Мысли с мавзолея

Обращение куратора Владислава Суркова к партактиву, вывешенное на партийном сайте, — это агитпроп. Методичка. Потому и вывесили. Пособие по работе в поле для тружеников идеологического фронта. Со всеми издержками, свойственными жанру. Но это, пожалуй, первый официальный документ, в котором открыто декларируется смена ценностей.

Партактиву предложены исторический экскурс, оценка положения вещей, взгляд в будущее, методические установки и указание, кто враги. Все-таки пропаганда — особый жанр. С упрощениями и без рефлексии. Просто чтобы агитатор увереннее себя чувствовал. Поэтому, усиливает или нет оппозицию переход к пропорциональной системе выборов, мы всерьез обсуждать не будем. Или что с назначением губернаторов растет роль партий. Или что низкая зарплата учителей — следствие недоплаченных бизнесом налогов. Либералы в строю с нацистами — звучит эффектно. Уже все выучили.

Сурков доводит до коллег, чтобы те думали головой, учились работать в информационном поле. Звучит логично. Но вот если взглянуть чуть шире. Потому что речь не о просто всяких таких словах или предвыборной агитации.

Вообще, кажется, выборы тут ни при чем. Выборы проведем. Главное — устойчивость вертикали и, соответственно, действующая программа идеологического общественного контроля.

Выстроенная по советской модели, с той разницей, что репрессии в ней заменены обструкцией. Силу силы меняем на силу слова. Ну, это на партийном уровне. А на практике, если надо будет, и прокуратура подтянется.

Вот, к примеру, образование нужно развивать, а там в вузах лекции о России — будто не преподаватели их читают, а общественные организации по посольским грантам. Это, в общем, не шутка, а прямой сигнал властям на местах наводить порядок. Точнее, не сигнал, а санкция. У нас две трети губернаторов в партии. Пусть теперь активнее работают по вопросам патриотизма.

А «постоянные группы по пропагандистскому обеспечению борьбы с политическими противниками» в ключевых регионах — это, значит, будут такие фабрики по дискредитации и скандалам.

Сила слова прежде всего в его объеме. «По мере развития демократии информационная борьба обостряется», — говорит Сурков. Это цитата. Сталинский террор начался с лозунга 28-го года — так называемая хлебная проблема, конец НЭПа — об усилении классовой борьбы по мере продвижения к социализму. Теперь внутренних оппонентов утопят в информпотоке. Размажут по стенке демократическим партийно-общественным судом.

Так будет в жизни. Монопартийная суверенная демократия на среднесрочную перспективу — олигархический реванш и «почти нацисты», с которыми предложено бороться партии, все равно до выборов не доходят по суду. Демократия, происходящая от советской власти и народной волей не давшая утянуть страну в бездну олигархам 90-х. В СССР, сказано, были минусы (проблемы со свободой, справедливостью и компетентностью), но он был крупнейшим модернизационным проектом: нес зачатки демократии, ее декларируя и формулируя в словах. В 90-х же «все основные идеи демократии были искажены». Были и плюсы, но в целом — искажены, и Россия еле выжила.

В отличие от советской, это не черно-белая картина. Не то время. Но доктрина эта на высоком государственном уровне — хоть и на партучебе — кардинально пересматривает взгляд на вещи. До сих пор на деле имела место стихийная ревизия ценностей, но власти подтверждали преемственность политического курса. Слова расходились с жизнью.

Теперь официальная позиция состоит в том, что 90-е — это побочный эффект и недоразумение, а Советский Союз — ранняя историческая форма нынешней государственности и ее политический ориентир.

Все встает на свои места. Начинается новый этап. Эпоху смещения и подмены понятий сменяет эпоха их единственно возможной интерпретации и трактовки.

Ну, к примеру. Вот мы все дискутируем о демократии. То ли ее больше становится, то ли меньше. Устали даже уже. Какой-то бесплодный разговор, он скоро уйдет. От общего понимания, что демократия — это не строй и не система отношений в обществе. Это такая политика властей. «Демократия — это всерьез и надолго», — говорит Сурков. Это уже про тот самый НЭП. Из Ленина.