Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Происшествия

1 10

Луганские будни под бомбежками

В Луганск, где нет электричества и воды, возвращаются жители

Андрей Кошик (Луганск)

В Луганск возвращаются жители, несмотря на продолжающиеся бомбежки. В городе несколько недель нет света, поэтому свечи и топливо стали дефицитом. Корреспондент «Газеты.Ru» ловил с горожанами сотовую связь на холме, узнал, что продают на рынках и как борются с пьянством, и выяснил, когда пенсионеры получат пенсию, которой не было два месяца.

Еще месяц назад в центре Луганска практически не встречались гражданские, сегодня гуляют мамы с детьми, школьники и пенсионеры. Люди начали выходить из дворов на улицы. В начале сентября в городе открылись шесть школ — их выбирали по наличию бомбоубежищ и генераторов. Но пока что убежищами не пришлось пользоваться, говорят педагоги. Учиться в этом году пошли 500 детей. Набор проходил без формальностей: классы школ стоят пустые.

Света в городе нет несколько недель, поэтому самый ходовой товар — свечи. Кому-то удалось раздобыть дизельные генераторы, но топливо здесь еще более страшный дефицит. Телевидения и сотовой связи тоже нет. Основной поставщик новостей — отпечатанный при поддержке военной комендатуры листок формата А4 «XXI век». В нем публикуются свежие распоряжения правительства ЛНР, сводки с фронтов, объявления. Тираж — 20 тыс. экземпляров. Поэтому, как в советские времена, листок вывешивают на доски объявлений, вокруг которых всегда многолюдно.

Отсутствие сотовой связи и интернета осложняет жизнь не только рядовым жителям, отрезанным от остального мира, но и новым властям. Законодательство ЛНР пишется по российским лекалам, а скачать нужные нормативные документы невозможно.

Созвониться с родными удается лишь на восточной окраине — самой высокой точке в Луганске. Днем здесь стоят десятки человек с вытянутыми руками.

Поймать хотя бы одно «деление» МТС или «Киевстара» считается большой удачей, приходится раз за разом набирать номер.

«Три телефона, и ни с одного дозвониться не могу», — сетует женщина, растерянно держа на ладони старые аппараты.

«40 минут дозваниваюсь», — делится стоящий рядом мужчина. Оба с завистью глядят на соседку, которой повезло — она уже успела не только расспросить собеседницу о последних новостях в России и на Украине, но и обсудить рецепты аджики. Иногда собравшихся разгоняют ополченцы — большое количество сигналов сотовой связи может стать наводкой для обстрела.

В городе открываются пункты раздачи социальной помощи, их уже больше 30.

Получить пакет с гуманитаркой, прибывшей на российских «КамАЗах», можно только по списку.

«Мы посетили несколько пунктов выдачи и увидели удручающую картину: некоторые агрессивно настроенные граждане устраивают стычки и скандалы, способствуют созданию неразберихи и беспорядка», — констатируется в статье луганского листка. В некоторых присутственных местах уже вывешены предупреждения: «В здание в нетрезвом виде не входить», а на столбе с объявлениями в самом центре города, напротив дома правительства, кто-то написал маркером «Позор мужикам-трусам из пивбаров и базаров!». Совсем пьяных на улицах не видно, но некоторые мужчины идут с пивом в руках. С пьянством, как и мародерством, борются ополченцы. Если раньше провинившихся отправляли на строительство укреплений и окопов, то сейчас трудовую повинность они несут на разборах завалов.

При мне троих мародеров заставили раскапывать братскую могилу в Новосветловке — уходя, рассказывают местные, бойцы «Айдара» — добровольческого батальона украинцев — расстреляли здесь нескольких человек.

Свидетельством недавних боев по всей дороге, расчищенной перед прохождением российского конвоя, остаются сгоревшие «Уралы», сорванные башни танков, другая искореженная техника. По пути на Луганск прямо из асфальта посреди дороги торчат несколько неразорвавшихся снарядов.

По городу довольно активно ездят маршрутки — проезд, как и до войны, стоит 3 грн (около 9 руб.). Муниципальные автобусы возят людей бесплатно. Подвоз осуществляют и таксисты — до российской границы, как и в июне, просят 500 грн (около 1500 руб.), за 170 км в Донецк отвезут за 1000 грн. Если повезет проскочить.

