Видимая фига рынка

Рассуждения о несовершенстве дикого рынка и благотворности государственных программ коррекции ошибок механизма, складывающегося из миллиардов индивидуальных действий, подчиняются своим законам. Обыкновенно этих рассуждений много в сфере прогнозов, и касаются они в основном будущих опасностей. Когда же дело доходит до реальности, претворяющиеся в реальные действия рассуждения отчего-то начинают выглядеть сущим идиотизмом. К тому же рынок — феномен лукавый и не лишен своеобразного чувства юмора. Над адептами исправления ошибок рынка он издевается нетривиально. Например, историю изобретателя из Саксонии Кристиана Коха и его замечательного механизма KDV 500, который стал в октябре одним из главных развлечений европейских зубоскалов из желтой прессы, можно смело считать оскорбительно-насмешливым жестом невидимой руки рынка в адрес Еврокомиссии.

В принципе никто в Европе не ждал серьезного роста цен на нефть и энергоносители так, как многочисленные «зеленые».

Логика их рассуждений была весьма проста. С повышением цен на нефть цены на нефтепродукты, а также на электроэнергию и газ, в достаточной степени привязанные к главной мировой цене — цене барреля, также пойдут в рост. Это вызовет к жизни научные исследования в области альтернативных источников топлива и энергии, а также увеличение инвестиций в реализацию соответствующих проектов. Далее, используя политические механизмы и административное давление на бизнес, возможно исправлять ошибки рынка в виде экологически неприемлемых проектов, поддерживая, в том числе на средства налогоплательщиков, строительство экологически чистых электростанций и запрещая разными способами — от Киотского соглашения до безумно сложного и запутанного административного регулирования — то, что выглядит экологически опасным. При цене нефти $12 за баррель, как правило, на создателей электростанций на коровьем навозе и использователей энергии приливов смотрят как на неопасных сумасшедших или, что чаще, как на расторопных любителей государственного финансирования частных интересов. При цене $60 за баррель в этой логике интерес к дорогостоящим и спорным с экономической точки зрения проектам экологически чистой энергии должен расти, а значит, возможностей строить райские зеленые кущи станет больше.

В целом логика таких рассуждений в основе своей является рыночной. Фокус лишь в том, что

реальный объем спроса на дорогую и экологически чистую энергетику, впервые ставший существенным после топливного кризиса 70-х, очевидно, очень сильно преувеличивался.

Всякий, кто видел, например, Голландию из окна самолета в ясную погоду, не может не вспомнить, что основным элементом приморского пейзажа там являются целые поля ветряков, большая часть которых построена под патронатом государства и с его финансовым участием. То есть некоторый спрос и на биотопливо, и на ветроэлектростанции, и на иные подобные вещи есть. Но этот спрос многократно преувеличен государственным вмешательством в механизмы рынка.

Основной надеждой «зеленых» в этой связи являлся рост цен на нефть. Когда наконец эти арабы, нигерийцы и русские в жадности своей доведут главную цену до заоблачных высот, тут будет нам и биодизель, и автобусы на водородном топливе, и электромобили, и зарастут озоновые дыры, и парниковый эффект сменится ледниковым или чем-то таким экологически безопасным, как вегетарианский organic food с индийскими специями.

Не буду утверждать, что 55-летний Кристиан Кох, исходя из его интервью немецкой Bild, с 25-летнего возраста в собственном коровнике изобретающий аппарат для превращения бытового мусора в нефть, сильно рассчитывал на рост цен. Но в принципе от $60 за баррель он мог ждать только самого хорошего. Например, 6 октября комиссар Еврокомиссии по предпринимательству и промышленности Гюнтер Фейхойген заявил, что разработки в области альтернативных видов энергии будут поддерживаться ЕС из собственного бюджета. Речь явно идет об исправлении ошибок рынка.

В принципе само существование Кристиана Коха, уже несколько лет как эксплуатирующего свой аппарат KVD 500 и получающего из него аналог дизтоплива ценой около $0,27 за литр (солярка стоит в ФРГ $1-1,2), подтверждает, что и без государственного вмешательства такие разработки ведутся, но, исходя из реальных масштабов спроса, в основном в коровниках народными умельцами. Ну и, конечно, в государственных лабораториях тоже, но это не в счет: частные лаборатории, движимые голым расчетом, в массе считают эти занятия надуманными, но это ж не повод отказаться от «зеленой идеи»?

Кох вполне бы мог претендовать на грант Еврокомиссии, если бы не корреспондент Bild. В конце концов, если президент Франции Жак Ширак две недели назад публично заправил собственный автомобиль какой-то дурно пахнущей дрянью под названием «биодизель», изготовленной из рапса, то отчего бы KDV 500 не может быть описан популярнейшим изданием ФРГ в качестве спасения от высоких цен на нефть?

Что произошло дальше, неизвестно. Может быть, Кох не понравился корреспонденту Bild, приехавшему в коровник в Саксонии за интервью. Может быть, корреспондент неудачно пошутил. Может быть, он увидел в коровнике Коха нечто эстетически неприемлемое. Но статья вышла под заголовком, утверждающим, что Кох предлагает делать биодизель из дохлых кошек. Четыре дохлые кошки на 100 км автомобильной прогулки — в четыре раза дешевле, чем на заправке Shell. Ура.

