проект

Омолаживающая гипоксия. Как кислородное голодание защищает от старости

Врач-гериатр Валерий Новоселов рассказал о тонкостях гипоксических тренировок

Гипоксические тренировки — это научно-обоснованное воздействие на организм кислородным голоданием. По словам врача-гериатра Валерия Новоселова, — это единственный на сегодняшний день геропротектор с доказанной эффективностью. Почему эволюционно правильно дышать «горным воздухом» или смесью с пониженным содержанием кислорода, а не наоборот, действительно ли гипоксия заставляет гены перестраивать свою работу и о том, как начать тренироваться, — в интервью «Газете.Ru» рассказал врач-гериатр, невролог, председатель секции геронтологии МОИП при МГУ им. М.В. Ломоносова Валерий Новоселов.

— Считается, что человеку, особенно если он находится в ослабленном состоянии, нужно дать как можно больше кислорода. А, согласно рассказам, Майкл Джексон даже спал в кислородной камере, чтобы продлить себе жизнь. Вы же говорите, что жизнь продлевает обратное, а именно дыхание газовой смесью с малым количеством кислорода. Почему вы так думаете?

— Гипоксия (кислородное голодание) — это состояние, против которого за миллионы лет эволюции у человеческого организма выработались защитные механизмы, работающие точно, как часы. Гипоксические состояния в эволюции нашего вида были всегда и есть сейчас.

Например, эмбрион человека в организме матери находится в состоянии гипоксии. Кроме того, в нашей обычной жизни довольно много состояний, которые сопровождаются гипоксией и ответом на нее. Например, когда мы думаем, в области гиппокампа возникает именно такое состояние. В наших тканях, даже клетках кожи или альвеолах легких, содержание кислорода гораздо ниже, чем в окружающем воздухе. Да и в воздухе его содержание сейчас больше, чем на протяжении большей части жизни нашей планеты. Из этого можно сделать вывод, что человек скорее натренирован жить в среде, где кислорода меньше, нежели наоборот.

— Если так, то человек мог бы отрастить на своем эволюционном пути большие легкие, которые позволяли ему долго находиться без кислорода. Такие, как например, у тюленей. А нам хватает воздуха всего на 3-5 минут. Почему?

— Это очень важный вопрос. Дело в том, что кислород — токсичный газ для наших клеток, молекул, мембран. И, если бы мы могли запасать его в большом объеме, то он изнутри уничтожил бы все наши молекулы. Организм среднего человека имеет текущие запасы кислорода около 2,5 литров, включая остаточные объемы в легких (900 мл), в крови (1200 мл), в межтканевом пространстве (250 мл) и в миоглобине (350 мл). Если бы мы могли запасать этот газ в большом объеме, то и выглядели по-другому, так как больше бы тратили энергии для метаболической адаптации, защиту от мутагенеза. Как итог — чаще и раньше болели бы онкозаболеваниями, болезнью Альцгеймера, атеросклерозом. Это был бы другой человек. Даже другой вид.

Таким образом, для людей в состоянии, когда у них нет ярко выраженного кислородного голодания, избыток кислорода особо опасен. Недаром показаний к применению кислорода очень и очень мало.

— Почему же тогда за миллионы лет организм человека не научился защищаться от избытка кислорода? Или такой механизм есть?

— Есть. Это антиоксидантная защита — сложная многоуровневая система, надежность которой снижается по мере нашего старения. Мы часто замечаем, что старики имеют определенный запах. Причина его возникновения — вещество 2-ноненаль. Он появляется из-за того, что надежность антиоксидантной защиты с возрастом падает, и действие свободных радикалов на клетки начинает расти.

— Принцип понятен. То есть, человек так сделан, что ему нужно дышать именно той газовой смесью, которая сейчас составляет воздух на планете Земля. Это азот, 20,95% кислорода и некоторые примеси. Но вы предлагаете дышать воздухом, в котором 8-16% кислорода. Для чего?

