«Маленькие враги общества»: исповедь детоненавистника

Аурен Хабичев о том, как вседозволенность маскируется под заботу о детях

Как-то моя знакомая пошла поплавать в бассейн. Плавала, никому не мешала, вероятно, даже думала о чем-то хорошем и вдруг видит мальчика, который стоит на бортике. Мальчик этот достает из своих микроскопических плавочек причинное место и, не дрогнув ни одной детской мышцей, начинает мочиться в бассейн. Знакомая моя бассейн спешно покинула. Вечером написала на официальной странице этого спорткомплекса в инстаграме — мол, почему в ваш бассейн писают дети?

Наверное, читатель уже догадался, что тут началось. Набежало человек двадцать мамаш, стали обзывать мою знакомую всеми имеющимися в запасе бранными словами, соревнуясь, кто крепче и жестче это сделает.

Последняя, самая фанатичная, пригрозила знакомой, цитирую: «Больше не приходи в этот бассейн, а то заставлю мальчика пописать тебе в рот».

Подруга бассейн посещать перестала. Записалась в другой, но по-прежнему шарахается, когда видит там детей. Мало ли что взбредет в голову несмышленым существам? Самое страшное в этой истории, что группа этих женщин вообще не понимала, что же такого случилось. Почему моя знакомая не продолжила плавать в бассейне, на который помочился ребенок? Он же ребенок!

Кажется, что мы на пороге острого дискурса. Не утих еще вой феминисток относительно того, что мужчины по какой-то непонятной причине не хотят жирных теток, как на тропу войны вышли российские мамаши.

А это вам не феминистки. Российские мамаши — очень опасная социальная группа.

Как-то написал в своем блоге о том, что разговаривал с таксистом, который избитыми стереотипами про стакан воды в старости и мой гроб, который «кто-то должен понести» пытался убедить, что мне необходимо расплодиться. Разговорились мы с таксистом и в итоге он сам засомневался, правильно ли он сделал, что завел четверых детей.

После выхода из машины мне даже стало как-то тревожно. Я подумал, что надо вернуться и сказать ему что-то из цикла: «дети — цветы жизни», «лучшее из того, что могла придумать природа» и прочие бла-бла-бла. Но я не стал этого делать, так как не привык лгать. И вот в этот блог набежали они, мамаши. Я пытаюсь вспомнить хотя бы один конфликт (а у меня их было немало), где я за один вечер получил бы столько проклятий и угроз, как от этих разъяренных женщин.

Нам столько лет впихивали институт семьи, как неотъемлемую часть развития гражданского общества, что жизнь другого (вменяемого!) человека не по их понятиям люди воспринимают, как какую-то ересь.

— Почему не заводишь детей?
— Не хочу.
— Как так?
— Зачем они мне?
— А стакан воды?
— Дом для престарелых или искусственный интеллект об этом позаботятся.
— А гроб кто понесет?
— Ритуальная служба.

От этих, казалось бы, простейших ответов у многих реально происходит то, что в народе называют «разрыв шаблона».

— А кто род твой продолжит? — не унимаются они.
— Китайцы или индийцы.
— Я про твой именно твой род спрашиваю.
— Мой род — это род человеческий. Уступаю эту роль китайцам. Или индийцам, — обычно отвечаю.

И когда люди начинают понимать, что можно было прожить жизнь иначе, не создавая себе лишних обуз, не лишая себя молодости и свободы, конечно, это вызывает в них самые противоречивые эмоции. И чаще всего злобу на тех, кто выбрал другую жизнь.

Вообще, в странное мы живем время. Ученые скоро будут совершать манипуляции с прошлым и будущим (если уже не совершают), продлевать жизнь до практического бессмертия, а для нашего общества важно кто будет «с гордостью» носить твои фамилию и отчество, кто понесет твой гроб, кто будет оплакивать твой труп? Каким же косматым средневековьем от этого всего попахивает.

