Оппозицию контролируют активисты

Исследование: митинги продолжатся с новой силой, власть не решила проблем, система остается неустойчивой

Оппозиция сформировала внутренние механизмы гражданского контроля, но для того, чтобы влиять на политику, ей не хватает программы, которая мобилизует общественную поддержку. Такой вывод содержится в большом социологическом исследовании Левада-центра, посвященном митингам и потенциалу оппозиционного движения. Эксперты также полагают, что власть своими действиями подталкивает оппозицию к радикализации, поэтому слабеющая протестная волна может вернуться с новой силой.

В исследовании Левада-центра принимали участие как простые горожане, пришедшие на многотысячные митинги, так и организаторы выступлений. Социологи также провели серию глубинных интервью с политиками, активистами и журналистами, которые непосредственно участвовали в планировании протестных акций. Большая часть бесед пришлась на май. В тот период в Москве проходили «народные гуляния» оппозиции на Чистых прудах, где неделю просуществовал протестный лагерь «#ОккупайАбай». После его разгона нескольких лидеров протеста посадили под стражу на 15 суток, в связи с чем до некоторых «топовых оппозиционеров» социологи тогда добраться так и не смогли, посетовал в разговоре с «Газетой.Ru» автор исследования Денис Волков.

«Основная трудность при проведении исследования заключалась в том, что интервью часто срывались: люди задерживались, садились в тюрьму либо думали, что это им звонит канал НТВ, и три раза перепроверяли, работает ли действительно Денис Волков в Левада-центре. Было и такое», — рассказал социолог.

Выводы исследователей, изучавших протестное движение, уместились на 54 страницах доклада, доступного на сайте Левада-центр. Среди прочего эксперты говорят о возможном затухании протестной волны. Впрочем, акции еще могут возобновиться, поскольку проблемы, вызвавшие недовольство населения, государством так и не были решены, а политическая ситуация остается нестабильной, объясняет эту тенденцию Волков.

«Протесты ничего не изменили: система была конфликтной и неустойчивой, такой и осталась. Ее сейчас, конечно, подкрутили, но это может быть только хуже на самом деле, — полагает автор исследования. — По сути дела, кризис должен повториться, потому что ничего не было разрешено. Все противоречия, которые были, они и остались».

После возвращения протестной волны, народные выступления могут стать жестче и уже не будут такими управляемыми, говорится в исследовании Левада-центра. К радикализации оппозицию подталкивают действия власти: «резкое ужесточение законодательства, точечные репрессии и громкие политические процессы над оппонентами». Стараниями государственного аппарата в стране ограничиваются независимые гражданские инициативы, сокращается пространство публичной сферы.

Многотысячные митинги, проходившие с декабря прошлого года, удалось сохранить в мирном русле за счет прочных связей, возникших между политиками, гражданскими активистами и деятелями культуры. Однако теперь действия власти направлены на разрушение этой среды, уверен Волков.

«Если государство дожмет и разрушит их (связи) полностью, то оно не решит проблему конфликтности в обществе, а подушки безопасности (в лице мирных лидеров протеста. — «Газета.Ru») не будет. И вот тогда, поскольку напряжение никуда не уйдет, конфликты будут разряжаться менее цивилизованными способами», — прогнозирует социолог.

Исследователи отметили, что в рамках протестного движения гражданам удалось установить общественный контроль за лидерами оппозиции. В результате некоторым политикам пришлось скорректировать свою риторику: так, Алексей Навальный отошел от националистических идей, а Сергей Удальцов — от симпатий к сталинизму. Действия руководителей контролируются «низами», считают эксперты, по мнению которых, эта тенденция свидетельствует о подчеркнуто антиавторитарном характере протестного движения.

Горькую усмешку у социологов вызывает тот факт, что механизмы гражданского контроля развились внутри протестного движения, но снаружи влияния они как не имели, так и не имеют. «Борис Владимирович Дубин (руководитель отдела социально-политических исследований Левада-центра. — «Газета.Ru»), когда мы обсуждали это, правда, при предыдущем докладе, сказал: «Может быть, это все и есть, но только это как оркестр в концентрационном лагере. Все играют, много музыкантов, а потом им пальцы ломают». Ужасное сравнение, да», — говорит Денис Волков.

С давлением на власть у оппозиции явные проблемы, свидетельствует доклад. Лидеры протестного движения и рядовые активисты сходятся во мнении, что перемен сверху ждать не стоит. При этом способов продавливания своих интересов снизу оппозиция так до сих пор и не изобрела: для этого у противников действующей власти по-прежнему недостаточно ресурсов. «Движению не хватает сил, чтобы заставить власть пойти хотя бы на отдельные уступки, — говорится в исследовании. — Ощущение предела собственных возможностей ставит под сомнение распространенную теорию о том, что для изменений в стране достаточно 3—5% населения».

Помочь протестному движению выйти за пределы 5% сочувствующих смогла бы мощная программа оппозиции. Однако документа по-прежнему нет, как нет и общего представления о том, что он должен из себя представлять.

Тема программы так и «осталась не до конца исследованной», признает Волков. Затруднения с ответом на вопрос, чего нужно требовать протестующим, возникали даже у представителей оргкомитета оппозиции, рассказал социолог: «Член оргкомитета говорил, мол, «ну да, люди же понимают, что это пустые обещания, которые мы даем, и не идут за нами», или же оппозиционеры признавались, что «вообще программа есть, но мы ее пока не опубликовали и вам не скажем». «Но это интервью было в мае, с тех пор прошел июнь, июль, август и сентябрь, а ее все нет. Наверно, все-таки что-то не получается», — говорит эксперт.

Волков полагает, что главная проблема оппозиции может быть в ее обращении к абстрактным и слишком общим требованиям вроде «демократии» и «свободы слова». С ними все согласны, но при этом совершенно непонятно, как к этим явлениям приблизиться. «Люди сходятся на каких-то базовых вещах: антиавторитаризм, контроль власти, консенсус по поводу реформ. Основная проблема, что многие реформы — та же конституционная реформа — могут быть только тогда, когда ты приходишь к власти. Но ты же не у власти», — комментирует исследование социолог. Слишком глобальные предложения при нехватке ресурсов становятся большой проблемой протестного движения: лидерам стоило бы думать не о том, как изменить Россию после прихода к власти, а о том, как начать давить на действующую власть уже сейчас.

Кроме того, при разработке программы протестному движению нужно обратить внимание на более конкретные проблемы, с которыми сталкивается население, и начать разрабатывать альтернативные способы их решения, считает социолог. «У каждого слоя свои проблемы. У тех, кто ходит на митинги, одни проблемы. Если мы приходим к пониманию, что 5% недостаточно для изменений, а нужно более широкие слои привлекать, значит, это уже другие проблемы, — говорит Волков. — Наверно, речь должна идти о возможности решения каких-то (из них силами оппозиции). И о создании универсального механизма решения проблем».