В разных микрорайонах города открываются мини-рынки — здесь продают картошку, арбузы, кто-то приторговывает дефицитными сигаретами, домашними закрутками. Покупателей немного, за самые тяжелые летние месяцы деньги у населения закончились, с середины июля люди сидят без пенсии и пособий.

Оставшимся в Луганске старикам, два месяца не получавшим никаких выплат, на днях начислят пенсии в 1000 грн.

По утрам у здания федерации профсоюзов в самом центре города яблоку негде упасть — пара сотен человек пытаются выяснить, как получить социальные пособия. Такая же очередь перед зданием бывшей областной администрации. Образцы заявлений здесь ходят по рукам — их переписывают на корточках, присев на потертые бордюры.

За полчаса до моей встречи с депутатом верховного совета ЛНР, председателем федерации профсоюзов Луганска Олегом Акимовым на город сбросили пару ракет «воздух — земля», громыхало в самом центре. Перед интервью депутат показывает трещины на здании. На втором этаже выбило толстые стекла в лестничном пролете, нет одного окна и в кабинете Акимова.

«С улицы пыль сильно летит, — признается он, проведя пальцем по рабочему столу. — К сожалению, в городе нет света. Украинская армия проводила точечные удары по трансформаторным сетям, из восьми подстанций уцелела только одна. Несколько недель луганчане живут без света, воды, сотовой связи. Но этот самый страшный период мы пережили. Сейчас ведутся работы по восстановлению электро- и водоснабжения. В город возвращаются те, кто ранее по разным причинам его покинул. Постоянно здесь проживала примерно треть от довоенного населения, то есть около 150 тыс. человек. Сейчас население Луганска порядка 250 тыс., и оно постоянно увеличивается».

Акимов рассказывает о социальных выплатах. По инициативе правительства семьи погибших и раненых получали компенсации через федерацию профсоюзов.

Если погибал ополченец, его родным начислялось 190 тыс. грн (курс гривны к рублю составляет примерно 1:3. — «Газета.Ru»), если гражданское лицо — 160 тыс., при ранении, в зависимости от категории, — от 8 до 15 тыс. грн.

«На сегодняшний день выплачено более 18,3 млн грн, к нам обратились более 100 человек, не только из Луганска, но и пригородов — Станицы, Стаханова. В первые дни, когда поток обратившихся был большим, комиссия заседала ежедневно. Сейчас раз в неделю. С момента подачи заявления до получения денег проходит примерно неделя, проблем с этим нет», — уверяет Акимов.

Вопрос с пенсиями правительство ЛНР решает. Областной пенсионный фонд не работает, представители казначейства и филиалов киевских банков, как говорят, сбежали в Киев. Поэтому сейчас пенсии — около 1000 грн (3000 руб.) — будут выплачиваться через почту. Власти ЛНР обсуждают вопрос о создании национального банка, говорит Акимов: «Любому государству необходим свой национальный банк. Сейчас этот вопрос рассматривает профильный комитет в верховном совете ЛНР. За основу, как и в других случаях, берется российское законодательство. Думаю, в ближайшее время вопрос будет решен».

Глава федерации профсоюзов Луганска подчеркивает, что промышленные предприятия в городе и области функционируют. «Несмотря на боевые действия, продолжал работать Луганский завод тепловозов, собрано несколько секций, которые будут отправлены в Россию, — рассказывает Акимов. — Похожая ситуация на Стахановском вагоностроительном заводе, на ряде шахт. Ежедневно в правительстве ЛНР проходят заседания, на которых с каждым днем все больше руководителей крупных предприятий, коммунальных компаний, представителей бизнеса. На днях открывается Дворец бракосочетаний. Беженцы возвращаются, потому что восстанавливается нормальная жизнь. Когда нам привезли более 200 фур с гуманитарной помощью из России, их нужно было разгрузить за несколько часов, и больше тысячи человек вызвались волонтерами, они работали до 11 часов вечера. С большим воодушевлением был встречен Первый звонок. Бомбежки города продолжаются, но начало занятий для детей, многие из которых все лето просидели в подвалах, стало действительно знаковым событием. Это был первый мирный праздник, прошедший, как и 9 Мая, со слезами на глазах».