Вопрос деторождения разделил общество не только на хороших и добрых людей, которые любят детей, и нехороших и недобрых людей, которые детей не любят, а просто на более и менее прагматичных. Когда вы в последний раз видели, чтобы семья молодых ученых наплодила десять человек и потом побиралась по соцсетям, взывая к доброте их обитателей, мол, «в семье десять ртов, подайте на пожрать».

Здесь умные люди скажут, что электорат необходим для выборов, а свежее мясо на случай войны. Но в какой мир придут эти дети? В тот мир, где главным мерилом твоей ценности будет твой интеллект, уровень образования и эффективность. Смогут ли такие родители дать достойное воспитание своим детям и подготовить их к жизни, которая с каждым днем становится все более жесткой и конкурентной?

Да, я, конечно, не против детей. И мои друзья не против того, чтобы где-то там, на каких-то солнечных лужайках, заливаясь ангельским смехом, как в фильмах, игрались малыши, но почему-то реальный опыт всегда сильно отличается от созданного в масс-медиа образа.

Недавно решил позавтракать и поработать в кафе. Приходят. Мама и дите. Дите орет неустанно. Ладно, если бы это просто был детский плач, но это было больше похоже на блеяние. Очень раздражало и мешало сконцентрироваться на работе.

— Женщина, можете успокоить ребенка? Она мешает, — попросил я.
— Это же маленькая девочка, — ответила мне дама предложением, которое я слышал раз сто.
— Я вижу, — говорю, — успокойте, пожалуйста, ребенка.
— Вы думаете, мне легко с ней? — делает обиженный тон.

«А зачем рожали? Кто просил? Для меня? Для тех, кто сейчас сидит и морщится от вашего тут присутствия? В чем ваш героизм? Назовите мне хотя бы одну причину, по которой лично я, посторонний человек, должен это терпеть?» Вопросы обуревали мой мозг, но я решил, что лучше просто встать и уйти. Вообще, мамаши уверены, что, родив дите, они становятся кем-то вроде кумиров для остальных людей

Едем недавно в трамвае. Заходит женщина с ребенком. У ребенка, очевидно, проблемы с психикой, так как периодически она, выгибаясь, как Дебора, из которой изгоняли дьявола, начинает издавать такой вой, что в транспорте все закрывают уши. Одна интеллигентная старушка попыталась сделать замечание.

— Вы что не видите что мой ребенок болен? — начала орать ее мать. — Не надо нас учить, как жить.
— А вы, прежде чем заводить больного ребенка, не додумались отложить деньги на собственное авто? — вступился мужчина.

Кажется, дети становятся невыносимой обузой для окружающих. Мой друг женился шесть лет назад. И вот эти все эти годы они с женой периодически заводят разговоры, готовы ли они сейчас завести ребенка или нет. Стоит отметить, что семья обеспеченная.

— Слушай, а вдруг ребенок больной родится? Не будем же мы собирать деньги через ТВ. Мы этот вариант тоже учитывали, — говорит он.

Почему такие люди вызывают у меня уважение?

Друг рассказывает, что когда очередная женщина начинает сокрушаться на тему того, что «ах он бедный-несчастный, Бог не дал им деточек», ему становится очень смешно и одновременно тревожно от того, что по вопросу деторождения в обществе образовалась серьезная ментальная пропасть. Это как два разных народа. Один — который говорит о необходимости неконтролируемо плодиться, второй — который считает это серьезной ответственностью.

Я еду в троллейбусе, туда вваливается семья. Напротив садится девочка и начинает вытирать грязные ноги о мои брюки. Просто села, смотрит мне в глаза, «мол, что ты будешь делать, дяденька? Ударишь? Ну, ведь я маленький ребенок?» и продолжает вытирать грязные ноги об мои брюки.

— Женщина, уймите дрожь в ногах вашей дочери, — говорю.
— Да, простите, пожалуйста. Аня, перестань.

И в этот момент, я чувствую, что адекватные мамаши существуют.

Наверное, у нас еще не было такого периода в истории, когда дети настолько сильно раздражали окружающих. Когда они стали невинными врагами всего общества. Их никто не спрашивал, хотят ли они этой жизни. За них все решил социальный класс, который называется «Я же мать».