Размер шрифта
А
А
А
Новости
Размер шрифта
А
А
А
Gazeta.ru на рабочем столе
для быстрого доступа
Установить
Не сейчас

Режиссер Степан Бурнашев — о фильме «Айта», международных кинофестивалях и кредите на съемки

Режиссер «Айты» Степан Бурнашев признался, что взял кредит на съемки фильма

30 марта в российский прокат вышла детективная драма «Айта», снятая якутским режиссером Степаном Бурнашевым. Картина уже получила два приза на кинофестивале авторского кино «Зимний» — за лучшую режиссуру и лучшую мужскую роль. В интервью «Газете.Ru» Бурнашев признался, что взял кредит на съемки ленты, рассказал о проблемах финансирования якутских фильмов и назвал причину популярности своих работ.

— В трейлере «Айты» есть цитата от критика о фильме: «Это если бы Дэвид Финчер снял «Убить пересмешника». Как вы относитесь к подобным сравнениям?

— Легко! Обществу всегда нужны ориентиры, поэтому мы часто сравниваем. Мне кажется это естественным — сравнивать одних режиссеров с другими.

— А лично вам хотелось бы с кем сравнений?

— Мне вообще не важно (улыбается). Я знаю, что снимаю свое кино.

— В СМИ пишут, что фильм основан на реальных событиях — насколько это так?

— События фильма действительно произошли в жизни. Эту историю мне рассказал троюродный брат, который на тот момент работал следователем.

— Чем она вас тогда зацепила?

— Она очень трагичная. Думаю, наша история откликнулась бы в любом человеке. Основная проблема фильма — отцов и детей — с каждым годом только усиливается. И тема о силе толпы, о мести… К тому же благодаря этому фильму я получил возможность высказаться на несколько актуальных лично для меня тем. От того момента, как я узнал историю, и до начала съемок прошло порядка пяти или шести лет: все это время она варилась у меня в голове, в процессе добавлялись сюжетные повороты, волнующие меня именно сейчас.

— Как вы подбирали каст к фильму?

— Часть актеров вырисовывалась во время написания сценария, а кто-то — после. Я же практически никогда не делаю кастингов. Изначально знаю, что тот или иной актер реалистично сыграет этого героя на экране.

— Вы разыгрываете роль в своем будущем фильме среди зрителей «Айты». Это маркетинговый ход? Расскажите об этом отборе, пожалуйста.

— Конечно, это можно расценить и как маркетинговый ход фильма, — мы придумали его вместе с дистрибьюторами. Но надо понимать, что ко мне часто обращаются люди с просьбой взять их на роль или в команду. Мы подумали, это будет полезно как для одной, так и другой стороны. Это реальный шанс для людей, желающих сняться в кино. Правда, я пока не понимаю, на какую роль возьму победившего человека. Это будет зависеть от него, так как я буду стараться найти самого подходящего персонажа.

— Можно ли написать роль специально?

— Я никогда не пишу роль под человека. У людей — а у актеров в особенности — большая амплитуда, которая позволяет легко найти место в кино.

— Вы признавались, что любите работать с непрофессиональными актерами. Почему?

— Не сказать, что люблю, но иногда из-за этого получается некое разнообразие, которое идет только в плюс. К тому же довольно сложно заполнить второстепенных персонажей только актерами из Якутии, поэтому прибегаю к такому подходу. Бывает, конечно, когда и на основные роли выбираю любителей, но у нас много непрофессиональных актеров имеют большой опыт работы в кино. Зачастую они уже актеры с большой буквы.

— У вас тоже нет профессионального образования. Приходилось ли вам сталкиваться с пренебрежением от коллег из-за того?

— Раньше — да, некоторые персонажи даже не здоровались (смеется). Думаю, такое происходит во многих профессиях. Со временем подобное отношение пропало. Сейчас мы с этими же людьми общаемся, они советуются со мной.

В первое время у меня возникал комплекс неполноценности из-за этого, но, как и комплекс с заиканием, я его победил. Даже если и говорят, то пусть. Меня это не волнует. Я сам делаю свою жизнь и много работаю.

