Оживление праздником

Не люблю Петра Первого за многие из его свершений, но вот перенос нового года с 1 сентября на 1 января – очень мудрый и крайне необходимый в русской действительности поступок.

Потому что 1 сентября у нас так и так праздник – дети в школу пошли, ну или в институт; а если у кого детей нет такого возраста, чтобы они учиться ходили, так по собственной старой памяти этот день – не просто смена месяца, а конец лета и разных там праздных жарких забав; грустно, конечно, слегка, но все ж таки какая-то бодрость вливается новая: вперед, дескать, за дело — такие возникают очень даже положительные эмоции от сосредоточения и жажды самореализации.

Которые, естественно, становятся тем слабей, тем тусклей, чем короче и темней деньки. В декабре существование кажется совершенно невыносимым: на работу – с работы ходишь ночью; а особенно скверно проходят выходные: пока выспишься, пока лениво потянешься – уже чернеет за окном, а организм понимает так: черно – значит, ночь. Спать пора.

Да еще и неприятности всегда происходят в декабре — от мелких, но досадных, до трагических, на всю жизнь.

И, если бы не предчувствие 1 января, перетерпеть декабрь было бы совершенно невозможно.

А так – к концу месяца, во-первых, день начинает потихоньку, но все-таки довольно заметно удлиняться, а во-вторых, начинается эта особенная суета: где встретить? да с кем встретить? да какие подарки придумать, чтоб вышло и недорого, и небанально? и чем кормить гостей? и как распределить по коротким праздничным дням все необходимые визиты к тетушкам, бабушкам, старинным друзьям-приятелям?

И за суетой жуткий декабрь проходит-пролетает быстро, как во сне, тем более что и темным-темно почти все время.

Первое новогоднее утро — второго января – одно из лучших в году. Русский человек выспался и отдохнул, но не после производственного напряжения, которое отдых всегда портит, а после веселого праздника — бесхитростного обжорства и пьянства. Похмельные чувства как-то особенно свежи; голова полна обширных и смелых планов; политики и культуры никакой не существует, в наличии только острые проблемы пищеварения и подступающая временная нищета.

Самые смелые из русских задумываются в этот момент о тщете всего сущего, о быстротекучести времени, обнимают мысленным укоризненным взором всю пробегающую мимо жизнь и дают себе торжественные и страшные клятвы.

Это может быть и обещание бросить курить, и обязательство снизить вес на 42 килограмма, и выучить немецкий язык, раз не получается выучить английский, и не перечить начальству, и не грубить близким, и всегда звонить матери, и найти себе, наконец, достойную работу…

Может, и хорошо, что подавляющее большинство этих обещаний и обязательств никогда не выполняются. Как можно жить в мире, где все худые, работают на хороших работах, звонят матерям и знают немецкий язык? Ну, на то нам и январь, чтобы преодолеть декабрьские ужасы.

Плохо, конечно, что Петр Первый был половинчатый правитель, полуевропейский, полуазиатский. Но именно вследствие его политической нерешительности в церковной жизни России сохранился старый календарь, то есть именно Петру русские в значительной степени обязаны тем, что Рождество Христово празднуется после Нового года, а не перед ним, как у остальных христиан. Это гораздо удобней.

Потому что Рождество – праздник более тихий, чем Новый год, но гораздо более значительный.

Неверующим он дает знак, что приблизился конец каникул и пора притормаживать, чтобы вернуться в производственный ритм без особенного ущерба.

Верующие же приготавливаются к появлению звезды, которая приведет их к Младенцу.