Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Власть и право

ИТАР-ТАСС

30 суток из девяностых

Предполагаемых террористов предлагается задерживать на срок до 30 суток

Александра Кошкина, Максим Солопов

В Госдуму внесен еще один законопроект о борьбе с террором: на этот раз предлагается увеличить срок задержания подозреваемых в терроризме до 30 суток, чтобы правоохранительные органы успели собрать характеризующий материал для обоснования ареста. Юристы разошлись в оценках данного предложения.

Депутат от ЛДПР Роман Худяков продолжает выступать в Госдуме с инициативами, направленными на борьбу с террором. В пятницу он внес законопроект о поправках в статью 108 Уголовно-процессуального кодекса.

Законодательная инициатива предлагает увеличить сроки задержания людей, подозреваемых в терроризме, до 30 суток.

На данный момент, согласно УПК, задержанный человек, подозреваемый в преступлении, может быть лишен свободы не более чем на 48 часов. Назначить больший срок может только суд, который определяет меру пресечения, после чего его отправляют в следственный изолятор. Но по ходатайству одной из сторон суд может подлить срок задержания до 72 часов для предоставления дополнительных доказательств обоснованности или необоснованности заключения под стражу.

Депутат предлагает дать возможность суду увеличивать этот срок до 30 суток. Правда, не всем, а только подозреваемым в причастности к совершению теракта.

Точнее, подозреваемым по статьям УК: ст. 205 (террористический акт), ст. 205.1 (содействие террористической деятельности), ст. 205.2 (публичное оправдание терроризма), ст. 205.3 (прохождение обучения в целях осуществления террористической деятельности), ст. 205.4 (организация террористического сообщества и участие в нем), ст. 205.5 (организация деятельности террористической организации и участие в деятельности такой организации) и ст. 206 (захват заложника). Ходатайствовать об этом перед судом также может любая из сторон.

По мнению депутата, практика расследования преступлений против общественной безопасности не позволяет за 48 часов выявить и представить в суд достаточно оснований причастности лица к совершению преступления.

«В результате подозреваемый, будучи освобожденным в соответствии с действующим законодательством, имеет возможность уничтожить доказательства преступления, угрожать свидетелям и иными способам препятствовать следственным органам в поиске настоящего преступника, — говорится в пояснительной записке к законопроекту. — Но самое худшее, что он, почувствовав свою «неуязвимость», совершает новые и новые теракты».

В качестве обоснования Худяков напоминает об указе бывшего президента России Бориса Ельцина от 14 июня 1994 года №1226.

Тогда в рамках федеральной программы по усилению борьбы с преступностью на 1994–1995 годы также применялся срок задержания 30 суток. Только государство боролось не с терроризмом, а с бандитизмом. «Учитывая сложившуюся на сегодняшний день сложную криминогенную обстановку, данным законопроектом предлагается продление срока задержания для подозреваемых в совершении вышеназванных преступлений, что позволит органам дознания и следствия наиболее тщательно собирать необходимые материалы для определения причастности лица к совершению преступления, избрать меру пресечения и одновременно исключить вероятность ошибки следствия», — говорится в пояснительной записке.

По подсчетам депутата, законопроект потребует около 300 тыс. руб. в год бюджетных средств (исходя из среднесуточной нормы содержания одного задержанного в 100 руб.). Деньги он предлагает выделить из резервного фонда.

По мнению адвоката Мусы Плиева, данная норма не сможет решить проблему терроризма. «По таким составам преступления (терроризм) людей задерживают не просто так, а проводится определенная оперативная работа», — отметил он в беседе с «Газетой.Ru». Предлагаемые изменения Плиев назвал антиконституционными.

«Я думаю, что в данном случае речь идет только о том, чтобы дать возможность правоохранительным органам, грубо говоря, сначала задержать человека, потом под него копать и собирать материал в течение 30 суток», — сказал он.

Однако не все юристы считают эту идею бесполезной. «Это не новая практика, это у нас было в 90-е годы, точно такая же была история. С одной стороны, на время, если обостряется ситуация, это неплохо, — сказала «Газете.Ru» адвокат Наталья Репина. — Раньше, в лихие 90-е, тоже было сложно уложиться в три дня, когда была большая банда. Для терроризма это тоже очень хлопотный процесс, затратный по времени, чтобы предоставить все документы в суд. Поэтому как практик и бывший следователь считаю, что это было бы обоснованно. Но опять же на некоторый временной промежуток, и только для терроризма». По словам Репиной, такие нововведения можно было бы ввести на полгода.

«Сейчас все это связано с Олимпиадой и обострением ситуации после терактов в Волгограде. Ну, полгода максимум это сделать и посмотреть, действительно ли это приведет к каким-либо результатам. А меньше и смысла нет»,

— отметила Репина.

Руководитель правозащитной ассоциации «Агора» Павел Чиков объяснил «Газете.Ru», что для правозащитников важнее всего факт участия суда в принятии решения о содержании под стражей. «С точки зрения прав человека, по мнению Европейского суда, важно, чтобы человек в течение 72 часов с момента задержания предстал перед судьей. В российской Конституции этот срок ограничен 48 часами. После этого следователь может либо обратиться в суд с ходатайством об аресте, либо попросить суд продлить задержание еще на 72 часа, то есть до пяти суток», — говорит Чиков.

До этого депутат Худяков дважды вносил поправки, предусматривающие введение уголовной ответственности для родственников террористов. А в конце прошлого года он выступил автором пакета законопроектов о снятии моратория на смертную казнь за особо опасные деяния, повлекшие многочисленные жертвы, и педофилию. Впоследствии Худяков отозвал свой документ из Думы. В середине января пакет законопроектов, ужесточающих наказание за терроризм, внесли также депутаты Ирина Яровая («Единая Россия»), Олег Денисенко (КПРФ), Андрей Луговой (ЛДПР) и Леонид Левин («Справедливая Россия»).