Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Власть и право

Обсуждение записанной песни осужденной Натальи Юрченко
22-летняя Марина удивила режиссера ярким джазовым голосом
С участниками конкурса занимаются хореографы и профессиональные звукорежиссеры
Осужденным показывают клипы с конкурсов прошлых лет
Девушки оживленно обсуждали каждый творческий номер
В этом году на «Калине красной», возможно, будут танцевать сами осужденные
Обсуждение записанной песни осужденной Натальи Юрченко
22-летняя Марина удивила режиссера ярким джазовым голосом
С участниками конкурса занимаются хореографы и профессиональные звукорежиссеры
Осужденным показывают клипы с конкурсов прошлых лет
Девушки оживленно обсуждали каждый творческий номер
В этом году на «Калине красной», возможно, будут танцевать сами осужденные
  • Обсуждение записанной песни осужденной Натальи Юрченко
  • 22-летняя Марина удивила режиссера ярким джазовым голосом
  • С участниками конкурса занимаются хореографы и профессиональные звукорежиссеры
  • Осужденным показывают клипы с конкурсов прошлых лет
  • Девушки оживленно обсуждали каждый творческий номер
  • В этом году на «Калине красной», возможно, будут танцевать сами осужденные
1 6

Пляски до освобождения

Заключенные готовы петь и танцевать, лишь бы выйти на свободу

Андрей Кошик (Краснодар)

Российские заключенные готовы петь и плясать ради возможности освободиться по УДО. Большинство обнаруживает у себя талант, оказавшись за решеткой. Для этого проводится конкурс песни «Калина красная». Прошедшие жесткий отбор певцы приедут в этом году на гала-концерт в Краснодар. Там прямо на сцене несколько человек обретут свободу. Корреспондент «Газеты.Ru» посмотрел, как заключенные готовятся к выступлению.

Исправительные учреждения Краснодарского края готовятся к гала-концерту всероссийского конкурса песни «Калина красная», 12-й раз собирающего талантливых осужденных. 24 сентября он состоится в Краснодаре. За месяц до концерта сюда привезут вышедших в финал исполнителей из 17 регионов страны, которых вместо привычного режима зоны ждут репетиции, мастер-классы и занятия с хореографом. Среди финалистов редко встретишь угодивших за решетку профессиональных певцов — подавляющее большинство начинают петь после ареста. Ведь участие в самодеятельности — это шанс раньше выйти на свободу. Диплом лауреата становится весомым поощрением к характеристике на условно-досрочное освобождение (УДО). Если же осужденный отказывается участвовать в самодеятельности, то суд может отказать ему в УДО, как это было с Надеждой Толоконниковой, проигнорировавшей не только «Калину красную», но и конкурс красоты среди осужденных «Мисс очарование».

Прослушивание с одеялом

С режиссером конкурса «Калины красной» Наталией Абашкиной заходим в женскую колонию №3 в поселке Двубратском (Краснодарский край). Здесь отбывает наказание одна из участниц гала-концерта 32-летняя Наталья Юренко. Женщину в клетчатом халатике и тяжелых черных ботинках заводят в крохотную комнату звукозаписи. Абашкина уточнила, что для прослушивания песни не обязательно профессиональное помещение с обитыми стенами, иногда перед исполнителем просто держат одеяло.

После нескольких репетиций Наталья держится профессионально: улыбается и плавно жестикулирует, исполняя «Ой, при лужку, при лужке».

Вызванная на прослушивание вторая певица — 22-летняя Марина — куда скованнее. Но когда девушка зажмуривается и начинает петь любимую песню на английском, лицо оживает, в конце появляется смущенная улыбка.

По дороге в актовый зал расспрашиваю вышедшую в финал Наталью. Статью, по которой она отбывает наказание, представители конкурса просят не раскрывать. В колонии она провела четыре года, остается еще чуть больше года, но в сентябре планирует подавать на УДО. Женщина надеется, что освобождение совпадет с финальным концертом и она уйдет со сцены «Калины красной» без конвоя. Сейчас работает швеей: обшивает карманы для солдатской формы, за смену нужно сделать 400 штук. Со всеми вычетами зарплата выходит около 2 тыс. руб. Дома ее ждут дети и гражданский муж.

«По телевизору больше страшат про колонии. Я здесь все-таки встретила людей, сотрудников, которые действительно хотят, чтобы мы исправились. Искренне. Самое тяжелое здесь разлука и поначалу режим. Тут помогает песня. По вечерам девчонки часто собираются в секции, поют. Песня уносит на свободу, к близким, туда», — кивает Наталья в сторону опутанной колючей проволокой запретной зоны, за которой вольная жизнь.

В актовом зале режиссера ждет десяток осужденных-танцоров. Из них только одна женщина до суда выступала на сцене, остальные в лучшем случае танцевали в школьных кружках. На танцовщицах аккуратно сидящие короткие халатики, у некоторых пестрый макияж и педикюр, едва заметная окантовка из страз по уставному белому платочку.

«Юля, в детстве занималась художественной гимнастикой.

Умею повторять любые понравившиеся движения. Об этом, правда, узнала только здесь.

