«Если США плюнули в сторону Франции, чего ждать Восточной Европе?»

Профессор университета Теннеси Коробков — о главных темах переговоров Байдена и Путина

На днях пресс-секретарь российского лидера Дмитрий Песков сообщил, что следующие переговоры в формате видеосвязи между президентами России и США Владимиром Путиным и Джо Байденом могут пройти до Нового года, а в фокусе обсуждения будут Украина и НАТО. О том, почему Украина и Европа в целом выходят из центра внимания Вашингтона и о других ожиданиях от разговора лидеров двух стран «Газете.Ru» рассказал профессор политологии и международных отношений университета штата Теннеси Андрей Коробков.

«Газета.Ru»: До конца года могут пройти онлайн-переговоры Джо Байдена и Владимира Путина. Американские СМИ утверждают, что главный вопрос, который там будет обсуждаться, — военные действия на Украине, которые якобы готовятся вести Россия и США. С вашей точки зрения, насколько оправдан такой сценарий и чему будут посвящены эти переговоры?

Андрей Коробков: Есть множество вопросов, которые требуют обсуждения на уровне президентов. И я думаю, что основная часть встречи будет посвящена именно им, а вовсе не Украине. В первую очередь, это последствия стремительного и плохо организованного ухода американцев из Афганистана и перспективы распространения исламистских движений в соседние страны.

Проблема хакеров, которая, во-первых, актуальна уже для обеих сторон, а во-вторых, все больше воспринимается как угроза национальной безопасности, а не просто, скажем, вопросам предвыборной американской политики.

События прошлого и этого года показали, что хакерские атаки способны нанести колоссальный экономический урон. Атаки на мясообрабатывающий комбинат (JBS S.A.) и на трубопроводную компанию США (Colonial Pipeline Company) не просто нанесли большой экономический урон, а привели к серьезным перепадам в снабжении, в частности, бензином.

Украина, конечно, будет фигурировать, как и раньше, но вряд ли она является основным вопросом во взаимодействии России и США на текущий момент.

Администрация Байдена всегда весьма скептически относилась к [президенту Украины Владимиру] Зеленскому, и то, что сейчас происходит в Киеве, может привести к каким-то новым конфликтам — как внутриукраинским, так и между Россией и Украиной.

И всегда существует опасность эскалации. Поэтому этот вопрос, конечно, будет затрагиваться, но он отнюдь не будет главным во время этих переговоров.

— А зачем тогда СМИ так раздувают эту тему? В чем тут задумка?

— В отношении европейцев — понятно. То, что происходит сейчас в США, вызывает у всех европейцев крайнюю озабоченность, поскольку, когда из Белого дома уходил Дональд Трамп, в Европе была эйфория, была надежда что все вернется на круги своя, и Европа опять станет центром интересов американской внешней политики.

А первый же визит Байдена туда показал, что это отнюдь не так, что — да, стиль изменился по сравнению с Трампом, он стал несколько мягче, но Европа больше не является первым номером в американских стратегических интересах.

Соответственно, уходят деньги, потенциально уходит защита. И поэтому европейцев это крайне раздражает, они делают все, чтобы как-то обратно затянуть американцев на этот театр, в том числе преувеличивая свою значимость и преувеличивая важность тех конфликтов, которые происходят, скажем, на периферии западноевропейской зоны влияния.

Но изменить ничего не удастся, и Байден это очень четко показал и своим решением по «Северному потоку-2», и, конечно, скандальным созданием нового оборонного альянса в Тихом океане — это был такой плевок в сторону Франции. А уж если таким тоном разговаривали с Францией, то что говорить, скажем, о восточных и центральных европейцах.

И сейчас они, с одной стороны, пытаются делать хорошую мину при плохой игре, а с другой — создать ситуации, чтобы показать Вашингтону свою ценность. Это касается как европейских лидеров, так и тех людей в администрации, которые не согласны с новым курсом и пытаются продемонстрировать как-то важность Европы и для американского руководства, и для американского общественного мнения. Но ясно, что общий курс взят уже совершенно четко —

США переносит центр внимания с Северной Атлантики на Северный Тихий океан, и изменить вот эту главную тенденцию уже не удастся.

— Но в этой связи почему выбрана стратегия запугивания? То есть фактически на ровном месте создается угроза, которая, в общем, должна, по идее, вызвать какой-то ответ Белого дома.

— Это абсолютно типичная ситуация. В условиях существования гражданского общества стратегия необходима, поскольку в этом самом гражданском обществе надо создавать какие-то группы влияния, чтобы они давили на избираемых политиков, чтобы лоббисты оказывали влияние в определенном направлении и пытались повлиять на политическое руководство.

Но, во-первых, они не учитывают организацию подобной кампании, потому что это уже глобальный сдвиг, который совершенно не связан с желаниями того же Байдена, а просто отражает объективную реальность изменения баланса сил в мире.

К 2035 году, по оценкам ОЭСР (Организации экономического сотрудничества и развития) в числе десяти ведущих экономических держав мира останутся только две европейские страны, причем они будут занимать последние места. Великобритания будет 10-й, Германия — 9-й. К концу века среди ведущих экономических держав не останется ни одной европейской страны. Поэтому под теми трендами, которые сейчас имеют место, есть солидное экономическое основание — если вы теряете экономическое влияние, вы теряете и военное, а с ним и политическое.

И, собственно, чего не учитывают в ЕС — это положение Байдена. Ему сейчас уже не до европейцев - ему надо буквально вылезать из болота. Последний опрос показал, что его рейтинги, несмотря на массированную поддержку со стороны СМИ, элитной прессы, оказались ниже, чем у Трампа, которого атаковала пресса все четыре года его президентства.

