«Качество
и национальность никак не связаны»

Эрленд Лу, автор «Наивно. Супер», рассказал «Парку культуры» почему люди не хотят взрослеть, что нужно для счастья и почему он берет чужое, не стесняясь.

Эрленд Лу – воплощение «горячего скандинавского парня». Спокойно-невозмутимый, флегматичный и непрошибаемо доброжелательный. В Москву и Питер он приехал на презентацию своей только что переведенной книги «Четыре сказки о Курте». Это четыре истории о похождениях веселого водителя трака, его жены и трех их детей, чем-то неуловимо напоминающие роман Юрия Коваля «Самая легкая лодка в мире». Вместе со своей семьей Курт совершает кругосветное путешествие на гигантской рыбе, баллотируется в премьер-министры, пылесосит планету, спасает из моря норвежского короля и совершает еще множество нелепых или благородных поступков. И хотя в отличие от «Наивно.Супер» и «Лучшей страны в мире» эта книга проходит скорее по ведомству детской литературы, двухчасовая очередь за автографами в магазине «Москва» состояла преимущественно из взрослых.

— Вы действительно верите, что ваши книги наивны?

— Нет, конечно, нет. Безусловно, я не наивен как дитя. Это выбранный, тщательно продуманный стиль, и если ты специально что-то умозрительно решаешь, это уже не наивность. Ясно, что в романе «Наивно. Супер» я нарочно пользуюсь таким детским языком, но вряд ли книга становится от этого действительно наивной.

— Cегодня хорошо образованный человек редко может писать без оглядки на культурный контекст. Чтобы он ни написал, он всегда помнит, что все сюжеты подсчитаны Борхесом, все стили отработаны. Не является ли стремление писать просто реакцией на собственную культурную осведомленность?

— Меня эта сторона вопроса вообще не интересует. Ясно, что историй ограниченное количество и все они были рассказаны не один раз. Мне насрать на эти теории, потому что в тот момент, когда я начинаю писать, меня не волнует ничто, кроме моей собственной истории. Я легко могу позаимствовать у кого-то какие-то элементы или стилистические приемы и не стыжусь этого, потому что в тот момент, когда я это сделал, они стали моими. Я бы сравнил это со строительством дома – люди строят дома тысячи лет, у всех у них есть одни и те же элементы – окна, двери, крыша, фундамент, но это не мешает нам продолжать их строительство, потому что мы должны где-то жить.

— Если бы вы сейчас составляли список того, что у вас есть и чего нет, то какими были бы эти списки?

— Вы знаете, с момента выхода этого романа прошло восемь лет, и я сам сильно изменился. Мне кажется, у меня есть практически все, что человеку нужно. А нет ощущения, как и у героя «Наивно. Супер», что все вещи взаимосвязаны и что все кончится хорошо.

— А что человеку нужно?

— Я занимаюсь тем, что доставляет мне радость, и это дело приносит мне деньги, которых хватает для существования. Я женат на женщине, которой очень дорожу, у нас есть ребенок, и сейчас мы ждем второго. По-моему, этого достаточно.

— Половина аудитории «Гарри Поттера» и «Властелина колец» – взрослые. Можно с уверенностью сказать, что вашу новую книгу «Четыре сказки о Курте» тоже будут читать в основном взрослые. Почему взрослые люди вдруг переключились на чтение сказок?

— Знаете, мне трудно дать какой-то продуманный ответ, поскольку я этого никогда не замечал…

— В Америке специально выпускали «взрослые» тиражи «Гарри Поттера» без картинок на обложке, чтобы люди могли не стесняясь читать эти книжки в метро.

— Возможно, дело в том, что люди сегодня вообще не хотят взрослеть. Момент взросления настолько отодвинулся, что кажется, скоро совсем исчезнет. Сегодня люди в сорок с лишним не хотят брать на себя никакой ответственности, не хотят искать свое место в жизни. И поэтому нет ничего удивительного в том, что они начинают читать сказки.

— Да, это понятно, но в чем причины этой инфантилизации?

— Дело, конечно, в том, что поколение родившихся после 1950-го года никогда не сталкивалось ни с какими серьезными проблемами. Благосостояние неуклонно росло, мы чувствовали себя защищенными со всех точек зрения, жили в очень спокойном и стабильном обществе и фактически просто зажрались и избаловались. И, конечно, вкусы автоматически меняются – начинаешь искать такие же комфортные и легкие книги, фильмы, музыку.

— А может ли писатель позволить себе оставаться наивным перед лицом происходящих в мире перемен, даже если речь идет о литературном стиле?

— Если речь идет о культурной экспансии, то мы, безусловно, должны стараться сохранить свою самобытность. Но, понимаете, доминирование Америки, скажем в кинематографе, не возникло случайно – там действительно снимается очень много очень качественных фильмов, и в определенных жанрах им нет равных. С другой стороны, и в Дании, и в Норвегии, когда появляется хороший местный фильм, его смотрят с не меньшим, если не с большим удовольствием, чем американские. Но я против протекционизма. Качество и национальность никак между собой не связаны.

— В своей детской книге «Сказки о Курте» вы пишете об очень сложных проблемах: иммигрантах и политике, славе и больших деньгах. С другой стороны, в своих взрослых книгах вы, наоборот, смотрите на мир глазами ребенка. С чем связана эта инверсия?

— Мне всегда казались важными возможности создавать такие вещи, которые были бы понятны людям и которые были бы написаны простым доступным языком. Я не знаю ни одного произведения, которое бы стало лучше оттого, что оно написано сложным языком. С другой стороны, когда речь идет о сказках, мне показалось любопытным поиграть с форматом, нарушить канон.

— А о чем будет следующий роман?

— Это будет продолжение моего последнего романа, «Допплер». Там главный герой, отец семейства, после смерти своего собственного отца уходит из дома и поселяется в лесу, в палатке, вместе с лосем, и там живет. Пытается справиться со своим горем и найти новые пути в жизни.

— Когда мы сможем его почитать?

— «Допплер» выйдет в России в ноябре следующего года, а новый роман – когда он будет написан.