— Сейчас нет желания получить «корочку»? Либо вы считаете, что это стало вашей изюминкой?

— Не сказал бы, что это моя изюминка. Просто я многому научился именно на площадке. С каждым фильмом, а я их снял уже много, ты учишься. Плюс из-за того, что я начинал снимать самостоятельно, практически все специальности в области кино знаю назубок. Это мне сильно помогает. На самом деле, таких режиссеров не так много, — некоторые даже не знают, как включить камеру. А я, если очень надо, могу обойтись без оператора. В целом, наверное, хорошо, что у меня нет режиссерского образования. Нет рамок. Я знаю кинематографические правила, но нет бзика постоянно им следовать.

— Возвращаясь к «Айте» — было ли решение снимать фильм летом специальным режиссерским ходом?

— Отчасти — да, просто эта история ложилась на дождливую погоду, и сценарий был написан к ней. Я выбрал раннюю осень, так как в это время обычно пасмурно, хотя август у нас вышел очень теплым. Обычно мы в это время не купаемся, а тут — прямо до конца съемок при температуре +26.

Поэтому у нас были проблемы с фактурированием окружающей среды. Надо было, чтобы было мокро, поэтому приходилось фактурить самим.

— Много ли воды ушло?

— За весь съемочный процесс мы вылили порядка 60 куб. метров воды.

— Считается, что вы сняли «Айту» на деньги с продажи машины и кредита, не сказав об этом жене…

— Моя жена как самый близкий мне человек, конечно же, знала о всех моих решениях (улыбается). Остальное — да. Получилось так, что я продал машину и использовал деньги в съемочном процессе. Что касается кредитов, то они, к сожалению, всегда были, но надеюсь, что скоро я со всеми долгами расплачусь.

— Видела также, что «Айту» хотели взять на крупный международный фестиваль класса А, но после 24 февраля передумали. Правда ли это?

— К сожалению. Мы вели долгие переговоры, и у нас спрашивали, есть ли государственная поддержка картины. Потом убедились, что фильм снят на частные деньги, и дали согласие, но по итогу все-таки не взяли. Мы до сих пор общаемся, но пока у известных фестивалей нет особого желания брать российские проекты.

– Насколько это задело вас?

— Это, конечно же, обидно. Многие, кто посмотрел фильм, считают, что он достоин показа на лучших фестивальных площадках. Но что случилось, то случилось. Работаем дальше, выходим в прокат, и, возможно, на фестивалях класса поменьше покажут фильм.

— Расскажите, пожалуйста, закрылись ли в целом международные показы для якутских лент?

— Все зависит от класса. Много американских фестивалей не отказываются брать наше кино — например, я участвовал в прошлом году в двух. В 2023-м меня пригласили на фестиваль родного языка в Вашингтоне. Отказы исходят именно от именитых фестивалей, хотя и туда российские ленты умудряются попасть.

— Говоря о деньгах, стало ли государство охотней финансировать картины из Якутии на фоне успеха?

— Федеральное Минкультуры еще ни одному продюсеру из Якутии не выделило субсидию. Только на проекты, которые продюсировались ребятами из Москвы. Местные были только со-продюсерами в таких проектах. В прошлом году я пробовал получить деньги от федеральных властей: тогда мы прошли отбор, но нас сняли на этапе питчинга. Так что на данный момент ни один продюсер из Якутии не получил поддержку от Министерства культуры Российской Федерации.

При этом у нас есть Министерство культуры и духовного развития Республики Саха, которое с 2020 года выделяет по 80 млн. руб. ежегодно, по итогу получается по 20-25 млн. Кого-то поддерживают, а кого-то — нет.

— Откуда тогда берется этот альтруизм — снимать картины буквально себе в финансовый ущерб?

— Почему в ущерб? Некоторые выходят в плюс или ноль с проката — все индивидуально. На самом деле, в Якутии налажен прокат, плюс мы пытается выходить за пределы республики. И хотим, чтобы в будущем якутское кино показывалось по всей России.

— Все ли ваши картины покрывали расходы с проката?

