Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Станислава Канкию приговорили к трем годам колонии
Станислава Канкию приговорили к трем годам колонии
ИТАР-ТАСС

Благотворителя приговорили адекватно

Бабушкинский суд приговорил предпринимателя Станислава Канкия к трем годам колонии общего режима

Елена Белова

Cуд приговорил за мошенничество к трем годам лишения свободы тяжело больного предпринимателя Станислава Канкия. Защита подсудимого назвала решение суда адекватным. Большую часть срока бизнесмен уже отбыл в СИЗО, где за это время перенес инфаркт головного мозга и несколько инсультов.

В среду Бабушкинский райсуд Москвы признал виновным президента некоммерческой благотворительной организации фонда «Отчизна» Станислава Канкия в мошенничестве (ч. 4 ст. 150 УК). Об этом «Газете.Ru» сообщила его адвокат Марина Русакова.

По ее словам, суд приговорил предпринимателя к трем годам колонии общего режима и штрафу в 500 тысяч рублей.

Русакова отметила, что, в связи с занятостью, никого из адвокатов на оглашении приговора не было. Присутствовал только защитник по назначению. «Известно, что суд согласился с позицией защиты в том, что по большинству эпизодов нет оконченного состава», — сказала адвокат. Защита находит такой приговор адекватным. «Даже если говорить не о мошенничестве, а о покушении на мошенничество, то приговор более чем адекватен — учитывая, что в деле 113 эпизодов», — отметила Русакова.

По версии следствия, Станислав Канкия предоставлял заведомо ложные сведения о лицах, которые якобы работали в фонде «Отчизна», и таким образом открывал счета на своих работников и получал деньги в виде материальной помощи из городского бюджета. Утверждалось, что в результате пострадали более 500 подростков. По данным следствия, Канкия с 2007 года входил в доверие к руководству школ и лицеев, предлагая учащимся принять участие в социальной программе фонда. Им предлагалось получить специальность веб-дизайнера с последующим трудоустройством, для этого школьникам необходимо было подписать договор и сдать копию паспорта. Затем Канкия подавал документы в департамент труда и занятости Москвы, представляя детей сотрудниками своего фонда. Далее подсудимый открывал счета в Сбербанке России по доверенностям, которые учащиеся на самом деле не давали. Банк выдавал ему пластиковые карты на имена школьников, куда перечислялись предусмотренные законом денежные средства. Впоследствии подростки так и не были трудоустроены. Сумма хищения составляла около 5 млн рублей.

Прокуратура в прениях поддержала обвинение в полном объеме и попросила приговорить Канкия к пяти годам лишения свободы. Защита, в свою очередь, настаивала на его невиновности. «Совершить преступление таким образом, как это описано в обвинительном заключении, не представляется возможным. Оно достаточно сюрреалистичное и фантазийное, — сказала Русакова. — На стадии судебного следствия было установлено, что невозможно повлиять на то, чтобы бюджетные средства были перечислены физическим лицам, которые нигде не появлялись. И потерпевшая сторона (департамент труда и занятости – «Газета.Ru»), которая таковой себя не считает, показала, что для проведения таких операций необходимо личное присутствие человека, подлинник паспорта и собственноручно подписанное заявление, чего нет в деле».

Супруга подсудимого не смогла прокомментировать приговор. «Мне очень плохо. Я не в состоянии общаться», — сказала «Газете.Ru» Валентина Канкия.

Большую часть срока Канкия уже отбыл в СИЗО. Он был задержан 8 июня 2010 года. Однажды в ходе судебного процесса Канкияподрался с конвоирами. Супруга подсудимого заявила, что ее мужа избили полицейские, в суде же утверждали обратное: якобы сам Канкия набросился на них.

Согласно официальным выводам врачей, Станислав Канкия страдает гипертонией третьей степени, недостаточностью кровообращения, гидроцефалией головного мозга, диффузным кардиосклерозом, инфарктом головного мозга, цереброваскулярной болезнью. Также в СИЗО он пережил несколько инсультов. «В силу перенесенного инсульта у него органическое поражение мозга. Поэтому он мало понимает происходящее, но ведет себя в последнее время спокойно, хотя его состояние по-прежнему крайне серьезное», — отметила Русакова.