Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Криминал

Обвиняемые по делу о взрыве в Минском метро 11 апреля Дмитрий Коновалов и Владислав Ковалев
Обвиняемые по делу о взрыве в Минском метро 11 апреля Дмитрий Коновалов и Владислав Ковалев
РИА «Новости»

Смерть без вариантов

Молодых людей, обвинённых во взрыве минского метро, вероятнее всего, казнят

Денис Лавникевич (Минск)

В Минске прошли прения сторон по делу о взрыве в городском метро. Гособвинение считает вину обоих подсудимых доказанной и требует для них высшей меры наказания — смертной казни. Доводы подсудимых о том, что им пришлось оговорить себя под давлением белорусских спецслужб, прокуратура посчитала надуманными.

В понедельник Верховный суд Белоруссии возобновил рассмотрение дела обвиняемых в терроризме Дмитрия Коновалова и Владислава Ковалева. Коновалов обвиняется в совершении терактов и изготовлении взрывчатых веществ, Ковалев обвиняется в пособничестве и недоносительстве. В актовом зале минского Дома правосудия в процессе начались прения сторон.

Заместитель генпрокурора Алексей Стук, представляющий гособвинение в деле о теракте в минском метро 11 апреля, а также о взрывах в Минске в 2008 году и в Витебске в 2005 году, попросил суд приговорить обоих обвиняемых к высшей мере наказания — расстрелу.

Суд возобновился после перерыва — предыдущее заседание суда, завершившее судебное следствие, состоялось 3 ноября.

Тогда следствие завершилось фактически признанием того, что главный обвиняемый — Коновалов — был лишь помощником при изготовлении большинства инкриминируемых ему взрывных устройств. Но сейчас обвинение вернулось к своей прежней позиции: уроженцы Витебска виновны во всей серии взрывов.

В ходе судебных прений прокурор существенно не изменил обвинение, несмотря на двухмесячное судебное следствие. Стук предложил «признать правдивыми показания Коновалова и Ковалева, данные на предварительном следствии, и положить их в основу приговора». В этих показаниях, позднее неоднократно опровергнутых подсудимыми, Коновалов признал вину в совершении терактов в 2005, 2008 и 2011 годах. А Ковалев признал, что знал о намерении Коновалова совершить теракты и даже помогал ему.

«Еще недавно трудно было представить, что мне придется поддерживать обвинение по терроризму в Беларуси», — начал прокурор, после чего дословно повторил Александра Лукашенко, говоря, что «Беларусь издавна была оплотом стабильности».

По словам прокурора, «версия Коновалова о самооговоре проверялась в ходе следственных действий. Коновалов также заявил, что оговорил себя в совершении преступлений вследствие причинения телесных повреждений. Однако судмедэкспертами выяснено, что телесные повреждения были получены при задержании. В возбуждении уголовного дела о нанесении Коновалову побоев отказано». То есть версия пыток в ходе дознания, много раз звучавшая в ходе суда, оказалась отвергнута.

Говоря об отказе Ковалева от предыдущих показаний, Стук подчеркнул, что на подсудимого не оказывалось психологическое давление. «Доказательства этого не представлены», — сказал прокурор. «К нему не применялось какое-либо воздействие, это подтверждает и судмедэкспертиза. Перед каждым допросом Ковалев подтверждал, что дает добровольные показания. В письме в КГБ он просил проверить его показания с помощью полиграфа», — дополнил обвинитель.

Характеризуя периоды школы и профобразования обвиняемого, прокурор нарисовал «портрет крепкого середнячка, которого трудно заподозрить в изготовлении бомб», но напомнил, что именно отпечатки пальцев Коновалова обнаружены на взрывном устройстве, найденном в Минске неразорвавшимся. «Кто знает, сколько Коновалову пришлось изворачиваться и дальше, не приди сотрудники МВД к Коновалову домой 9 апреля для того, чтобы взять отпечатки пальцев?» — задал вопрос прокурор. При этом прокурор никак не прокомментировал то, что на том же взрывном устройстве найдены отпечатки ещё нескольких человек.