Сегодня еще сказали, что есть слух», — рассказывает невысокая девушка с ярко-бордовыми волосами.

Следующей представляется женщина с рыжей копной: «Саша, водолей, художник. Занималась в Питере файер-шоу, выступали по клубам, разным заведениям, на кораблях. Танцами никогда не занималась, но желание есть».

В это время голосом железнодорожной станции что-то объявляет радио. Слышны неразборчивые хриплые обрывки слов, но осужденным все понятно: стоявшие во дворе куда-то засобирались.

Кто как может, так играет

«Девчонки, будем бороться с бровями, выщипанными в ниточку, и рабочим загаром — руки черные, а выше локтя белые, — инструктирует режиссер конкурса Абашкина. — Автозагар тут не поможет, во время танца перепачкаете им костюмы. Понятно, что за швейными машинками спинки сутулите, но давайте учиться держаться прямо. Пожалуйста, ничего не делайте с волосами — потерпите до конца сентября. Начинаем к телу относиться аккуратно, никаких синяков и ссадин».

Абашкина рассказывает о съемках в одной из колоний пародии на популярный клип. Для него привезли 20 м черной ткани, полиэтилен, воду и пульверизаторы, с помощью которых имитировали бассейн.

«Каждый делал что хотел: один бил в тарелки, другой на трубе играл. Правда, в конце концов решили клип на концерте не показывать — сказали, что из лиричного ряда выбивается. Но когда снимали клип, столько смеха было, — с улыбкой вспоминает режиссер. — Мы все в воде, двое стояли с пульверизаторами, один обсыпал нас мукой — как пельмени были. В конце подходит старшина одного из отрядов, говорит: тоже хочу принять участие в вашем клипе. А что вы умеете делать, спрашиваем. Я умею хулахуп — так прямо и сказал».

Девчонки недружно смеются, оживились.

Абашкина спрашивает, есть ли у них спортзал, чтобы привести себя в форму перед выходом на сцену. Говорят, что только волейбольная площадка.

После короткой репетиции и просмотра клипов прошлых лет расстаются на неделю.

«Калина красная» проходит 12-й раз, и каждый концерт отличается от всех предыдущих. Краснодарский край сможет преподнести много творческих сюрпризов, которые уже готовятся. Например, планируем хореографическое сопровождение номеров, в котором участвуют сами осужденные — раньше приглашали только профессиональные коллективы», — объясняет режиссер.

Этапы у конкурса следующие: на первом лучших исполнителей отбирают в исправительных учреждениях, затем в управлениях ФСИН, откуда лучшие номера попадают в общероссийский попечительский совет УИС. Далее песни оценивает экспертная группа «Союз продакшн». Бывает, что в Москву направляют до тысячи заявок, некоторые осужденные целые альбомы в колонии записывают. Путем голосования худсовет отбирает лучших — это 20–23 номера. Каждый осужденный артист проходит общую проверку, включающую характеристику из колонии и медицинскую справку, после чего объявляется лауреатом, то есть победителем, и попадает на гала-концерт.

Не свобода, а покаяние

«В этом году в финал попало 21 музыкальное произведение. Два исполняет пара из Краснодарского края. Также представлены Башкирия, Кировская область, Санкт-Петербург, Алтайский край, Свердловская область и другие регионы, — уточнила Наталия Абашкина. — Ошибочное мнение, что в тюрьме поют только шансон. На последних гала-концертах исполняли и блюз, и рэп, эстрадные композиции, рок, стилизованные народные песни. Еще один миф — что лауреатов освобождает участие в «Калине красной».

Ни один конкурс не может освободить человека, это делает только закон и суд.

Если срок подачи на УДО совпадает с датой финального концерта и суд принимает положительное решение, в этом случае мы объявляем об этом со сцены».

Режиссер говорит, что прежде всего видит в осужденных исполнителей, а статью и срок узнает только из служебной необходимости. Арестанты отвечают тем же: им важно, чтобы кто-то с воли видел в них не просто «Иванова Ивана, статья такая-то, срок такой-то», а человека.

«Мне запомнилась яркая реплика, которую слышала в колониях не раз. На вопрос: зачем вы поете? — отвечают: хочется, чтобы поверили, что мы тоже люди, — продолжает режиссер. — Эти ребята заслуживают уважения уже потому, что не побоялись выйти на сцену. О том, что случилось в их жизни до «Калины красной», знали только родственники, пострадавшие и суд. Когда они выходят на сцену, то выносят свою историю на суд огромного количества зрителей, не боятся клейма осужденного. Открыто покаяться — на такой шаг способен далеко не каждый».

Примерно за месяц до гала-концерта в Краснодарский край привезут лауреатов конкурса со всей страны. Их поселят в отдельных отрядах мужской и женской колоний, несколько недель будут заниматься репетициями, промежуточными выступлениями по исправительным учреждениям, мастер-классами и индивидуальными занятиями. Приезжать к ним будут местные исполнители и знаменитые артисты. В разные годы «Калину» поддерживали своими выступлениями Вилли Токарев, Никита Михалков, Юрий Николаев, Михаил Боярский, Александр Розенбаум, Рада Рай. Сейчас ведутся переговоры с Кубанским казачьим хором.