Они составили 36%, и нет даже возможности рокировки, поскольку Камала Харрис поставила абсолютный антирекорд — ее поддержка составила около 28%, что говорит о том, что ее не поддерживает огромная доля даже демократов. Поэтому даже смена «коня» ничего для демократов не изменит.

И в этой ситуации, естественно, Байден будет сейчас решать внутренние проблемы, и ему совсем не до текущих интересов европейцев.

Что совсем не значит, что европейские лидеры, или, скажем, украинские лидеры не буду пытаться перевести центр тяжести на Европу, а это может привести к возникновению каких-то серьезных конфликтов.

— Получается, ради того, чтобы привлечь внимание Байдена, Украина может развязать какой-то масштабный конфликт?

— Я бы сказал, не Украина, а лично Зеленский, который оказался в еще более катастрофической ситуации, чем Байден, поскольку от него отворачивается значительная часть самой украинской элиты и ставит уже на новых людей — на того же [отправленного в отставку экс-спикера Рады Дмитрия] Разумкова. И ему нужно, помимо всего прочего, как-то продемонстрировать свою ценность, в том числе странам Запада.

Это всегда очень рискованная игра, которая может привести к трагическим последствиям.

— А Байден в этой ситуации не становится жертвой этой медийной кампании, показывая «слабость» отсутствием реакции на такие «угрозы»?

— Да, но Байден давно оказался в «ловушке 22» (логический парадокс, при котором человек не может контролировать нормы, поскольку попытка их нарушить автоматически подразумевает необходимость их соблюдения. — «Газета.Ru»), которую сам построил.

Уйдя из Афганистана так, как он ушел, он создал новый вьетнамский синдром. Влезать в какие-то военные конфликты сейчас крайне опасно, его отношения с силовыми ведомствами ужасны. И он, конечно, будет избегать всего этого.

Максимум, на что он может пойти, — это какие-то там бомбежки, скажем, Ирана — что-то такое, что не требует действий войск на земле.

И поэтому, конечно, украинское руководство оказывается в очень сложной ситуации, поскольку оно, как [экс-президент Грузии] Михаил Саакашвили в 2008 году, может неправильно оценить, прежде всего, свою ценность для потенциальных партнеров.

Но думается, что визит главы ЦРУ Уильяма Бернса в Москву в начале ноября в этом плане очень показателен. Как вы помните, [замгоссекретаря США по политическим делам] Виктория Нуланд прилетала в Москву, но не остановилась в Киеве, что было весьма показательно и демонстративно. А теперь вот прилетает начальник разведки, что, в общем, достаточно редкое явление, чтобы вести, по сути дела, политические переговоры.

То есть, идет какой-то разговор об обмене информацией разведывательной, идет разговор о каком-то сотрудничестве, и ясно, что обеим сторонам это сотрудничество нужно, что они считают, что есть очень серьезные угрозы для интересов обеих стран — это и хакеры, и исламский терроризм, всевозможные военизированные группировки, это необходимость что-то делать с иранской ядерной программой.

И в условиях, когда идет поиск хоть каких-то компромиссов в этих сферах, возникновение новой точки конфликта — скажем, в Донбассе, — крайне нежелательно для обеих сторон.

Поэтому, конечно, Зеленский в очень сложной ситуации, и он ведет весьма опасную игру как внутри страны, так и в плане своих взаимоотношений с ведущими западными партнерами.

— В американских СМИ высказываются опасения, что такая ситуация развязывает России руки в плане решения ситуации с юго-востоком Украины более решительными действиями — то есть, действительно, введением войск, блокированием ВСУ и, собственно, созданием какого-то временного правительства, более-менее лояльного Москве?

— Внешнеполитические кризисы очень часто возникают в момент внутриполитических кризисов и рассматриваются в качестве таких вот механизмов отвлечения внимания. Все мы помним знаменитую фразу о «маленькой победоносной войне».

Сейчас ведь нет такой нужды — наоборот, выборы прошли, они были управляемыми, все достаточно спокойно и стабильно.

Я не думаю, что нужен новый такой вот конфликт, который приведет, естественно, к очень сильному обострению отношений с Западом. Поэтому, думаю, что военная инициатива тут если и будет, то она будет исходить не из Кремля.

— Как вообще американское общество воспринимает внешнюю политику Байдена?

— Если говорить в целом, конечно, почти 90% американцев вообще не интересуются политикой и довольно слабо представляют себе, что происходит на этом направлении.

Важный триггер, который сработал на среднего американца, — вывод войск из Афганистана. Дело в том, что почти у каждого жителя страны кто-то из родственников или знакомых так или иначе связан с армией — служит там или когда-то служил,

и, конечно, действия Байдена, которые ничем не были оправданы с точки зрения простых американцев, были восприняты ими негативно, и широко бытует мнение, что у него не все в порядке с головой.

Эксперты же разочаровались в Байдене из-за его непоследовательности, ведь он обещал, что «будет как при бабушке», а как при бабушке не стало — фактически, он продолжил политику своего предшественника Дональда Трампа, просто в более завуалированной форме.

Именно поэтому сейчас уровень поддержки президента снизился до критических 36%. От него отвернулись не только центристы, которые сыграли решающую роль на выборах, не поддержав Трампа, но и многие демократы.

И здесь нужно отметить, что у демократов очень сложное положение — поменять Байдена на Камалу Харрис, они не могут, поскольку у нее рейтинг поддержки еще ниже. А «скамейка запасных» практические отсутствует, чего не скажешь о республиканцах, где очень много сильных политиков.

Поэтому, мой прогноз на ближайшие выборы довольно очевидный — демократам не удастся удержать президентское кресло,

а о выдвижении Байдена на второй срок сейчас не может быть и речи.

Загрузка