Немецкая пресса взвыла от возбуждения. Пересказ интервью с Кохом заполнил на следующий день все желтые издания ФРГ. Как водится, щелкоперы немедленно дополнили его важнейшими подробностями. Например, что восемь-десять дохлых кошек в аппарате Коха можно легко заменить одним трупом нищего. Что живыми кошками тоже можно заправлять бензобаки. Что Кох уже проехал на несчастных животных то ли 110, то ли 170 тыс. км — с тщательным подсчетом того, сколько кошек пришлось изобретателю для этого собрать и почем он мог бы купить дохлую кошку. К середине недели об аппарате, позволяющем ездить на кошках и бомжах, уже сообщал российский телеканал ТВЦ, причем уже на полном серьезе сетовал на арийскую жестокость, нам, русским, невместную. К концу недели Кох прислал в Bild требование об опровержении. Bild, то ли неуклюже извиняясь, то ли продолжая редакционную линию, опубликовал статью «Так возможно ли ездить на дохлых кошках?», снабженную, увы, фотографией анонимного котенка. В статье редакция признавалась, что корреспондент пересчитал энергоэффективность KDV 500 в дохлятину по собственному почину, но не признавала этот пересчет некорректным и неполиткорректным, да и вообще недоумевала, что это Кох завелся. Вторая волна статей о кошках, Кохе и биодизеле идет до сих пор по всему миру, и не исключено, что представители общества любителей животных уже сейчас толпятся у злополучного коровника, желая проверить, не топит ли Кох свой VolksWagen безгласной животинкой.

За этой злобно-веселой полемикой в прессе само изобретение Коха оказалось окончательно утопленным. В принципе чего-то подобного следовало ожидать. Рассказы о чудесном биотопливе в европейских СМИ, активно пропагандирующемся сотнями и тысячами экологически озабоченных чиновников, в последние 20 лет настолько достали европейского обывателя, что адекватной реакцией на очередного изобретателя такой технологии и при цене нефти $120 за баррель может считаться только покручивание пальцем у виска. Скорее всего, после истории с дохлыми кошками биодизель в ЕС еще несколько месяцев будет предметом насмешек, равно как и изобретатели такого рода, к которым, впрочем, претензий нет: они просто занимаются своим делом.

Впрочем, рыночная экономика способна не только на асимметричный медийный ответ на попытки госвмешательства, но и на решение проблемы дорогих энергоносителей.

Так, согласно большинству прогнозов, в том числе прогнозу агентства IEA, к 2025 году доля биотоплива в энергобалансах ведущих стран мира будет существенно сокращаться, равно как и доля ветроэлектроэнергии. А стратегический выбор в энергоносителях мир будет делать между газом и углем: либо поставки газа на мировой рынок из стран Персидского залива в виде LNG, по трубопроводам из России, Алжира, Ливии, Египта и Норвегии, будут резко расширены, либо будут изобретаться более эффективные установки для сжигания угля. Прогнозы также ожидают в случае сохранения относительно высоких цен на нефть стабильный рост числа атомных электростанций — главного пугала всех «зеленых» от Сеула до Марселя, хотя в общем пока человечество не изобрело более экологичного и чистого способа производства электроэнергии, если не брать в расчет явные следствия государственного бардака на Чернобыльской АЭС, в Кыштыме и на Три-Майл-Айленде (три крупных инцидента за всю историю атомной энергетики). Экологического рая не получается, даже в США интерес к строительству АЭС резко возрастает. Можно видеть в происходящем мировой заговор, можно — свидетельство того, что мир идет к концу. Мне же в этом видится лишь подтверждение того факта, что рынок реагирует на все достаточно адекватно, в случае необходимости сметая предрассудки и не позволяя силам «зеленого добра» и союзной социал-демократии превратить Европу в бесконечный адамический луг с редкими кустиками конопли посредине.

Второй бензиновый кризис за последние 50 лет мир преодолевает гораздо более адекватно, нежели первый.

Что же касается пресловутого биодизеля, то и тут невидимая рука рынка демонстрирует ответ почти юмористический. Крупнейших успехов в области производства биодизеля достигли не там, где государство готово поддерживать экологических изобретателей на госсредства уже лет десять, а в Латвии, недавно вступившей в ЕС и пока потратиться на это не успевшей. Сразу несколько латвийских компаний начали в 2005 году строительство производств по изготовлению биотоплива из рапса и сои. Сырье, впрочем, предполагается закупать не у сверхсубсидируемых еврофермеров, а в Белоруссии и на Украине. Внутри самой страны использовать биодизель латыши особенно не спешат: все будущие объемы бурды, аналогичной, с одной стороны, дизтопливу, с другой — самогону, будут ориентированы на рынки Германии и Бенилюкса. Причем уже сейчас компании предлагают европейцам не обольщаться: цены на биодизель будут лишь чуть-чуть меньше цен на обычный дизель.
Что же касается несчастного Кристиана Коха, то его судьба, похоже, незавидна. На прошлой неделе в интервью одной из немецких газет он имел неосторожность заявить: «Кошки при производстве биодизеля мной не использовались, разве что лягушка попала...» Тема лягушек пока осмысливается СМИ — надо полагать, в первую очередь французскими.