— Моя парадигма воздействия на процессы старения основывается на том, что старение и тканевая гипоксия — это близнецы братья. На сегодняшний день мы не знаем до конца, что включают в себя механизмы старения. А вот механизмы гипоксии, хотя это очень сложное состояние, во многом понятны.

Гипоксию у пожилых людей видно на уровне всех тканей, органов и клеток. Например, старики не могут выполнять движения с той же скоростью, что и в молодости. Почему? У них не хватает топлива, мощности, АТФ (молекула, играющая основную роль в обмене энергии в клетках живых организмов). Потому ухудшается все уровни кислородного гомеостаза. В частности происходят диффузные возрастные изменения стенок артерий, которые называются артериосклерозом. Это приводит к той же самой гипоксии.

— Но получается, что вы предлагаете стать «стариком» раньше, так как люди, благодаря гипоксическим тренировкам, недополучают кислород уже в молодом возрасте?

— В том то и дело, что организму можно помочь перестроиться, — натренироваться работать хорошо в состоянии гипоксии. Именно из-за того, что эволюционно этот механизм в нас уже заложен. Поэтому предлагается особый механизм тренировки каждой клетки организма. В результате гены могут начать работать немного по-другому.

Гипоксические тренировки в течение длительного времени приводят к тому, что человек меняется эпигенетически (изменения в активности генов под воздействием среды). Эти изменения не передаются по наследству, но, тем не менее, к концу жизни два однояйцевых монозиготных близнеца, один из которых был под воздействием гипоксии, будут выглядеть по-разному.

— Это история про кавказских долгожителей, которые как раз почему-то жили в горах, где количество кислорода в воздухе снижено?

— Конечно, никаких очагов кавказского долголетия, не существовало. Это забавный казус в истории Советского Союза, — однако, там есть что поизучать. Не зря говорят, что лучше гор могут быть только горы. Тренировки в среднегорье для увеличения скорости и выносливости, да и силовой выносливости, это лучший вариант для серьезных спортсменов.

— То, что гены могут перестроиться под малое количество кислорода, это доказанный факт?

— За это уже и Нобелевку дали в 2019 году, в области физиологии и медицины. Приз получили Уильям Келин, Питер Рэтклифф и Грегг Семенза. Они исследовали как клетки ощущают доступность кислорода и адаптируются к ней. В ответ на гипоксию начинают работать сложные механизмы, активируется гипоксией индуцированный фактор. Как итог, происходят серьезные эпигенетические изменения, приблизительно 500 генов изменяют свою работу.

Известно, что при гипоксических тренировках задействуется множество физиологических механизмов: происходит увеличение объемной скорости регионального кровотока, изменяется его циркуляция, активируются важнейшие ферменты, обеспечивающие инактивацию активных форм кислорода: супероксиддисмутаза, каталаза, глутатионпероксидаза. Кроме того, стимулируется утилизация глюкозы, повышается активность гликолиза (расщепление глюкозы), увеличивается количества митохондрий, нормализуется уровень NO – закиси азота, улучшаются показатели антиагрегационной активности стенки сосудов.

— Получается, что организм сам начинает бороться с диабетом и атеросклерозом?

— Именно так. Хотя мы не знаем до конца как устроен большой биологический таймер старения, куда встроены эти болезни, но мы можем описать этот процесс в том числе и как снижение реакции всех клеток на управляющее воздействие любого фактора — к глюкозе, инсулину, гормонам и так далее. Гипоксия повышает эту чувствительность ко всем воздействиям.

— Так сколько должно быть кислорода в газовой смеси, чтобы организм начал лечить себя?

