Новости

«Проект на $500 млрд»: в России нашли способ сделать энергетику «зеленой»

Приливные электростанции в России могут вырабатывать водород, но пока есть проблемы

Экспорт водорода с помощью приливных электростанций является перспективный задумкой. Однако, как считают в Минэнерго, амбициозный российский проект может столкнуться с рядом проблем при реализации. Вопросы могут возникнуть как с транспортировкой топлива, так и с рынками сбыта, которых в настоящее время в мире попросту нет.

Суммарная мощность Пенжинской, Тугурской и Мезенской приливных электростанций должна составить более 40% общей установленной силы электростанций единой энергосистемы страны. С помощью этих станций Россия планирует к 2050 году производить от 15 млн до 50 млн тонн водорода. Каковы долгосрочные перспективы «зеленого» мегапроекта России — в материале «Газеты.Ru».

Осторожные прогнозы Минэнерго

В Министерстве энергетики России скептично оценили перспективы строительства трех приливных электростанций. В ведомстве пояснили, что работа Пенжинской, Мезенской и Тугурской станций с заявленными параметрами мощности в составе единой энергосистемы страны в принципе невозможна, выяснила «Газета.Ru».

В Минэнерго подчеркнули, что строительство приливных электростанций является одним из направлений увеличения генерирующих мощностей на базе возобновляемых источников энергии. Однако при реализации подобных проектов необходимо учитывать ряд особенностей.

«Проекты ПЭС большой мощности помимо высокой стоимости строительства, и непостоянства выработки станциями электроэнергии, потребуют строительства аналогичных компенсирующих объемов регулирующей генерации, либо неравномерно потребляющего потребителя», — ответили в Минэнерго на запрос «Газеты.Ru».

Вопросы при реализации проекта вызывают и медленные темпы формирования водородного мирового рынка, а также его будущие объемы вкупе с экспортными местами сбыта «зеленого» топлива. Еще одной потенциальной проблемой может стать большая мощность приливных электростанций, подчеркнули в ведомстве.

«Требуются предварительное технико-экономическое обоснование возможности строительства многокилометровой плотины, потенциальные потребители с необходимым режимом потребления электроэнергии, пользователи соответствующих объемов водородного топлива, проработка типа гидротурбинного оборудования, а также разработка технологии морских поставок водорода», — объяснили в Минэнерго.

Высокая стоимость

Над строительством Пенжинской приливной электростанции впервые задумались еще в советские времена, а в 80-е годы в районе Охотского моря уже велись активные исследования будущего мегапроекта. Однако разработки ученых тогда столкнулись с очень большой ценой строительства. Даже с учетом относительно крепкого курса рубля стоимость проекта оценивалась почти в $260 млрд. В итоге сейчас цена проекта может возрасти почти в два раза и составить уже порядка $500 млрд, предупредили опрошенные «Газетой.Ru» эксперты.

За реализацию проекта строительства Пенжинской приливной электростанции в середине лета взялась Компания гендиректора «Полюса» Павла Грачева «Н2 Чистая энергетика». Однако, по словам заместителя генерального директора Института национальной энергетики Александра Фролова, без солидных государственных дотации здесь обойтись будет чрезвычайно затруднительно.

«Исходя из очень большой мощности Пенжинской ПЭС 100 гВт даже $500 млрд выглядят не такой уж и большой суммой. Но ведь и эта сумма может оказаться далеко не окончательной, ведь еще есть затраты, связанные с будущим обслуживанием этого проекта. Идея перспективная, даже в Великобритании связывают с ней большие надежды и хотят повысить генерацию с 18 мВт до 11 гВт. Но самая главная проблема в том, что у них, как и у России, на сегодня просто нет достаточных объемов госфинансирования», — подчеркнул Фролов.

Отсутствие рынков сбыта

Еще одной проблемой, с которой может столкнуться проект по возведению трех приливных станций, может стать банальная нехватка иностранных покупателей «зеленого» водорода. В советские времена организовывалось множество экспедиций в район Охотского моря с целью изучения уровней приливов и строительства многокилометровой плотины. Однако найти зарубежных покупателей тогда не удалось, подчеркнули эксперты.

