Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Здоровье

Максим Богодвид/РИА «Новости»

«Еще одна смерть на совести ВИЧ-диссидентов»

Следственный комитет проведет проверку по факту смерти ВИЧ-инфицированной девочки

31 августа Следственный комитет по Петербургу заявил о проведении доследственной проверки по факту смерти в детской больнице ВИЧ-инфицированной 10-летней девочки. Приемные родители девочки отказывались лечить ребенка из религиозных соображений. Супруги были уверены, что ВИЧ и СПИД — это заговор, придуманный фармакологическими компаниями для заработка денег.

Церковь против «ВИЧ-диссидентства»

СКР по Петербургу проведет доследственную проверку по факту наступления смерти ВИЧ-инфицированной девочки. Об этом правоохранительные органы сообщили в четверг, 31 августа. «В ходе проверки учреждения, где она проходила лечение, будут изъяты необходимые медицинские документы, назначена судебно-медицинская экспертиза, по итогам которой будет поставлен ряд вопросов, в том числе о причинах ее смерти, правильности назначенного и проводимого лечения», — говорится в сообщении.

Накануне, 26 августа, в Санкт-Петербурге скончалась 10-летняя девочка с ВИЧ-диагнозом, родители которой принципиально отказывались от профессионального лечения по религиозным убеждениям. Родители умершего ребенка являются так называемыми «ВИЧ-диссидентами» — людьми, отрицающими существование вируса. Они убеждены, что ВИЧ — это продукт заговора, который выдумали фармакологи с целью заработать на лекарствах.

По данным СМИ,

отец девочки является православным священником. В Санкт-Петербургской епархии выразили соболезнования в связи с гибелью девочки и подчеркнули, что РПЦ не приветствует отказ от медицинской помощи из соображений веры.

Информацию о том, что приемный отец ребенка имеет отношение к РПЦ, в иерархии комментировать не стали.

В епархии подчеркнули, что ожидают достоверных сведений о «подлинной причине смерти ребенка»: «Церковь к этой теме относится трезво. Мы отрицаем «СПИД-диссидентство»».

Руководитель сектора коммуникаций Санкт-Петербургской митрополии РПЦ Наталья Родоманова сообщила, что «ответственность за решение по приему или отказу от лекарств детьми должна находиться в сфере гражданского права. Священник Русской православной церкви, как и любой другой гражданин РФ, отвечает перед законом за выполнение своих обязанностей как родитель».

Председатель комиссии по социальной политике и здравоохранению Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Елена Киселева 30 августа заявила РИА Новостям, что семья умершей от ВИЧ девочки сделала все для её выздоровления. По словам парламентария, ребенок скончался под наблюдением врачей от развившихся вследствие врожденной ВИЧ-инфекции тяжелых заболеваний. «Семья приемных родителей девочки очень трепетно к ней относилась, и очень много сил приложила для выздоровления ребенка. Насколько мне известно, ее отец обращался к врачам в России и возил ребенка на консилиум в Германию. В том, что девочка с врожденным ВИЧ прожила так долго, заслуга ее родителей», — заявила Киселева.

«Это был очень жизнестойкий ребенок»

Девочку взяли в приемную семью в 2014 году. Родителям заранее рассказали о диагнозе и о том, что ребенок нуждается в особом уходе. Заболевание не испугало супругов: в их семье уже были дети с разными нарушениями здоровья. Органы опеки, по данным «Росбалта», наблюдали за семьей много лет, претензий к родителям никогда не возникало.

Супруги отказывались лечить всех своих детей традиционными методами и утверждали, что от современных методов больше вреда, чем пользы. В том числе они были убеждены, что ВИЧ-диагноз девочки — мистификация, придуманная алчными фармкомпаниями.

Болезнь ребенка прогрессировала.

Специалисты петербургского СПИД-центра уверяли родители в необходимости лечения, однако те отмахивались. Они заверяли врачей, что девочка «прекрасно выглядит и ничем не болеет».

Когда осложнения стали проявляться особенно сильно, супруги решили отвезти ребенка в немецкую клинику, где ВИЧ-инфекцию лечат так называемыми нетоксичными методами. Там ребенку прописали биологически активные добавки к пище. При этом контрольных анализов в Германии ребенку не провели.

В конце 2014 года сотрудники петербургского СПИД-центра и общественные организации попросили органы опеки, прокуратору и аппарат уполномоченного по правам ребенка принять меры в отношении семьи. На экстренном совещании с участием сотрудников прокуратуры, профильных комитетов, врачей и юристов было принято решение обратиться в суд с иском о принудительном лечении. Органам опеки тогда удалось заставить родителей дать согласие на то, чтобы ребенок начал принимать антиретровирусные препараты . Однако обещание супруги, как выяснилось, дали на словах.

С момента подачи иска разбирательства длились около полутора лет. Когда решение городского суда вступило в силу, ребенок фактически находился на четвертой стадии заболевания. Девочку принудительно госпитализировали. Она год провела в детской городской больнице №5 и специализированном центре лечения ВИЧ в Усть-Ижоре.

В 2016 году история получила огласку в СМИ. Активисты «Коалиции по готовности к лечению» тогда обратились в прокуратуру с просьбой привлечь родителей ребёнка к новой статье — 156 УК РФ о «Неисполнении обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего». Обращение подписали более 30 общественных организаций и представителей НКО. В августе 2016 года прокуратура заявила о том, что информацию о нарушениях направили в МВД для решения вопроса о возбуждении уголовного дела против опекунов. Общественники надеялись, что ребёнок не вернётся в семью «ВИЧ-отрицателей», однако позже от правоохранителей пришёл отказ в возбуждении уголовного дела.

