Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Персона

Художник и скульптор Дражен Грубишич и арт-продюсер Олинка Виштица
Художник и скульптор Дражен Грубишич и арт-продюсер Олинка Виштица
Wikimedia Commons

«Мужчинам тоже нужен нестыдный способ сделать это»

Честный разговор о том, как превратить расставание в бизнес и возможность новой любви

Дарья Рыбина

Выживут только любовники: «Стиль жизни» продолжает рассказывать о том, как превратить драматичное расставание в возможность снова отдаться чувствам.

Недавно «Стиль жизни» рассказал о приключениях в хорватском Музее разбитых сердец, после которого снова хочется храбро бегать на свидания и довериться новым чувствам, какими бы сильными и непредсказуемыми они ни были. Мы решили не останавливаться на этом пути и поговорили с основателями и вдохновителями этой удивительной — и постоянно меняющейся — экспозиции.

Музей родился из расставания: его создатели и кураторы — художник и скульптор Дражен Грубишич (Dražen Grubišić) и арт-продюсер Олинка Виштица (Olinka Vištica) — тоже были парой, а потом расстались. Дражен и Олинка расстались в 2003 году, а в 2006-м собрали (сначала по друзьям и знакомым) первую выставку. За следующие несколько лет их растущая коллекция побывала в Аргентине, Германии, на Филиппинах, в Сингапуре, ЮАР, Турции, Великобритании, США, во всех странах бывшей Югославии. Сейчас это самый популярный музей в Хорватии и один из самых терапевтичных музеев мира.

— Наверное, это личный вопрос, но как вы пережили расставание?

Дражен:
Расставались мы мирно, без скандалов, обсуждали все спокойно. И возник вопрос: что делать с вещами? Мы прожили вместе четыре года, так что вещей накопилось немало. С практичными вещами (стереосистема, телевизор) все более или менее понятно: можно как-то поделить, договориться, кто что забирает. Но одним из самых важных для нас объектов была игрушка — заводной белый кролик.

Олинка:
Когда-то мы мечтали объехать вместе весь мир и возить этого кролика с собой. Но как это часто бывает с мечтами влюбленных… В общем, кролик успел совершить с нами только одно путешествие — в Иран (его фотография на фоне пустыни неподалеку от Тегерана выставлена в музее рядом с самим кроликом).

Дражен:
И мы с Олинкой задумались: где должны храниться такие вещи, как наш кролик? Выбросить? Такой вариант нас не устраивал. Получается, что в нашей культуре вообще не предусмотрено такое место — «ничейное» безопасное хранилище для совместных воспоминаний людей, которые больше не вместе, но выбрасывать эти общие воспоминания не хотят.

Людям необходимы ритуалы. Общество предлагает нам обязательные ритуалы для самых разных переходных ситуаций, таких как свадьбы, похороны, выпускные вечера. Но почему-то не существует никакой общепринятой ритуальной формы для завершения любовных отношений.

Олинка:
У нас возникла идея создать такое пространство — воплощенный «выносной диск» для чужих воспоминаний. Мы предлагаем людям выбрать один объект, в котором воплощается их любовная история…

Дражен (смеется):
Нет, контейнеры со всем совместно нажитым имуществом пары мы не принимаем!

Олинка:
…и записать эту историю. Таким образом — через творчество, через самовыражение и переосмысление событий — можно преодолеть боль.

И не хранить все это богатство дома, в самом глубоком ящике стола, как якорь, приковывающий тебя к прошлому, а отправить в музей.

Отделить эмоционально нагруженный объект от себя, отпустить вместе с ним эмоции и переживания, чтобы обрести силы снова раскрыть свое сердце и начать новую жизнь.

— И люди сразу стали нести вам свои материальные воспоминания?

Дражен:
Когда мы сформулировали эту идею, она показалась нам такой очевидной, такой универсально близкой всем людям, что мы подумали: кто-то наверняка уже придумал такое. Но мы погуглили — нет, нигде в мире еще не было такого музея!

Наоборот, интернет пестрел псевдопсихологическими советами, что делать с памятными вещами, оставшимися от закончившихся отношений: сжечь, выбросить, устроить веселый праздник и раздать друзьям.

Но нам с Олинкой такие идеи казались совершенно варварскими, деструктивными. Плясать на костях!

Возможно, вы злитесь, потому что расстались вы плохо и некрасиво, возможно, ваш партнер вас обидел. Но раз вы провели вместе какое-то время (даже недолгое), значит, на это время вам было хорошо вместе и это того стоило? Это часть вашей истории, а значит — часть вашей личности. Так почему же вы хотите уничтожить, стереть это?

— Как вы сами объясняете популярность вашего музея?

Дражен:

Ой, это наше больное место. В загребских художественных кругах к нам относятся с некоторым подозрением, потому что наш музей стал слишком популярен. А с точки зрения деятелей современного искусства, если что-то популярно, то это уже не круто. Как поп-музыка.

Но, по-моему, большая проблема современного искусства — то, что оно стало слишком абстрактным, слишком элитарным, оно непонятно обычным людям.

А мы взяли очень простую идею, понятную всем, независимо от национальности и образования, и выраженную самыми простыми способами. И я думаю, это так популярно потому, что универсально.

Олинка:
Наверное, нет на свете ни одного человека, который не пережил разрыва отношений или неразделенной любви. И представителю любой культуры понятно, что после окончания романа остаются памятные объекты, в которых воплощается любовная история. Записать свою историю — это тоже то, что может практически каждый.

Дражен:
Таким образом, через творчество и самовыражение наш музей дает возможность пережить расставание, трансформировав свою историю во что-то большее, чем слезы, сожаление или злость. Явить ее миру, превратив в арт-объект.

А посетителю музей дает ценный эмоциональный опыт: через чужие предметы и истории он возвращается к себе, задумывается о своих историях.

Мне кажется, через такие эмоциональные реакции и можно прожить боль расставания. Это как посмотреть хорошее кино. Аристотелевский катарсис, в конце концов.

— Но я смотрю, в музей приходят не только те, кто ищет терапии и катарсиса. Счастливых парочек тоже немало…

Дражен:
Да, парочки сюда часто заходят. Пока они ходят по музею — смеются, им все это кажется таким чужим и далеким: «уж с нами-то такого не будет»… Но я смотрю, как они потом выходят из дверей музея: выйдя на улицу, они всегда обнимутся, возьмутся за руки или поцелуются.

Думаю, ощутив сполна, как хрупки любые отношения, они испытывают потребность как-то заново подтвердить свою связь, почувствовать, что они вместе.

— Считается, что женщины сильнее привязываются, более склонны оплакивать расставание, хранить памятные предметы, а мужчины быстрее отряхиваются и идут дальше…

Дражен:
Мне так не кажется. Да, есть культурные стереотипы, что будто бы мужчины должны переживать разрыв легко и без эмоций. Многие боятся показать себя недостаточно мужественными и пытаются этим стереотипам соответствовать.

Но именно поэтому мужчинам даже нужнее безопасное убежище и «нестыдные», социально приемлемые ритуалы, чтобы сделать это — полноценно пережить расставание.