2005: Мираж крепчал

Опять год завершил советник президента Андрей Илларионов. Не столько даже символично, сколько пример хороший. Год назад он громко, с эффектом бомбы, назвал все вещи их именами. Его не сняли — не рискнули. Теперь советник снова подвел итоги, уже дежурные, и через неделю был без работы. Тоже вполне дежурно. Формальные обстоятельства его отставки тут не играют роли. В 2004-м — в календарном 2003-м — случился политический кризис. С арестом Ходорковского Россия повернула в никуда. В 2005-м кризис окреп и оформился в новый курс. Все стало как будто проще.

Владимир Путин преодолел полосу тактических провалов. Примирил истеблишмент с делом ЮКОСа и с показательными репрессиями в отношении его владельцев. Ограничил кампанию против бизнеса запугиванием и установлением контроля. У бизнеса отлегло. Погасил протесты против монетизации. Умнее работал в СНГ. Подчинил себе Конституцию, выстроил все инстанции. И даже проблема-2008 им предъявлена как уже решенный ребус. Но успехи эти тоже тактические.

Все внешние проявления кризиса ликвидированы, и он накрепко загнан внутрь.

Вертикаль действует: у российской политики больше нет внутренних ресурсов к развитию и переменам. Их нет в принципе. В легальном пространстве нет ни одного здорового института или политической силы. Даже отдельных игроков (и в этом смысле отставка Илларионова все же знаковая).

С точностью до наоборот: присутствие в легальном поле и есть квалифицирующий признак нелегитимности.

Собственно, это основное, что администрация может себе записать в актив. По итогам года участвовать в думской гонке так же бессмысленно, как апеллировать к суду, когда вас не выпустили на старт. Это тупик. Замкнутый круг подполья.

На смену каким-никаким сдержкам и диалогу пришла идея, что, жонглируя ватными ушными шариками, можно долго с успехом выпускать пар. Изображая политику и полемику, держать окопные рубежи и даже занимать новые, укрепляя влияние и двигаясь вперед. Но это тоже только муляж успеха. Точно так же, как нацпроекты — муляж внутренней стратегии, а энергетическая безопасность — внешней. Говорят, у президента драйв. Что ж, это заметно. И означает лишь, что Владимир Путин, полагая зачистку поляны эффективной концепцией госразвития при высокой цене на нефть, находится в плену иллюзий. Да, сегодня он держится уверенно, даже крепко. Как дерево в степи, которому обрубили крону вместо того, чтобы ухаживать и укреплять. Оставили голый ствол.

Ни одна задача модернизации не решена, и страхи команды Путина никуда не делись. Напротив, по мере осознания успехов они переходили в фазу устойчивой паранойи. Когда уже перестаешь замечать болезнь, и она становится нормой. Социальной психологии этот феномен шизофрении хорошо знаком. Так одни и те же люди открыто выступают против инородцев и всерьез боятся роста ксенофобии в стране.

Владимир Путин строит вертикаль власти, полагается на нее и не доверяет ей точно так же, как в нее ни на йоту не верит нация.

Тут же и якобы решенная проблема-2008. Ведь все равно на хромой козе. Прикинули без уровневой линейки, что вроде примерно сходится. Как троечник у доски стоит с выражением, что заведомо знает любой ответ. Пока что Путин внушил элитам — и это, конечно, много, — что механизм отлажен и все в порядке. Будет преемник с добрым взглядом и мягким лбом, а сам он в отставке будет жать на рычаги из-за угла. Но как это сработает? Надолго ли? Почему будут сидеть тихо силовики? А если случится что-нибудь? Не случится. А рейтинг Путина, стержень вертикали, не передашь как вымпел отличника соцтруда. Это проект карточного домика, а не план. Линия пунктиром. Кризис в упаковке с бантиком.

Не на мелком оперативном уровне, а чуть шире президент все равно не управляет ситуацией. И вряд ли, приступая к разгрому ЮКОСа, он планировал достигнуть таких итогов. Тут, кажется, дело в путанице. Человек, надо признать, решительный, но без багажа и с фобиями, Владимир Путин, не видя разницы, смешивал проблемы государства и свои личные. Успешный лидер полутоталитарной страны, планомерно продвигающейся к катастрофе.