Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Криминал

Оглашение приговора Никите Тихонову и Евгении Хасис
Оглашение приговора Никите Тихонову и Евгении Хасис
РИА «Новости»

Убийцы по решению суда

Приговор убийцам адвоката Станислава Маркелова оставлен в силе

Елена Шмараева

Приговор по делу об убийстве Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой вступил в силу. Верховный суд отказал в кассационной жалобе Никите Тихонову и Евгении Хасис, и теперь они отправятся из московского СИЗО в колонии: Тихонов пожизненно, Хасис на 18 лет.

На рассмотрение жалобы в Верховный суд (ВС) осужденных Тихонова и Хасис не привезли: связь с ними, как уже несколько лет принято в ВС, обеспечили по видеосвязи. Похудевшая и, судя по голосу, немного простуженная Хасис не могла наговориться с гражданским мужем и все время что-то нашептывала ему на ухо.

Замечание председательствующего Алексея Шурыгина не заставило себя долго ждать: «Осужденные, парочка золотая, прекратите общаться, послушайте, что ваши адвокаты говорят».

Адвокаты в четыре голоса говорили об одном: защитники Хасис Геннадий Небритов и Максим Коротков-Гуляев, а также юристы Тихонова Александр Васильев и Алексей Никулочкин просили суд отменить приговор и направить дело об убийстве Маркелова и Бабуровой на новое рассмотрение в Московский городской суд. Судья-докладчик напомнил фабулу дела о громком убийстве, совершенном в Москве на Пречистенке 19 января 2009 года, за которое 6 мая 2011 года судья Александр Замашнюк назначил Тихонову и Хасис пожизненный срок и 18 лет колонии соответственно, а потом перешел к оглашению кассационных жалоб защитников и их клиентов.

Тихонов и Хасис притихли перед установленной в следственном изоляторе «Лефортово» видеокамерой и слушали доводы своих адвокатов. Защитник Васильев ссылался на нарушенный принцип неизменности состава суда (дело приняла к производству одна судья, а потом его передали другому) и наличие у председательствующего Замашнюка «личной заинтересованности» в обвинительном приговоре. Никулочкин заявлял, что в процессе исследовали доказательства и допрашивали свидетелей – со стороны обвинения, конечно, – которые не относились к делу. Адвокат Небритов, ссылаясь на интервью присяжных Анны Добрачевой и Сергея Мамонова, напоминал, что в коллегию, по их словам, входили бывшие сотрудники МВД: конвоир, следователь, участковый и сотрудник вневедомственной охраны. Коротков-Гуляев, отстраненный судьей Замашнюком от участия в процессе за многочисленные нарушения порядка, возмущался этим фактом.

Основными же доводами защиты, по которым она требовала отменить приговор и отправить дело на новое рассмотрение, был отказ в отводе старшины присяжных Мамонова и запрет на выступление с репликами в ходе прений сторон.

От реплик в прениях отказалась сторона обвинения, на основании чего судья отказал в этом праве и защите. В УПК нет прямых указаний на этот счет, признавали тогда участники процесса, оценивая решение Замашнюка каждый в соответствии со своими процессуальными интересами.

О том, что присяжный № 1 Сергей Мамонов «собирает информацию вне зала судебного заседания» (то есть читает газеты и блоги, в которых весной 2011 года чуть ли не ежедневно писали о деле Тихонова--Хасис), сообщила журналистам другая участница коллегии, присяжная Добрачева, написавшая заявление о выходе из состава суда по семейным обстоятельствам. Когда во время очередного заседания судья Замашнюк спросил у Мамонова, так ли это, он не отрицал, что читает газеты, но заверил суд, что мнение свое формирует только на основании услышанного в процессе. Это объяснение удовлетворило судью, адвокатам Тихонова и Хасис, которые требовали отстранить старшину присяжных, было отказано, и в итоге Мамонов участвовал в вынесении решения. Семь из 12 присяжных признали Тихонова и Хасис виновными в убийстве.

