Одна цель, разные подходы: почему талибы* и игиловцы убивают друг друга

Эксперты объяснили политические разногласия исламистов в Афганистане

Теракт в Кабульском аэропорту 26 августа устроило «Исламское государство» (ИГ, запрещено в России), а взявшее власть в Афганистане движение «Талибан» (запрещено в России) его осудило. В стране убивают друг друга представители двух группировок, единая цель которых — построение исламского государства. «Газета.Ru» — о принципиальных расхождениях ИГ и «Талибана».

Мешают заниматься делом

Ответственность за теракт в аэропорту Кабула, в результате которого погибли не менее 170 человек, взяло на себя «Исламское государство» (организация запрещена в России). Его филиал в Афганистане и Пакистане называется «Вилаят Хорасан» (второе слово — историческое название региона Большого Ирана) и находится во враждебных с талибами (организация запрещена в России) отношениях с 2015 года. Подтверждения тому, что это не изменилось и через шесть лет, можно было найти еще до взрывов в Кабуле.

После прихода к власти талибов попавший в тюрьму еще в мае 2020 года бывший лидер ячейки ИГ в Афганистане Абу Омар Хорасани надеялся на лучшее. «Если они хорошие мусульмане, они отпустят меня», — говорил Хорасани в интервью The Wall Street Journal.

Спустя два дня новые хозяева Афганистана убили игиловца. При этом талибы выпустили на свободу из этой же тюрьмы сотни заключенных, прежде всего, представителей «Аль-Каиды» (запрещена в России).

По мнению опрошенных «Газетой.Ru» экспертов, главная причина конфликта между талибами и ИГ — политическая. Речь идет о противоположном понимании, как, где и когда нужно строить исламское государство, что неизбежно ведет к непреодолимым противоречиям.

«Талибы — прагматики, они хотят построить исламское афганское государство (эмират). А игиловцы — утописты, сторонники всемирного исламского государства (халифата), и они просто мешают талибам заниматься своими делами.

К тому же, среди игиловцев очень много арабов и представителей других народов, которые «понаехали» в Афганистан. Поэтому сам факт существования ИГ на территории Афганистана всегда портил талибам отношения с остальным миром», — рассказывает «Газете.Ru» главный научный сотрудник ИМЭМО имени Е.М. Примакова РАН Алексей Малашенко.

Создать халифат

Преподаватель Школы востоковедения НИУ ВШЭ Валерий Матросов объясняет «Газете.Ru», что ИГ пошло наперекор сложившимся за последний век представлениям о построении халифата.

«После того как основатель современного турецкого государства Ататюрк в 1924 году ликвидировал институт халифата, мусульманские богословы со всего мира собрались для обсуждения целесообразности его возрождения. И тогда решили, что ее в тех условиях не было, учитывая контекст отсутствия прямого указания в Коране на халифат», — говорит востоковед.

По его словам, в дальнейшем о необходимости восстановления халифата рассуждали представители различных исламистских течений.

Но все сходились на том, что к этому вопросу можно будет вернуться, только когда мусульмане по всему миру осознают, что такое халифат, и будут подготовлены для жизни в нем (то есть, сначала нужно учиться отказываться от харамных — запретных — нововведений, следовать шариату и т.п.).

ИГ же пошло наперекор установленному порядку, которого придерживаются талибы, «Братья-мусульмане» (запрещено в России) и «Аль-Каида». Оно сначала установило халифат, а только затем начало «очистку» мусульманской общины..

«С точки зрения «ранних» исламистов, включая талибов, такой путь неэффективен и бессмыслен. К тому же, отсутствие консенсуса мировых общин по вопросу халифата лишает ИГ легитимности.

Так что для талибов ИГ — феномен-выскочка, группа товарищей, претендующих на статус, которого объективно они пока не достигли. Талибы же никогда не мнили себя идеальным мерилом для всего мира», — рассуждает Матросов.

Игиловцы же отказываются признавать талибов и их цели, так как те не присягнули им на верность.

«А именно присяга — ключевое политическое звено для построения государства в пределах раннеисламских концептов. Племена присягали пророку Мухаммаду, позже — его преемникам-халифам, и точно так же кланы, группировки, организации присягают ИГ. Несмотря на символичность шага, он позволяет поддерживать салафитский стержень», — говорит эксперт из ВШЭ.

При этом Матросов не исключает теоретическую возможность временного объединения ИГ и «Талибана» против внешних врагов при необходимости, но никак не совместное строительство государства.

Прямое противостояние талибов и игиловцев началось в 2015 году, когда ИГ впервые вышло за пределы арабского мира. В своей пропаганде новый халифат упирал на то, что талибы лишь продвигают интересы пакистанской междведомственной разведки. Одни из самых мощных столкновений между ними происходили в 2017 году в афганской провинции Джаузджан, после того, как ряд талибов присягнули на верность основателю ИГ Абу Бакру аль-Багдади.

В 2020 году же игиловцы из «Вилаят Хорасана» обвинили талибов в том, что они променяли джихад на мирное соглашение с американцами в Катаре.

Из двух зол

Анализировать более мелкие, в том числе бытовые, разночтения представителей двух исламистских группировок не имеет большого смыла для понимания сути их конфликта, уверен Малашенко.

К тому же пока не совсем понятно, насколько радикальные порядки будут установлены на территории Афганистана по сравнению с прошлым правлением талибов. В частности, Малашенко указывает, что, по Корану, женщина считается самой свободной, а ее положение в реальности зависит от трактовок священной книги.

Однако эксперты сходятся во мнении, что талибы так или иначе будут также учитывать местные традиции и племенной этический кодекс пуштунов.

«Афганистан разный, и где-то действительно работает классический шариат, законы которого регулируют очень много сфер жизни. Но, я думаю, что шариат, скажем, в Кабуле будет отличаться от того, что будет действовать где-то, например, на востоке страны», — считает Малашенко.

Матросов говорит, что «талибы — не враги своего народа, и даже кто-то из их близких может не разделять их взгляды».

«ИГ в этом плане более прямолинейно, так как у него нет этнической или племенной привязки и его идеология создавалась в космополитичном режиме. Поэтому и шариат там приобрел более жесткие формы и трактовки, а наказания — более решительные меры», — заключает эксперт.

И уже есть основания полагать, что в западном мире и в России видят в талибах меньшее зло. Так, власти США отвергли возможную причастность «Талибана» к взрывам близ аэропорта Кабула. Вашингтон уверен, что его цели совпадают с талибскими — окончание американской эвакуации к 31 августа.

Эти заявления были сделаны на фоне попыток вице-президента Афганистана Амрулла Салеха доказать обратное. Он уверен, что «Вилаят Хорасан» все-таки связан с «Талибаном» через посредника — террористическую организацию «Сеть Хаккани» (запрещена в России, вместе с талибами вела партизанскую борьбу).

Посол России в Афганистане Дмитрий Жирнов, ранее называвший талибов «адекватными мужиками», также заверил, что между ними и игиловцами «идет непримиримая война». По мнению представителя Москвы, талибы будут впредь отлавливать боевиков ИГ и действовать с ними жестко, так как «им не нужно повторение терактов».

Поделиться: