Федор Бондарчук: я соединил в одном эпизоде все приметы сегодняшнего времени

Режиссер Федор Бондарчук рассказал, про что его фильм «Вторжение».

«Если предположить, что такую картинку я мог увидеть, когда мне было 10–12 лет, это сказалось бы на моей организации. Теперь это реалии, это смотрят дети и взрослые. Тут без комментариев. Просто данность, в которой мы существуем.

В связи с этим я думал, как бы я сформировал свое отношение к добру и злу? Что есть агрессия, где начинается равнодушие? Ведь равнодушие приходит, потому что информации слишком много, ты уже не понимаешь, является ли смерть чем-то ужасным или это повседневность.

Агрессия и драма в твоей жизни случаются каждый день, ты сам их впитываешь, они сами к тебе приходят, ты с ними живешь, понимаешь это. Я не знаю ответы на все вопросы. Я могу, скажем так, собрать воедино приметы времени, а дальше обсуждать с вами, что со всем этим будет происходить завтра. Не послезавтра, а буквально завтра.

Я сейчас только одно направление раскрыл, одну тему. Это, например, дети. Влияние на них контента и его восприятие. Как следствие, равнодушие, притупление чувств, таких как благодарность или сострадание. Это одно направление, а дальше — управление вашими вкусовыми пристрастиями.

Что значит управление? Мне нравится, например, музыка, которую мне предлагают в Сети, зная мои вкусовые пристрастия к техно или классике, рэпу, регги и прочему. Мне это нравится.

То же самое касается литературы или видеоконтента. То, что мне нравится, мне и предлагается. Это удобно. Но когда Тимур Бекмамбетов выпускает, например, «Веру», да, я слушаю это и просто представляю, что этот голос может быть мой, а дальше это сообщение прилетит к вам, а какого характера? Или к моей жене. Детям. От детей мне. А что с этим делать со всем? А возможность такая есть. Дальше фантазия.

Я никогда не думал, что достану «Законы робототехники» Айзека Азимова и буду к ним обращаться не как к научной литературе, а как к некоему протоколу соответствия. А как они там? Могут или не могут? Эта книжка как путеводитель. Подождите, у меня там сговорились часы с машиной и не спросили меня. Как там сказано… Машина не может того-то и того-то. И так далее.

Это вводные в мир, в котором мы живем. Дальше — как сам с этим распределишься и в чьих руках это будет находиться. Здесь я об этом говорю и говорю. Наверное, точнее никто не сформулировал. Илон Маск постоянно упоминает о проблеме демократизации технологии искусственного интеллекта. Я могу добавить еще децентрализацию. Интересная штука: право управлять вашими данными или хранить вашу цифровую проекцию, которую вы ежедневно добровольно отдаете в облако, принадлежит всем, миллиардам людей на планете.

Это я сейчас фантазирую, но отчасти это о том, как может развиваться общество с такими технологическими составляющими. Мне было бы интересно поразмышлять, подумать, какой может быть выход из ситуации. Но еще раз говорю: я никаких ответов не даю и предлагаю вместе порассуждать об этом. Я всего лишь сопоставил, соединил в одном большом эпизоде и вообще в одной большой части фильма все приметы сегодняшнего времени. Практически все», — цитируют его «Известия».