Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Власть и право

Сергей Фадеичев/ТАСС

Забили на футбол

Россияне рекордно мало интересуются футболом

Владимир Ващенко

Интерес россиян к футболу неуклонно снижается. Согласно последним данным ВЦИОМ, им интересуются менее 20% наших сограждан. Этот показатель рекордно низкий для новейшей истории России. Эксперты, опрошенные «Газетой.Ru», рассказали о том, как можно вернуть болельщиков на трибуны.

Россияне стали все меньше смотреть футбол — это касается как матчей национальной команды, так и игр с участием российских клубов. Согласно социологическому опросу ВЦИОМ, результаты которого опубликованы в понедельник, 6 июня,

если в прошлом году за матчами и турнирами следили 48% россиян, то при последнем исследовании 73% респондентов сказали, что футбол им в принципе безразличен.

Как отмечается в сообщении Всероссийского центра изучения общественного мнения, эта цифра составила исторический максимум в новейшей истории России. Кроме того, футбольными болельщиками с большим стажем в ходе опроса себя назвали лишь 8% респондентов, а 19% опрошенных отметили, что интересуются футбольными турнирами от случая к случаю.

Эксперты, опрошенные «Газетой.Ru», уверены, что результаты социологического исследования вполне закономерны. «В последние пять-шесть лет внимание к футболу со стороны обычных людей очень сильно упало. Более того, я считаю, что цифры ВЦИОМ даже чуть преувеличены в лучшую сторону.

По моему опыту, сегодня футболом в нашей стране в лучшем случае интересуется 10% населения.

Раньше в магазине или в каком-то еще общественном месте можно было услышать вопрос: а как сыграли те-то с теми-то? Теперь этого нет. Наверное, последний всплеск интереса был в 2008 году, когда наша сборная вышла в полуфинал чемпионата Европы. А сейчас единственное, что интересует людей, это миллионные зарплаты бразильцев и иных легионеров, хотя это негативный интерес к моему любимому виду спорта», — заявляет председатель общества болельщиков «Торпедо» Василий Петраков. По его словам, даже в традиционно «футбольном» Южном административном округе Москвы на молодых людях сегодня чаще можно увидеть футболку и иную атрибутику «Барселоны» или «Ювентуса», чем «Торпедо», «Спартака» или сборной России.

Лидер болельщиков «черно-белых» уверен, что руководители клубов не заинтересованы в притоке поклонников футбола на трибуны. «Бизнес большинства президентов команд никак не зависит от болельщиков. Наоборот, президенты заинтересованы в том, чтобы на матчи приходило поменьше людей. Ведь с их точки зрения, чем меньше придет болельщиков на стадион, тем меньше снимут штраф с того или иного клуба за нецензурную брань или пронесенную пиротехнику. В итоге мы имеем такую картину: ввели в строй новый стадион «Спартака», а аншлага там ни разу не было. «Торпедо» играет в «Раменском», а никому до этого нет дела,

«Динамо» и ЦСКА играют в Химках, там средняя посещаемость 5 тыс. человек. Даже на игры «Локомотива», у которого великолепный стадион, приходит в среднем не более 3 тыс. человек.

А ведь у железнодорожников болельщики — это молодежь, которые, казалось бы, должны футболом активно интересоваться», — сказал Петраков.

По его словам, повысить привлекательность футбола можно путем развития детско-юношеских школ и создания новых общегородских и общероссийских турниров по футболу для детей и подростков. «Раньше были программы «Кожаный мяч» или «Выходи во двор — поиграем». Вот в этом направлении и нужно работать», — отметил Петраков.

Многолетний болельщик московского «Спартака», писатель и исследователь фанатского движения Дмитрий Лекух считает, что данные ВЦИОМ не вполне объективны, хотя общей проблемы снижения интереса зрителей к футболу это не отменяет. «Приличная часть любителей футбола находится в «зоне тишины», и любые соцопросы на эту тему не совсем корректны. Однако снижение интереса к этому спорту действительно значительное. Оно началось с конца 2000-х годов, когда в футбол стали все больше играть деньги, а не люди», — сказал он. По словам Лекуха, у зрителя постепенно пропало ощущение, что он «болеет за своих», что является ключевым аргументом за поход на стадион. «Футбол — это не балет, не драмтеатр. Это переживание за «парней из своего двора», за тех, кто похож на тебя.