— Нет, но какие-то действительно окупались, какие-то уходили просто в ноль. Есть и те, с которыми я ушел в жуткий минус.

— А если бы, например, вам предложили работать в Москве с крупными бюджетами, вы бы стали размышлять о такой возможности?

— Я люблю свой дом. Здесь моя семья: дети, родители и друзья. Для любого человека переезд — это большое решение. Конечно, я могу легко решиться временно поработать в Москве, но навсегда, наверное, не хочу. Мне комфортно дома.

К тому же, сейчас развито дистанционное общение. Мы же с вам общаемся по Zoom, и таким образом можно решать многие вопросы. Не вижу в этом никаких проблем.

— Вы не раз говорили, что якутские фильмы интересны в других регионах, а также среди международного зрителя, так как они рассказывают о жизни правдиво. При этом можно ли сказать, что вам как режиссеру важно отразить местный колорит?

— Думаю, что это получается само собой. Когда ты снимаешь кино в Москве, то показываешь город и его жителей. Это естественно. Или, например, в фильме о самураях ты же не будешь использовать мечи крестоносцев, а возьмешь те, что были в реальности.

Другой вопрос, есть ли у тебя в фильме этнографическая составляющая. При создании фильма о самураях она важна, но в моих лентах «Айта», «Наша зима» или «Черный снег» рассказываются обычные современные людские истории — просто происходящие в Якутии. Их можно адаптировать под любой регион и страну. Можно ли представить, что события «Айты» происходили в Калуге или Бразилии? Легко!

— Расскажите, пожалуйста, о якутском зрителе, как отличаются вкусы публики на территории республики? Например, я читала исследование, в котором говорилось, что даже успехи «Чебурашки» в Якутии выглядели не такими впечатляющими.

— Якутский зритель очень требовательный. Вообще, у нас издавна любят кино, и если посмотреть статистику по заполняемости залов, то наша республика всегда впереди всех регионов. К якутским фильмам, конечно, отдельное отношение, но это не значит, что все ходят именно на них. Такое было раньше, а сейчас зритель стал более требовательным.

— Слышала мнение, что развитию кинематографа в Якутии якобы способствовало то, что там нет федеральных сетей.

— В других регионах снимают фильмы, но их не показывают на больших экранах. А у нас однажды показали, люди пошли, и после этого все поняли, что местное кино интересно. В результате везде стали снимать фильмы разного уровня. По итогу количество переросло в качество. Сейчас остались те, кто хочет снимать кино, а не зарабатывать на нем. Плюс появляются новые ребята, которым проще идти по уже протоптанной тропинке.

— Кого бы из якутских режиссеров вы выделили?

— Всех, кто бок о бок со мной. Это, конечно же, мои друзья Дмитрий Давыдов и Алексей Амбросьев, наша обожаемая Люба Борисова, Миша Лукачевский, Эдуард Новиков. Володя Мункуев, хотя он сейчас живет не в Якутии. Мы же все общаемся, сценарии отправляем друг другу. У нас здоровая конкуренция: не враждуем, а дружим и поддерживаем.

— Вы с Дмитрием Давыдовым создали кинокомпанию «Амма продакшн». Много ли в Якутии молодых режиссеров, которым требуется поддержка?

— Мы ее создавали под наш общий фильм «Ыт». Сейчас ее названием активно пользуются начинающие снимать ребята из Амги, — мы с Димой родом оттуда. Это очень талантливые ребята, и, например, на прошлом фестивале в Ханты-Мансийске приз взял фильм «Кукушка» Евгения Николаева, работающего под эгидой «Амма продакшн».

Не скажу, что очень много желающих заниматься именно режиссурой. К нам приходят люди, которые хотят развиваться в операторском деле, у художников появляются все новые и новые ребята. Но потихоньку количество кинематографистов в республике увеличивается.

— Есть ли в ваших планах какие-то новые проекты?

— Мы с Дмитрием Давыдовым планируем снять альманах. Сейчас ищем дополнительное финансирование. Посмотрим, что из этого выйдет. В этом году планируем начать съемки. Касаемо других проектов, идей много, но конкретики пока нет.

Загрузка