«Мы можем сделать страшный вывод: Коноваловым двигало желание нанести страшный вред людям, вплоть до смерти», — убежден обвинитель.

Преступный путь Дмитрия Коновалова, по мнению обвинения, начался в 14 лет со взрывов в подъезде, установки растяжек на лесных тропах и поджога киоска «Союзпечати» в Витебске. При этом Алексей Стук подчеркнул, что многие эпизоды стали известны следствию исключительно из показаний Владислава Ковалева, который сам никаких терактов не совершал (что также признано судом). «В сентябре 2005 года Коновалов стал совершать террористические акты», — заявил прокурор. В то же время обвинение отказалось от формулировки цели Коновалова — «дестабилизировать общественный порядок» — в отношении терактов в Витебске 15 и 22 сентября 2005 года и предложило считать, что Коновалов совершил взрыв «с целью устрашения населения», напомнив, что в ходе первого теракта пострадали два человека, а в ходе второго — 55.

Объясняя отказ от всех «витебских эпизодов», прокурор предположил, что «Коновалову не безразлично, как о нем думают в городе Витебске, не безразлична та среда, в которой он родился и вырос».

Комментируя теракт в Минске, произошедший в День независимости в 2008 году, обвинитель напомнил, что на втором, невзорвавшемся устройстве сохранены отпечатки пальцев Коновалова и фрагменты, предположительно, его эпителия. Объясняя выводы экспертов, согласно которым два взрывных устройствах в 2008 году (взорвавшееся и нет) изготавливались одновременно, но разными лицами, прокурор подчеркнул, что эксперты не исключили, что оба взрывных устройства могли быть изготовлены одним человеком, но в отличающихся условиях.

Алексей Стук также заявил, что «экспертами ФСБ России некорректно сделана надпись, что взрывное устройство сделано в регионе, в который Витебск не входит». «Так говорит ли это о том, что все взрывное устройство не могло собираться и монтироваться в Витебске? Думаю, нет», — сказал прокурор.

Ещё один момент, на который обратил внимание прокурор, — опасная динамика увлечением взрывами в белорусском обществе. В ходе своего выступления он в подробностях вспомнил все эпизоды, инкриминируемые обвиняемым: взрывы в Витебске в 2001—2002 годах, в 2003 году — привязывание взрывпакетов к растяжкам, от которых так или иначе пострадали люди. Затем Коновалов, по словам прокурора, стал использовать бутылки с зажигательной смесью, осуществил попытку поджога киосков и поджог одного из киосков. При этом, напомню, причастность обвиняемого к этим эпизодам так и не удалось доказать. Однако прокурор обратился к результатам психиатрической экспертизы и на её основании утверждает, что Коноваловым двигало желание принести смерть людям: «Он шел к убийству, в котором, он знал, могли погибнуть люди; тренировался на полигонах, устраивая препятствия, которые помогали ему понять, куда именно, в какие части тела могли попасть поражающие элементы».

Не так давно Александр Лукашенко наградил государственными наградами группу неназванных сотрудников спецслужб «за успешное раскрытие теракта в метро». Фактически это награждение и стало смертным приговором Дмитрию Коновалову и Владиславу Ковалеву: теперь суд, полностью зависимый от президента Белоруссии, практически не имеет возможности оправдать «витебских взрывников».
«Окончательно Коновалову и Ковалеву — расстрел без конфискации», — сказал прокурор в понедельник.

При этом обвинитель признал ряд нестыковок в оценках экспертов ФСБ России, сделанных по просьбе белорусской стороны при расследовании данного теракта. В частности, он признал, что российские эксперты сделали вывод, что электродетонатор взрывного устройства был изготовлен в корпусе одноразового шприца, что свидетельствует о практике, применяемой террористами в России, однако не соответствует подходам Коновалова. Коновалов также не точно воспроизвел состав взрывчатого вещества и поражающие элементы взрывного устройства.

Обвинение также попыталось объяснить отсутствие отпечаток пальцев Коновалова в подвале, где изготавливались бомбы. «При последнем посещении подвала он уже знал, что его обнаружат, и мог их уничтожить. Кроме того, он работал в перчатках», — сказал Алексей Стук.