— Уровень кислорода подбирается специалистом индивидуально. Для того, чтобы это понять нужно сделать пробы Штанге и Генчи (пробы с задержкой дыхания на вдохе – Штанге, и на выдохе – Генчи для выявления скрытой коронарной недостаточности, а также для определения устойчивости организма к гипоксии). Дальше нужно понимать, что гипоксические тренировки чаще предполагают интервальное воздействие, – так оно лучше переносится. Мы 5 минут дышим, 5 минут отдыхаем. Можно и 10 минут отдыхать. Или дышать. Все зависит от подготовленности. 10% кислорода в смеси — условно соответствуют высоте горы примерно 6200м. Кроме того, не стоит опускаться ниже определенного уровня сатурации (количественный показатель, отображающий сколько в крови содержится гемоглобина, насыщенного кислородом).

— И какой же это уровень? Когда была пандемия COVID-19, то врачи говорили, что всем нужно купить пульсоксиметры и, если сатурация ниже 93%, — нужно вызывать Скорую помощь…

— Я не рекомендую опускаться ниже 80%. Но, когда мы работали с военнослужащими, альпинистами, спортсменами высшего дивизиона, мы спускали их и до 65%-60%. Впрочем, стоит понимать, что это нагрузка очень и очень серьезная, — так мы тренируем особый вид «физиологического спецназа». Хотя бывают случаи, когда люди и спят в гипоксии, — для этого есть специальные палатки. Это очень интересное антивозрастное направление.

— Что это за палатки?

— Палатки, в которые поступает газовая смесь с пониженным содержанием кислорода. В этом случае, конечно, не делается 10%, — это 16-18% кислорода. А когда есть возможность как следует «дать жару», то делается 10%, а иногда даже 9-8%. Это зависит от возможностей аппаратуры, такие устройства называют гипоксикаторами, а они все разные.

— Эти аппараты производятся в России?

— Да, производятся. Гипоксикаторы могут продаваться и как медицинские изделия, и как спортивные тренажеры (бытовая техника). В России такие аппараты изготавливают и продают порядка семи компаний. В основе их работы молекулярное сито, которое позволяет подавать точно дозированную смесь для дыхания. Уровнем килорода можно управлять.

И я бы обратил внимание, что весь интернет забит рекламой псевдогипоксикаторов, которые представляют собой так называемые мешки возвратного дыхания. Они дешевые, чем и привлекают внимание пользователей. Но в этом случае человек просто дышит тем, что он выдыхает, — то есть нарастающим количеством углекислого газа.

Этот же прием используют в американских фильмах, когда просят подышать в пакет при волнении. В этом случае возникает гиперкапния — повышенное содержание углекислого газа в артериальной крови и тканях человека, что приводит к расширению сосудов головного мозга. Это помогает человеку успокоиться. Но это никакого отношения к гипоксическим тренировкам это не имеет.

— Где можно попробовать позаниматься в гипоксии или просто подышать горным воздухом?

— Аппаратов в стране хватает. Этот метод зарегистрирован Минздравом как физиотерапевтическая медицинская процедура, применяется с конца 1990-х годов. Гипоксикаторы стоят в поликлиниках, реабилитационных центрах, санаториях. Мы с профессором Чижовым (Алексей Чижов, профессор РУДН, разработчик метода «Горный воздух») рекомендуем 2 раза в год проходить курс по 10-15 процедур через день.

— Действительно ли на сегодняшний день гипоксическое воздействие — это единственный геропротектор с доказанной эффективностью?

— С моей точки зрения, это чуть ли не единственный внятный метод геропрофилактики. В отличие от всяких БАД и лекарств, которые работают только на уровне модельных организмов — мух, глистов и грызунов.

Метод гипоксических тренировок сейчас применяют все биохакеры мира, особенно американские бизнесмены, так как он не имеет побочных эффектов, и, при этом, научно обоснован. В ближайшее время, я уверен, метод войдет в реабилитацию военнослужащих с посттравматическим стрессовым расстройством. Но, если вы решили начать тренироваться, то это нужно делать только в компании с подготовленным врачом или спортивным физиологом.

Загрузка