«Приговор был вынесен незаконным составом суда», – высказался в Верховном суде Тихонов. Он рассказал, что в феврале 2011 года, когда отбирали коллегию присяжных заседателей, среди них был кандидат, который признался, что слишком активно следит за публикациями об убийстве Маркелова и Бабуровой, чтобы быть объективным, и попросил не включать его в коллегию. «На Мамонова этот пример законопослушного поведения должного впечатления не произвел», – саркастически усмехнулся Тихонов. Его защитники Васильев и Никулочкин, а также подсудимая Хасис и ее адвокаты поддержали: участие в процессе Мамонова было нарушением, из-за которого дело подлежит пересмотру.

Вслед за гражданским мужем (пожениться в ходе процесса подсудимым не позволил судья Замашнюк) взяла слово Хасис. Как и во время слушаний, она была эмоциональна и говорила о себе в третьем лице: «Хасис Евгения Данииловна, то есть я». В руках подсудимая держала четки, которые в минуты особенно активной жестикуляции прижимала к груди. «Добро оказывается злом, а справедливостью объявляют полный беспредел», – охарактеризовала она прошедший в Мосгорсуде процесс; рассуждая же о состоянии судебной системы в целом, заявила: «При прохождении такой школы аттестат зрелости наш народ будет получать на баррикадах».

Завершая короткое пламенное выступление, осужденная за убийство и хранение оружия взглянула на судью Шурыгина: «Я не прошу у вас снисхождения или милости – их я буду просить у бога. Дайте нам возможность доказать свою невиновность в справедливом процессе».

Такая возможность у подсудимых была, парировал адвокат Роман Карпинский, представляющий интересы потерпевших – брата убитого Михаила Маркелова и его вдовы Галины Гога. Юрист назвал процесс «законным и справедливым» и отметил, что в суде у защиты была возможность представлять любые доказательства: председательствующий не ограничивал адвокатов. В качестве примера Карпинский привел выступление свидетелей Алексея Барановского и Ольги Мухачевой («Матильда-Дон»), которые заявляли, что у Евгении Хасис есть алиби на день убийства. Что до присяжного Мамонова, продолжал представитель потерпевших, то суд имеет право, но не обязанность удалить из процесса заседателя, которого заподозрил в сборе информации «на стороне». «Судья принял решение, опросив присяжного, повлияли ли на него как-то полученные сведения», – заключил Карпинский.

Его коллега Владимир Жеребенков, представлявший родителей убитой Бабуровой, был солидарен с Карпинским. Прокуроры Борис Локтионов и Лариса Щукина также обратились к суду с просьбой оставить в силе приговор Тихонову и Хасис.

Пока коллегия из трех судей под председательством Шурыгина решала их судьбу, Тихонов и Хасис были заняты друг другом: что-то активно обсуждали в клетке, держась за руки и улыбаясь. Хасис стряхивала пылинки с куртки гражданского мужа, он показывал ей, как правильно делать упражнения для тренировки мышц пресса. Из зала паре махала Евгения Тихонова – сестра подсудимого, которая ходила почти на каждое заседание по делу брата. Тихонов и Хасис, прижавшись друг к другу, жестикулировали в ответ.

Примерно через час – именно столько суду потребовалось на вынесение кассационного определения – им снова пришлось стереть с лиц улыбки и замолчать.

«Приговор оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения», – прочитал резолютивную часть решения судья Шурыгин. Хасис с досадой ударила ладонью по клетке и видеосвязь оборвалась.

Адвокаты и немногочисленная группа поддержки осужденных выглядели расстроенными, но не удивленными. «Ожидания были 50 на 50, но по практике в кассационной инстанции все-таки чаще отказывают», – объяснил «Газете.Ru» свое спокойствие адвокат Хасис Небритов. «Зато свидания разрешили», – по телефону успокаивала кого-то Евгения Тихонова. Адвокаты осужденных пообещали обратиться с жалобами в надзорную инстанцию, а также в Европейский суд по правам человека. «Оснований для отмены более чем достаточно», – настаивают адвокаты.

Представители потерпевших не стали делать громких заявлений, сообщив лишь, что о своем отношении к приговору уже высказались их доверители. Ранее родители Бабуровой, брат Маркелова и представители «Новой газеты» заявили, что удовлетворены решением Мосгорсуда.