект в 2016 году, я сразу предложил Андрею разрешить всем бывшим участницам группы использовать в концертной деятельности песни из репертуара «Миража». Для этого всем было предложено заключить лицензионные договоры с условием отчисления части гонорара непосредственно авторам.

— Много ли авторы получают за использование их интеллектуальной собственности?

Алексей: К сожалению, у нас в стране нет нормальной системы сбора авторских вознаграждений. Авторы получают просто смехотворные суммы за то, что их произведения звучат на концертах и транслируются по телевидению и радио. Поэтому многие авторы отказываются от услуг Российского авторского общества и заключают прямые договоры с исполнителями. Именно это мы и предложили сделать всем экс-участницам группы.

— Кто воспользовался этим предложением?

Алексей: На тот момент все, за исключением [Маргариты] Суханкиной, от этого предложения отказались. Представители Суханкиной оформили лицензию на полгода и работали этот период времени на совершенно законных основаниях. Но по истечении шести месяцев менеджмент певицы не стал пролонгировать лицензию, хотя песни на концертах продолжали исполняться. Как позже выяснилось, ушлые продюсеры экс-солистки решили схитрить — они подписали договор с одним издательством, по которому получили право на создание некоего театрализованного представления на основе песен из репертуара группы «Мираж». В это издательство Андрей действительно несколько лет назад передал часть своих прав. Но эти права никоим образом не касались концертной деятельности, поэтому договор этот не давал никаких законных прав на исполнение произведений. В связи с этим адвокат Литягина подал в суд на одного из организаторов концертов.

— Какая ответственность предусмотрена за такое правонарушение? Штраф?

Алексей: Суд установил, что выступление экс-солистки никаким театром не является, и оштрафовал незадачливого организатора за нарушение авторских прав. Это решение утвердили все судебные инстанции, включая Верховный суд РФ. Но жульничество с правами продолжается. Этим людям наплевать как на авторов, которых они бессовестно обворовывают, так и на организаторов, которых они элементарно подставляют — ведь ответственность за нарушение авторских прав несут именно организаторы концертов. И ответственность эта не ограничивается судебным штрафом, в отношении каждого из них может быть возбуждено уголовное дело, по которому грозит лишение свободы до шести лет.

— В августе СМИ писали, что «Мираж» дал концерты одновременно в двух городах — Мамадыше и Копейске. Оказалось, что в Копейске выступила экс-участница группы Маргарита Суханкина. Понесла ли она наказание за использование чужой интеллектуальной собственности?

Алексей: К сожалению, так все и было. В рекламе мероприятия, посвященного дню города Копейска, организаторы указали, что в программе будет участвовать группа «Мираж». Мы получили кучу писем от возмущенных зрителей, ведь группа «Мираж» действительно в тот день выступала совсем в другом месте — в городе Мамадыше. Мы связывались с администрацией Копейска и Челябинской области, с представителями прессы. Мы просили их разобраться с рекламой и не допустить нарушения авторских прав Литягина, но ответа мы так и не дождались. Из чего следует, что плевать они хотели как на товарный знак, так и на авторские права — и решение Верховного суда им не указ. Ну что ж, наше дело предупредить, а остальное будет решать суд. В настоящее время наш адвокат готовит исковое заявление.

— Поддерживаете ли вы дружеские отношения с кем-либо из бывших участников группы?

Екатерина: Весь 2019 год мы провели в туре в одной программе с Татьяной Овсиенко. И сейчас я вспоминаю это время с большим теплом. А года три тому назад на новогоднем концерте мы спели одну из наших песен с Ириной Салтыковой. Это было очень неожиданно и феерично.

Алексей: Также мы поддерживаем отношения со Светланой Разиной. Совсем недавно встретились, мило побеседовали и заодно обменялись правами на публичное исполнение тех произведений из репертуара группы «Мираж», в которых Светлана является автором текстов. Возможно, в скором будущем организуем совместные выступления.

— Вы вместе уже 30 лет, но до сих пор не женаты. Почему?

Екатерина: Мы не торопимся регистрировать наши отношения. Когда у меня спрашивают, почему, я отвечаю, что мы еще слишком мало знаем друг друга. Шутка! На самом деле, человеческие отношения — очень хрупкая вещь, они могут сломаться в одну секунду, и никакая отметка в паспорте не может быть от этого защитой или гарантией. Мы уже достаточно долго вместе, и я не думаю, что нам надо срочно бежать в ЗАГС. У нас и без этого хватает забот. Но я ни в коем случае не призываю никого следовать нашему примеру.

— Можно ли назвать ваш роман служебным — или на гастролях и репетициях вы исключительно профессионалы? Не было ли у вас сложностей в совместной работе?

Екатерина: Разумеется, для нас невозможно отделить одно от другого, совместная жизнь и работа — это единое целое.

Алексей: Но вот чего мы точно никогда не делаем — это то, чтобы наши семейные проблемы становились достоянием коллектива. Что бы между нами ни происходило, это не должно никак отражаться на работе и на коллективе. Для нас это закон.

— В медиа не удалось найти информацию о вашем отношении к детям и желании иметь своих. Если можно, раскройте, пожалуйста, эту тему.

Алексей: Моему сыну скоро 35, он уже давно уверенно стоит на ногах, у него хорошая работа и дружная семья. Так случилось, что с Катериной общих детей у нас нет, но мы принимаем ситуацию такой, какая она есть.

— У вас есть коты, которые даже стали героями клипа «Музыка — это антивирус». Тяжело ли содержать животных с учетом постоянных гастролей? С кем они остаются?

Екатерина: Да, у нас их двое: кошка Зигги и кот Казимир. Мы знаем, что они по нам скучают, когда мы в отъезде. Но если мы уезжаем на несколько дней, котов навещает моя сестра Люба, она живет неподалеку.

Загрузка