В результате девочка вернулась домой и вновь лишилась медикаментов. Вскоре ребенок поступил в больницу в практически безнадежном состоянии: по словам главного специалиста Минздрава по ВИЧ-инфекции Евгения Воронина, у нее почти отсутствовал иммунитет.

«В таком состоянии дети практически не выживают. Однако это был очень жизнестойкий ребенок, который боролся за свою жизнь»,

— рассказал Воронин. Он также подчеркнул, что последний год ребенок был настолько ослаблен, что организм не смог бороться с вирусом. В аппарате уполномоченного по правам ребенка в Санкт-Петербурге Светланы Агапитовой также сообщили, что шансов на выздоровление у девочки практически не было, так как лечить её начали слишком поздно.

26 августа девочка скончалась. Воронин назвал случившееся «еще одной смертью на совести СПИД-диссидентов».

Здравая мысль на семейном совете

В аппарате уполномоченного по правам ребенка в Санкт-Петербурге заявили, что случай гибели детей в семьях «ВИЧ-диссидентов» наблюдается не в первый раз. Ежегодно 6-7 больных жительниц Санкт-Петербурга отказываются проходить химиопрофилактику в период беременности и родов, вследствие чего рождаются ВИЧ-инфицированные дети. При этом законодательство России никак не регулирует подобные ситуации: в Семейном кодексе есть лишь пункт об изъятии ребенка из семьи при непосредственной угрозе его жизни или здоровью.

Евгений Воронин заявил, что у родителей, которые отрицают диагноз ребенка, необходимо отнимать детей. Он также отметил, что эту инициативу нужно оформить законодательно.

Воронин убежден, что в законе следует закрепить предупреждение родителей о потенциальных последствиях отказа лечить ребенка от ВИЧ, а также право органов опеки изымать и лечить таких детей, если родители не делают этого.

Специалист также подчеркнул, что Россия — единственная страна, где права родителей намного важнее прав ребенка. «Когда возникает угроза жизни ребенка, должно быть: первое — предупреждение, а второе — изъятие ребенка из семьи и лечение его», — считает Воронин. Минздрав уже направил обращение уполномоченному по правам ребенка РФ для того, чтобы в ведомстве решили вопрос по «ВИЧ-диссидентам».

По данным Центра по профилактике и борьбы со СПИДом, в Санкт-Петербурге зарегистрированы 380 детей с ВИЧ-инфекцией, и 10 из них не лечат. При этом в России за последние два года зафиксированы 70 случаев смертей детей до 10 лет из-за отсутствия лечения.

Отказ от тестов на ВИЧ — отказ от здоровья ребенка

Случай с отказом родителей от лечения ВИЧ-инфекции их детей — не первый в российской практике. В начале июля в Тюмени возбудили уголовное дело после смерти трехлетней девочки, мать которой отказывалась лечить ребенка от СПИДа. Женщина придерживалась взглядов «ВИЧ-диссидентов» и считала, что её дочь стала жертвой неправильно сделанной прививки от гепатита, после которого у неё развились побочные заболевания.

К этой истории было привлечено внимание журналистов после того, как мать тогда еще живой девочки в марте 2016 года написала пост в соцсетях с просьбой о помощи. «Дочка находится в критическом состоянии. Она физически и психически не развивается, не сидит, не ходит и имеет с десяток болячек, в том числе кардит, кандидоз, поражение легких, вирус Эпштейна-Барра. Бегали по куче врачей, лечились у гомеопата, невролога, остеопата, но состояние было то хуже, то чуть лучше», — написала она в одной из групп «ВИЧ-диссидентов».

Долгое женщина не давала разрешения на тестирование ребенка. Однако врачи все же настояли, и вирус подтвердился. «Я сделала тест ребенку, чтоб они отвязались, но у нее состояние критическое…

Что мне делать, чтобы ее не угробить? Лечить всем, что дают? Терапию я никогда не принимала и дитю не давала. Были курсы антибиотиков и кучи лекарств, но не против ВИЧ. Что делать?», — задавалась вопросом женщина. При этом автор не отметила, что ей самой еще до рождения ребенка поставили диагноз ВИЧ-инфекция.

В апреле 2017 года трехлетняя девочка умерла. После гибели ребенка в отношении 34-летней матери девочки было возбуждено уголовное дело по статье «причинение смерти по неосторожности». «В ходе следствия установлено: с ноября 2013 года обвиняемая была осведомлена, что имеет заболевание, вызванное вирусом иммунодефицита человека, однако после рождения в июне 2014 года дочери, игнорируя рекомендации врачей, осуществляла грудное вскармливание ребенка, отказывалась от обследования ребенка на ВИЧ-инфекцию, а также от приема лекарственных препаратов», — отмечается в сообщении СК по Тюменской области.

По данным ведомства, в результате действий обвиняемой смерть ее малолетней дочери наступила от ВИЧ-инфекции, при лечении которой возможно было продлить жизнь девочке.

Женщине могло грозить до двух лет лишения свободы, однако в конце июля 2017 года стало известно, что уголовное дело в отношении «ВИЧ-диссидентки» было прекращено из-за примирения сторон. Сообщалось, что обвиняемая примирилась в зале суда со своим супругом, который выступал в роли потерпевшего.