Слушать новости
Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

История

«То ли бомбят, то ли что-то другое»: как Ташкент пережил землетрясение

55 лет назад в Ташкенте произошло землетрясение силой 8 – 9 баллов

26 апреля 1966 года в Ташкенте произошло разрушительное землетрясение, в результате которого около 300 тыс. человек остались без крыши над головой. К месту бедствия срочно вылетел Леонид Брежнев. Фактически город пришлось отстраивать заново. На призыв о помощи Ташкенту откликнулись люди со всего Советского Союза.

Систематические наблюдения за сейсмической обстановкой в Средней Азии начались после присоединения Туркестана к Российской империи в 1865 году. В 1868 и 1886 годах поблизости от Ташкента были зафиксированы два сильных землетрясения. О втором из них прихожанин одной из церквей города оставил такое воспоминание: «Лишь только священник провозгласил слова: «С миром изыдем», как вдруг поколебалась земля, закачались стены, висевшая над царскими вратами большая икона Тайная вечеря с грохотом сорвалась и упала, в стенах образовались большие трещины, с карнизов посыпались груды камней. Люди в ужасе бросились бежать из церкви, давя друг друга».

В 1901-м в городе появилась сейсмическая станция, положившая начало глобальным исследованиям. Подземные толчки продолжали беспокоить Ташкент и его жителей и в советский период. Например, в ночь со 2 на 3 ноября 1946 года произошло землетрясение силой 7-8 баллов. Люди массово выбежали на улицы и не возвращались в свои дома до утра. Как выяснили позже ученые, очаг землетрясения располагался в горах Чаткала, где сейсмический эффект доходил до 10 баллов.

Спустя 20 лет, 26 апреля 1966 года в 5 часов 22 минут и 50 секунд утра жители Ташкента и его окрестностей вновь были разбужены сильнейшим подземным толчком.

Однако теперь очаг землетрясения находился под центральной частью города.

Наблюдались и другие необычные природные явления. Так, еще ночью, за несколько часов до катастрофы, в некоторых домах стал самопроизвольно светиться люминофор ламп дневного света. Люди заметили голубоватое свечение на стенах в квартирах, а также искрение близкорасположенных, но не касавшихся друг друга электрических проводов.

«Время возникновения ташкентского землетрясения заранее не было известно, — писал председатель Совета по сейсмологии Академии наук СССР Евгений Саваренский. — Сейсмографы сейсмической станции в Ташкенте никаких подземных толчков перед землетрясением не зарегистрировали. Ташкентское землетрясение 1966 года характеризовалось вертикальными короткопериодными колебаниями. Это проявилось в особенностях разрушений, например, верхних частей стен зданий. Такие разрушения связаны с тем, что сейсмические волны при подходе к верхнему краю стен отражаются свободной от напряжений кромкой. В результате сложения идущей вверх и отраженной вниз волн вблизи верхнего края стен могут возникать напряжения растяжения и целость кирпичной кладки нарушается».

По масштабу и характеру разрушений Саваренский сравнивал катаклизм с землетрясением 4 апреля 1868 года, которое, однако, предварялось подземными толчками 4 февраля.

Плейстосейстовая область землетрясения 55-летней давности составила порядка 10 км². Глубина очага по данным сейсмологов АН Узбекской ССР была равна 8 км. Оказались разрушены или повреждены около 36 тыс. зданий, 207 школ, 36 культурно-бытовых, 202 научных и 149 медицинских учреждений, около 700 объектов торговли и общественного питания, порядка 240 промышленных предприятий. Серьезно пострадали древние мечети. В уцелевших при этом увеличилось количество верующих.

По разным источникам, погибли от 8 до 13 человек. 1710 жителей Узбекской ССР получили ранения (из них в больницы попали 150 человек), без крова остались более 78 тыс. семей или свыше 300 тыс. человек. Но к 1967 году они уже получили возможность въехать в новые жилища.

«Я спала, как большинство жителей города, и было еще достаточно темно, чтобы в полумраке, спросонья, увидеть то, что происходило. Детский сон был так крепок, что я не слышала и не ощущала ни гула земли, ни резких толчков, от которых лопнули дома и посыпались стены, — вспоминала жительница Ташкента Галина Долгая. — Наша квартира находилась на самом верхнем, третьем этаже, и опасность быть придавленными ходившими ходуном лестничными пролетами была абсолютно реальной. Но мы благополучно выбежали из дома и едва не попали под куски шифера, которые, как артиллерийские снаряды летели с покатой крыши. Этот день все жители Ташкента встретили на улице. Наш дом был разрушен на треть. Эпицентр землетрясения находился от нас километрах в трех, в районе Кашгар, где дома были в основном одноэтажные, рядом с рекой Анхор, которая издавна разделяет старый и новый город. Почти все дома там были разрушены полностью».