У нас же получается, что клубный футбол заточен под хозяев команд, и футболисты играют для них, а не для публики», — отметил эксперт.

Он добавил, что грядущий чемпионат мира по футболу 2018 года, который пройдет в России, несколько подогреет интерес к этому виду спорта у россиян, но фундаментально проблему снижения симпатий болельщиков это не решит. «Зритель должен отождествлять себя со своей командой. Не так просто переживать искренне за совершенно чужих звезд, которые изъясняются на чужом для тебя языке. Собственно, и по этой причине тоже надо ввести лимит на легионеров», — сказал специалист.

Лекух уверен, что покупать супердорогих звезд в массовом порядке руководители российских команд все равно не смогут, поэтому качественного шоу, которое создают владельцы ведущих западноевропейских клубов, у нас сделать не получится. Если будет ярость и накал — будет и зритель. Если вернуть на поле спортивную борьбу, болельщики почувствуют себя участниками матча, что является ключевым моментом их интереса. Если мы ее выхолащиваем, исход болельщиков с трибун будет только нарастать», — отметил Лекух.

Бывший пресс-секретарь РФС, болельщик ЦСКА с 25-летний стажем Андрей Малосолов уверен, что падение интереса болельщиков произошло по целому ряду причин. «Снижение посещаемости матчей — негативный тренд футбола. Этот спорт в последние годы наполнен скандалами, бесконечными разборками, компроматами и анархией управления. Все футбольные лиги и руководство футбола долго не ладили между собой. Дошло до того, что Премьер-лига выехала в полном составе из Дома футбола и переехала совсем в другое место. Конфликт вокруг футбольных функционеров все распалялся и распалялся. Вспомните различные «сливы» заседаний исполкома РФС по Крыму, компроматы на футбольные клубы, на тренеров сборной. Все это пестовалось, культивировалось или пускалось на самотек», — отметил он.

Малосолов уверен, что свою роль сыграли и неудачные выступления сборной России, и тот момент, что для главного тренера национальной команды не было создано соответствующих условий, в частности, ему задерживалась зарплата, а СМИ создавали вокруг его персоны негативный фон. «Российский футбол много лет ассоциируется с чем-то плохим. Если постоянно негативно говорить о кино, то люди не пойдут в кинотеатры. Если постоянно говорить, что в ресторане плохо кормят, люди не пойдут в ресторан. Почему люди должны прийти на футбол, когда о нем говорят только в самых неизысканных выражениях», — отметил Малосолов. По его словам, со снижением симпатий зрителей связан и тот факт, что ведущие российские клубы играют не на своих аренах и вынуждены арендовать стадионы. Кроме того, там нет должной инфраструктуры, а болельщику не предлагается уровень комфорта, который минимально необходим для современного человека.

«Например, до сих пор на стадионе нельзя купить пиво. А ведь этот напиток неотделим от футбола, об этом даже не имеет смысла спорить», — сказал Малосолов.

Эксперт уверен, что повысить привлекательность футбола и посещаемость матчей необходимо комплексно. «Необходимо выстроить нормальную систему управления футболом, где все субъекты, начиная от Премьер-лиги и заканчивая детскими школами, если бы не подчинялись, то хотя бы напрямую взаимодействовали с его руководством. Во вторую очередь надо договариваться с телевидением, телеканалами о создании различных передач о футболе, прототипом которых были «Футбольный клуб», «Футбольное обозрение» и другие программы, которых сейчас на телевидении нет. Необходимо иметь соответствующие программы на радио, а также вести блоги и колонки в крупных СМИ», — сказал Малосолов. Эксперт также подчеркнул, что важно сделать так, чтобы на трибуне было комфортно находиться. «Люди, приезжающие в Химки после долгого трудового дня, преодолев по Москве многочасовой путь в пробках, могли бы там, на стадионе, пообедать, найти развлечения. Ну и безопасность на стадионе также играет не последнюю роль», — отметил он.