Слушать новости
Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Космос

Димитар Сасселов постоянно усиленно работает над поиском внеземных форм жизни
Димитар Сасселов постоянно усиленно работает над поиском внеземных форм жизни
motherboard.vice.com

«У меня уже был студент из России»

Профессор Димитар Сасселов об экзопланетах и внеземной жизни

Ольга Алексеева (Мюнхен)

О том, сколько экзопланет, находящихся в «зоне обитаемости», ждут своего подтверждения, и о поиске форм внеземной жизни в эксклюзивном интервью «Газете.Ru» после своего доклада на конференции DLD в Мюнхене рассказал Димитар Сасселов, один из руководителей научной программы телескопа Kepler, директор проекта «Происхождение жизни» Гарвардского университета.

— Как много экзопланет открыто к настоящему моменту?
— На данный момент открыто 620 планет. Кроме того, у нас есть 2000 кандидатов в экзопланеты.

— Как много планет открыто телескопом Kepler?
— На данный момент количество таких планет составляет 35.

— Напомните еще раз, что означает термин «зона обитаемости»? Как много экзопланет находится в «зоне обитаемости»?
— Это такое расстояние от звезды, на котором будет умеренная температура. Это означает, что, если на поверхности планеты, находящейся в этой зоне, есть вода, она будет представлять собой жидкость. Считается, что именно эта зона — наиболее пригодная среда обитания.

У нас есть одна подтвержденная планета и около 60 ожидающих подтверждения.

Но вообще можно предположить, что число потенциально обитаемых планет в нашей Галактике может достигать 100 миллионов.

— Найдем ли мы когда-нибудь внеземные формы жизни?
— Думаю, да. Я постоянно усиленно работаю над этим.

— Как вы считаете, какие это будут формы жизни?
— Я думаю, первые формы жизни, которые мы найдем, будут микробными — хотя бы потому, что это простейшая форма жизни. Но тут надо уточнить, что мы считаем жизнью. В научном сообществе нет единого определения этого понятия. Одинакова ли жизнь на Земле и других планетах? Вот в чем вопрос. Мы не можем быть уверены, что на других планетах биохимическая основа жизни аналогична земной. Решить эти задачи мы сможем с помощью сочетания альтернативной биохимии и химической синтетической биологии с учетом того, что речь идет не о Земле, а о космосе. Поэтому я плотно сотрудничаю с биохимиками.

— В России отсутствует такая область астрофизики, как исследования экзопланет. При этом в нашей стране есть много молодых астрономов, которые бы хотели изучать экзопланеты. Какой совет вы бы дали им?
— Пусть следуют за своей мечтой и обязательно реализуют свои намерения.

Это наиболее перспективное исследование в астрофизике последних десяти лет. Это наука будущего.

— А могли бы вы стать научным руководителем студента или аспиранта из России?
— Да. Более того, у меня уже был студент из России, который сейчас сам является известным ученым в этой области. Это Роман Рафиков, который работает в Принстоне.

— Чем будет знаменателен для вас и ваших коллег 2012 год?
— Для меня, конечно, этот год вовсе не означает конца света по гороскопу майя. Во-первых, в 2012 году мы ожидаем астрономический транзит — прохождение планеты Венеры по диску Солнца.

Это явление произойдет 6 июня. Оно будет последним для нашего поколения: следующие будут только в 2117 и 2125 годах.

Во-вторых, конечно, с помощью нашего телескопа мы ждем подтверждения тех 60 планет, находящихся в зоне обитаемости, о которых я говорил.

— Сильно ли изменилась наблюдательная астрономия в последнее столетие?
— С одной стороны, Галилео Галилей, окажись он сейчас с нами, смог бы узнать в современном телескопе когда-то созданный им прибор. С другой стороны, телескоп сейчас уже немыслим без мощных компьютеров и устройств, как, впрочем, и вся работа современного астронома.

— Почему вы решили стать астрономом?
— Во-первых, я не любил вставать рано. Во-вторых, я любил смотреть на рассвет, который казался мне очень красивым. Став астрономом, я смог сочетать эти две вещи: я занимался наблюдениями по ночам, дожидался рассвета и ложился спать.