Новости

Абстрактная дележка Москвы и Питера

В Третьяковской галерее (Крымский вал, 10) открылась давно обещанная выставка «Московская абстракция. Вторая половина ХХ века». Правда, со словами «давно» и «обещанная» здесь не так просто: предыстория у столичной экспозиции долгая и даже скандальная.

Если коротко, события развивались следующим образом. В середине 90-х Третьяковка выступила с инициативой устроить фундаментальный показ российского беспредметничества – не только со всеми здешними оттенками, но и с эмигрантскими ответвлениями. В редуцированном виде, то есть уже без притязаний на всевозможных эмигрантов, идею поддержал петербургский Русский музей, сумев даже раскрутить спонсоров на солидные вложения в этот проект. Весной прошлого года в северной Пальмире с помпой и в сопровождении тяжеленного двухтомного каталога открылась выставка «Абстракция в России», которую затем предполагалось перевезти в Москву.

Не тут-то было. Представители ГТГ отвергли версию питерских коллег – в частности из-за того, что она якобы умаляла и искажала значение московских абстракционистов. Впрочем, питерская выставка тогда вылилась в такой хаос, что повторять его в любом случае не имело смысла. Теперь, через год после конфликта, третьяковцы реализовали собственный проект, более локальный с точки зрения географии, хронологии и объема. Попутно, во избежание эскалации напряженности, был сделан реверанс и в сторону Петербурга: ориентировочно в мае Третьяковка покажет гастрольную выставку «Авангард на Неве».

Но даже нынешний, сугубо московский вариант давался с трудом. Внутри музея регулярно возникали трения между отделом современной живописи и отделом новейших течений. Художники из числа отринутых злобились и предвещали затее неминуемое фиаско. В довершение «Московская абстракция» делалась помимо утвержденного третьяковского плана, то есть без специального финансирования и штатных регламентаций. И все же выставка получилась. В деталях можно спорить и придираться, но не хочется, потому что устроителям удалось главное: преподнести феномен послесталинского «нефигуратива» внятно и зрелищно, без произволов и передергиваний.

Не потеряны значительные фигуры, не упущены характерные тенденции, не забыты технологические разновидности – от живописи с графикой до фотоколлажа и кинетической инсталляции. При этом существенно, что выставка не разрослась до циклопического формата, оставаясь обозримой и читаемой без утомления.

Понятно, что многое уплыло в зарубежные коллекции, что каждый отдельный автор обречен на фрагментарное представительство, что былые группировки недосчитались некоторых второстепенных участников. Скажем, в «Новой реальности» Элия Белютина состояли десятки художников – не тащить же всех, тем более откровенных эпигонов основателя студии. Группа «Движение» Льва Нусберга тоже представлена не в исчерпывающей полноте, но есть сам Нусберг, есть прославленный Инфантэ, есть Заневская – иначе говоря, неоконструктивизм 60-х обозначен как явление, даже не забыт характерный для группы коллективный способ работы (на выставке вращается и мигает лампочками трехметровый «Цветок», смонтированный в 1969 году тремя соавторами).

В качестве самых первых, ощутимо «оттепельных» абстракционистов выступают действительно первые – Слепян, Злотников, Прокофьев, Турецкий, лианозовцы от обоих Кропивницких до Вечтомова. Дальше идут беспредметники всех мастей: экспрессионисты, минималисты, метафизики, концептуалисты, постмодернисты… Перечень звучит пугающе, но структура выставки позволяет не заморачиваться дефинициями, а получать выразительные визуальные представления о том, что под всеми этими «измами» понимается. Есть и свежие работы – не то чтобы совсем молодых, но продуктивно работающих современных художников, чьи опусы должны наводить на мысль, что российская абстракция еще не почила в бозе. Конечно, выставка не дает ответа на вопрос, стало ли московское нефигуративное искусство чем-то весомым с точки зрения мировых процессов, но одно вырисовывается с очевидностью — в лучших своих проявлениях это не бездумная калька с «международного стиля». Ретроспективного интереса, во всяком случае, явление заслуживает безоговорочно.

Центральную выставку проекта сопровождает небольшой фестиваль в московских галереях. Ожидать от этого разгула абстракции можно всякого (большая часть анонсированных выставок еще не открыта), но имена из предложенного перечня заставляют надеяться, что разочарования не наступит. Приводим программу фестиваля искусств «Московская абстракция. Вторая половина ХХ века»:

Дирекция выставок и аукционов Министерства культуры, галерея «Artsalon.ru» (Старая Басманная, 15а, стр. 4). «Абстракция эпохи перестройки». 31 января – 17 февраля.

Выставочный зал журнала «Наше наследие» (1-й Неопалимовский пер. 4). Андрей Дюков. Объекты, ассамбляжи, абстракции. 15 – 31 января.

Выставочный зал «На Солянке» (ул. Солянка, 1/2 , стр. 2). «Легкое – тяжелое». Евгений Гор, Марина Кастальская, Виктор Умнов. Февраль – март.

Галерея «Манеж» (Манежная пл., 1). Наталья Заровная. Графическая лингвистика. 26 февраля – 8 марта.

Галерея «Сэм Брук» (ГКЦМ В. С. Высоцкого, Ниж. Таганский туп., 3).
«Видимо / невидимо». Александр Жданов. 25 февраля – 6 марта.
«Фигуратив как абстракция». 11 – 12 марта.
«Абстракция». Владимир Янкилевский. 13 – 28 марта.

Галерея «У Яра» (ул. В. Масловка, 18). Валерий Юрлов. 4 – 28 февраля.

Галерея «Expo – 88» (ул. Забелина, 1). «Пластические коммуникации». Сергей Чернов. 31 января – 10 февраля.

Галерея «Fine Art» (ул. Б. Садовая, 3, корп. 10). Евгений Дыбский. 5 марта – конец марта.

Государственный центр современного искусства (ул. Зоологическая, 13). «Дискретное / конкретное». Юрий Злотников, Александр Константинов.