По словам заведующего кафедрой нефтегазового дела и нефтехимии инженерной школы Дальневосточного федерального университета Александра Гулькова, проект сорвался во многом из-за распада СССР, ведь развитие ПЭС рассчитывалось на 20 лет вперед. А для реализации проекта предполагалось даже создать международный консорциум, включая Японию, Китай и Южную Корею.

«В советское время проект оценивался примерно в 100 млрд рублей, доллар был по 43 копейки. Но в регионе тогда, как и сейчас не было почти никакой инфраструктуры, даже дорогу провести к месту строительства ПЭС было тяжело. Учеными не планировалось извлечение водорода из станции, да это вряд ли будет реализовано и в современной России. Сейчас даже в Японии и Китае нет эффективного «зеленого» рынка, так куда тогда вывозить топливо — в США? Это очень дорого и долго», — отметил Гульков.

C ним оказался солидарен и Фролов из Института национальной энергетики. По его словам, в настоящее время только несколько стран отчитались о старте промышленного водорода. Например, Южная Корея недавно начала выработку нескольких тысяч тонн «зеленого» топлива, что является очень незначительной суммой. Весь же мировой рынок водорода сейчас насчитывает только 85 млн тонн.

Логистическая проблема

Даже после завершения строительства приливных станций перед подрядчиками встанет вопрос — что же делать с произведенным водородом. В настоящее время в мире не придумали эффективного способа перевозки «зеленого» топлива. Наиболее вероятным вариантом выглядит транспортировка водорода в сжиженном виде по примеру СПГ, ведь в газообразном этот химический элемент очень летуч и не поддается перевозке, считают эксперты.

По словам Фролова из Института национальной энергетики, сейчас существует идея перевозки не чистого водорода, а продукта его переработки в виде «зеленого» промышленного аммиака. Однако миру совершенно не нужно столь большое количество аммиака.

«Без создания вблизи приливных станций крупных промышленных кластеров, развития электросетевого хозяйства, без понимания рынков сбыта подобные проекты не имеют никакого смысла. Для выработки того же водорода Пенжинской станции вполне достаточно и 20 гВт», — резюмировал Фролов.

Эксперт добавил, что с учетом столь большой мощности Пенжинской ПЭС она могла бы производить от 368 до 400 тВт*час водорода. Это огромная мощность, которая попросту не найдет должного применения. Для сравнения, та же Германия к 2030 году собирается производить только 14 тВт*час водородной электроэнергии.

Промышленная польза

В советское время ученые разрабатывали проект строительства Пенжинской ПЭС для поиска новых месторождений полезных ископаемых, включая золото и другие драгоценные металлы. Иными словами, приливные станции практически никогда не рассматривались в качестве источника электроэнергии. Это было обусловлено нестабильными погодными условиями в районе Охотского моря, его частичного оледенения в зимний период, считают эксперты.

«Использование Пенжинской ПЭС исключительно в виде источника электроснабжения можно сравнить с установкой на Чукоткой множества ветреных станций — это нецелесообразно ввиду их нестабильной работы. Но даже такой вид энергии оказался бы более рентабельным, ведь для создания ПЭС нужны дорогостоящие турбины и оборудование», — объяснил Гульков из Дальневосточного федерального университета.

С ним оказался солидарен и Фролов из Института национальной энергетики. По его словам, приливными станциями к тому же очень сложно манипулировать, планово снижая и увеличивая объемы выработки производимой электроэнергии. Но даже крупные промышленные нефтегазовые предприятия, расположенные вблизи Сахалина, не смогут потребить 100 гВт.

«Использование такого большого количества мощностей колоссально снизит углеродный след продукции, выпускаемой нефтегазовыми проектами Сахалина и Дальнего Востока. Пенжинская станция также будет иметь мощный компенсационный эффект, который поможет российским предприятиям продавать «зеленые» сертификаты на выбросы», — заключил Фролов.

Загрузка