Хоть трава не расти: почему сборы с бизнеса не спасают природу

Счетная палата оценила эффективность экологических сборов с бизнеса

Слушать
Остановить
Экологические платежи с компаний в прошлом году принесли в бюджет 382 млрд рублей, подсчитала Счетная палата РФ. Однако техногенных катастроф меньше не становится, объемы вредных выбросов не снижаются. Проблема в том, что собственникам грязных производств дешевле заплатить штраф, чем инвестировать в чистые технологии, отмечают эксперты.

Счетная палата проверила, как Минфин и региональные власти собирают экологические платежи (итоговые материалы ведомства имеются в распоряжении «Газеты.Ru»). В прошлом году в казну поступило 382,8 млрд рублей. С 2017 года доля платежей за экологию в общем объеме неналоговых доходов выросла почти вдвое и составила 8%.

Сейчас Минфин администрирует три вида экологических платежей и сборов, относя их к неналоговым. Это плата за негативное воздействие на окружающую среду (НВОС), экологический сбор и утилизационный сбор.

Аудиторы Счетной палаты указали на недостаточность информации о плательщиках экологического сбора. «В Единую государственную информационную систему по учету отходов от использования товаров не поступают в полном объеме данные ФТС и Росстата», — отмечается в отчете СП. По этой причине Росприроднадзор неэффективно администрирует этот вид платежа (экологический сбор), а федеральный бюджет недополучает потенциальный доход.

«Фактические поступления составляют около 3 млрд рублей, тогда как при введении экологического сбора прогнозировалось в 10 раз больше — 30 млрд рублей», — пишут аналитики ведомства.

Аудитор Андрей Батуркин сообщил в отчете, что в ходе проверки эксперты Счетной палаты пытались понять, насколько существующая практика взимания экологических платежей отвечает целям и задачам, которые были определены для них изначально. «Мы пришли к выводу, что компенсационная функция экологических платежей пока недостаточно реализована», — подытожил Батуркин.

Собрать побольше с бизнеса

Основная проблема утилизационного сбора состоит в том, что «очевиден приоритет для государства фискальной функции утилизационного сбора над обеспечением экологической безопасности», уточняется в отчете. То есть, платежи государство собирает, но экология от этого не выигрывает.

Для решения этой проблемы СП предлагает возобновить ранее действовавшие программы утилизации транспортных средств за счет утилизационного сбора.

Что касается платы за негативное воздействие на окружающую среду (НВОС), то можно создать в регионах специализированные экологические фонды. «Источниками наполнения таких фондов могли бы стать экологические платежи предприятий за нормативные и сверхнормативные выбросы, сбросы загрязняющих веществ в окружающую среду и размещение отходов, а также суммы, полученные по искам о возмещении вреда, и штрафы за экологические правонарушения», — отмечают специалисты Счетной палаты.

В Минфине, ознакомившись с предложениями аудиторов, частично согласились с ними. Так, директор департамента доходов Минфина Елена Лебединская заявила, что возвращение к ранее существовавшей практике создания экологических фондов, которые были упразднены, нецелесообразно. «Необходимо действовать с учетом накопленного опыта бюджетной политики, которая сейчас предоставляет разнообразные инструменты решения приоритетных задач», — отметила Лебединская.

А решения о расходовании платежей НВОС, поступающих в региональные и местные бюджеты, должны принимать соответствующие уровни власти, добавила она.

Окрасить, чтобы не пропали

В Минприроды «Газете.Ru» пояснили, что все три вида неналоговых экологических платежей вносят вклад в улучшение экологии, но «объемы этих платежей сейчас не компенсируют затрат государства в этой сфере».

Первый замминистра природных ресурсов и экологии Константин Цыганов сообщил, что этой осенью Минприроды планирует внести в Госдуму поправки в действующее законодательство, в котором как раз будут учтены предложения Счетной палаты. Например, необходимость «окрашивания» средств, которые собираются в виде штрафов и иных платежей за вред, причиненный экологии. То есть речь о том, что экологические платежи пойдут именно на устранение экологических проблем. Коснется это в первую очередь собственников предприятий I и II классов опасности.

«Наша главная задача — сделать так, чтобы вред окружающей среде не накапливался, а бизнесу было выгодно соблюдать природоохранное законодательство», — рассказал Цыганов.

Кроме того, собственнику должно стать выгоднее запускать экономику замкнутого цикла, то есть когда отходы вовлекаются во вторичный и даже третичный оборот, добавил первый замминистра. Стекло, например, может перерабатываться практически бесконечное количество раз, пластик не более четырех, картон тоже перерабатывается несколько раз в зависимости от его первоначального качества.

Согласно законопроекту, который будет внесен на рассмотрение этой осенью, при невыполнении обязательств по экологии собственники будут нести ответственность — выплачивать компенсационный платеж в размере стоимости ликвидационных мероприятий. В случае его неуплаты приостанавливаются выплаты дивидендов до уплаты платежа или до предоставления плана мероприятий по ликвидации вреда. План должен содержать положительное заключение государственной экологической экспертизы и иметь соответствующее финансовое обеспечение, уточнили в Минприроды.

Почему действующее экологическое законодательство не столь эффективно — об этом рассказала доцент кафедры статистики РЭУ им. Г.В. Плеханова Ольга Лебединская. Например, при разработке нынешнего закона предполагалось, что ставки экологического сбора должны быть такого размера, чтобы они стимулировали собственника вредного производства «убирать за собой», чтобы бизнес был заинтересован не вредить экологии.

Но такая система будет работать, только если сумма экологического сбора к выплате в бюджет будет больше расходов на исправление ущерба. Между тем сейчас у владельца предприятия есть возможность выбрать те расходы, которые меньше, то есть штрафы, пояснила эксперт.

«Еще одна причина неэффективности экологических платежей — низкий норматив и высокое выполнение. Например, на макулатуру норматив утилизации составляет от 10% до 25% в зависимости от сорта макулатуры, а реально перерабатывается уже 40%. Говорить об эффективности в данном случае бессмысленно», — заключила Лебединская.

В свою очередь, бизнес настороженно относится к законодательным инициативам чиновников. «Существует огромное количество нормативных документов, которые регулируют вопросы экологии у разных видов бизнеса. Соответственно, не нужно придумывать дополнительных механизмов, чтобы «воспитать» бизнес», — сказал председатель комитета по экономике московского отделения «Опоры России» Алексей Каневский.

По его мнению, экологические отчисления бизнеса не были целевым образом израсходованы. «Поэтому воспитательного эффекта, направленного на повышение сознательного отношения бизнеса к природе, не последовало», — подытожил Каневский.