Согласно воспоминаниям другой ташкентки Татьяны Ивановой, люди во дворе ее дома в районе Госпитального рынка кричали слово «война». По ее словам, многие думали про атомную бомбардировку, которую в те годы ждали от американцев.

Землетрясение ощущалось даже в Москве: слабые колебания достигли столицы СССР через пять минут после толчка в Ташкенте.

Уже через несколько часов в Ташкент прибыли руководители КПСС и правительства Леонид Брежнев и Алексей Косыгин. Генсек разъяснил, что, поскольку во время Великой Отечественной войны Ташкент принял десятки эвакуированных заводов и тысячи беженцев, восстановление столицы Узбекистана является делом всесоюзного значения, и долг всех советских граждан – помочь пострадавшим. По решению высшего руководства СССР была создана правительственная комиссия по ликвидации последствий землетрясения и принят ряд срочных мер по оказанию помощи населению.

Во время пребывания высших должностных лиц в Ташкенте произошел 4-балльный подземный толчок. Брежнев отреагировал на случившееся следующими словами: «Придется мне теперь взять спальный мешок и лечь спать где-нибудь под деревом».

Очевидцы визита гостей из Москвы вспоминали, что благодаря Косыгину была поддержана просьба первого секретаря ЦК Компартии Узбекской ССР Шарафа Рашидова о строительстве в Ташкенте метро.

Это землетрясение считается самым длительным по времени в истории Ташкента. В период с 26 апреля 1966 по 31 декабря 1969 года были зафиксированы 1102 толчка. Среди них выделяются семибалльные толчки 10 мая, 24 мая и 5 июня 1966-го. Подавленные стихией и испуганные люди, покинув свои дома, жили во дворах — в палатках и тапчанах. По словам Валентина Уломова, долгие годы заведовавшего Ташкентской сейсмической станцией, «во время многочисленных, хотя и незначительных по силе, повторных толчков, продолжавшихся несколько лет, число погибших от сердечных приступов составило несколько десятков». А как вспоминал народный артист Узбекистана Рустам Сагдуллаев, людям понадобилось почти пять лет, чтобы прийти в себя от пережитого.

«Некоторые так и не смогли побороть свой страх», — констатировал он.

Первыми в Ташкент прибыли четыре строительных поезда из Москвы. Уже в мае они развернули на окраине города 16 военно-строительных отрядов, установили первые сотни сборных домов. Новый Ташкент выходцы из самых разных мест Советского Союза отстраивали в течение пяти лет. В общей сложности строители РСФСР ввели в эксплуатацию 664,8 тыс. м² жилья. Заново возводились здания фабрик и заводов. Вскоре в Ташкенте выросли новые кварталы, микрорайоны и появился город-спутник Сергели, созданный с учетом сейсмических особенностей региона.

«Землетрясение случилось под утро. Ничего не поняла — то ли бомбят, то ли что-то другое. Событие было действительно потрясающее. Мы жили в доме старой постройки из сырцового кирпича с очень высоким потолком с лепными украшениями. Толщина стен дома составляла 80 сантиметров. В результате толчка в стенах и на потолке образовались глубокие трещины. Трясло нас в том году постоянно. Однажды я стелила постель дочери — она спала днем. В это время был очередной толчок, и я ясно вижу, как стена наклоняется на меня, а потом она обратно встала на место», — рассказывала жительница Ташкента Александра Ревес.

А учительнице французского языка Нине Нехорошевой больше всего запомнился «страшный вой собак» и раздававшиеся в соседних домах «непонятные крики».

Она также отмечала, что поначалу происходящее приняли за бомбежку, решив, что началась война.

Землетрясение стало важнейшим событием жизни для многих ташкентцев, разделившим ее на «до» и «после».

«Если бы не землетрясение… У меня ностальгия по старому Ташкенту. Уютным он был каким-то. Помню узкие пыльные улочки, по которым бегала с подружками. А еще, мне кажется, люди были другими – проще как-то. Делились всем, что имели. Любили иначе – чисто и искренне. Вместе с разрушенным старым Ташкентом я потеряла многое», — признавалась местная жительница Нина Козлова.

Помощь Узбекской ССР не ограничивалась строительством. Летом 1966 года 35 ташкентских детей отдохнули в здравницах и пионерских лагерях в разных частях страны. Серьезную материальную помощь Узбекистану оказал Госбанк СССР, причем средства ташкентцам мог перечислись каждый желающий.

Президиум Академии наук СССР на специальном заседании по Ташкентскому землетрясению и мероприятиям по развитию сейсмологических исследований в стране отметил государственную важность усиления и правильной организации исследований, связанных с изучением сильных землетрясений и изысканием их предвестников.

В 1976 году на месте уничтоженного района Кашгар был возведен архитектурно-художественным комплекс «Мужество», посвященный ликвидации последствий землетрясения.