Страна-мавзолей

Мы встали на это путь и с него не свернем никогда. Даже если самая главная мумия страны когда-нибудь не выдержит очередного планового ремонта.

Мумию Ильича отправили на плановый ремонт. Это лучшее, что можно пока сделать с наследием профессора Бориса Збарского, забальзамировавшего вождя мирового пролетариата. Давно уже никто не вспоминает о том, следует или не следует вынести Ленина из мавзолея и предать его останки земле. Ситуация заморожена, точнее, забальзамирована…

С одной стороны, сейчас вспоминать об этих спорах как-то неловко: все-таки они абсолютно абсурдные. Мы же не древние египтяне какие-нибудь, а люди современные, все как один православные и даже отчасти хоругвеносцы. Ну кто ж напоказ мумию выставляет на манер заспиртованных уродцев в Биологическом музее имени товарища Тимирязева?! С другой стороны, вынести тело в самый что ни на есть предвыборный год – значит на ровном месте перевозбудить коммунистов и создать им замечательный информационный повод для пиара.

Поэтому до 2008 года Ильич может спать спокойно. Как, впрочем, и вся страна, на время превратившаяся в полное собрание мумий.

Посмотришь налево: забальзамированная мумия реформы здравоохранения. Направо: в коконах из пропитанной какой-то дрянью ткани маршируют учащиеся и студенты, так и не дождавшиеся реформы образования. По центру – восстают из ада мумии пенсионеров, не обнаружившие денег на своих накопительных пенсионных счетах. Чуть поодаль маршируют, словно бы затянутые по самую макушку в одну большую портянку, не дождавшиеся профессиональной армии призывники. Прямо-таки кинофильм «Мумия», как если бы он был снят в эпической манере Сергея Бондарчука. А вот со страшными криками наступают полчища не охваченных административной реформой чиновников: все замотаны в рулоны баксов, склеенных по рецепту профессора Збарского. Это – «Мумия возвращается».

Мумифицированная, забальзамированная страна ложится на плановые профилактические работы (в девичестве — нацпроекты), чтобы пролежать без движения в Мавзолее с лужковскими башенками на крыше как минимум до парламентских выборов, чтобы потом в зомбированном состоянии проголосовать сразу за три объединенные и социально справедливые партии.

Страна, ее основные фонды, инфраструктура и прочие, как теперь модно говорить, генерирующие мощности стали похожи на тело Владимира Ильича Ленина. Предать инженерную и прочую инфраструктуру (останки вождя) земле как-то хлопотно. Нужно реформы проводить. Да и от неосторожных прикосновений все это хозяйство может рассыпаться в прах. Поэтому лучше не будить мумию, пока она тихо лежит. И латать дыры (в инженерной и прочей инфраструктуре и в теле Ильича) старыми дедовскими методами (по рецепту профессора Збарского). Латать как минимум до выборов, а там посмотрим. Глядишь, после 2008-го и тело земле можно будет придать, и пару-тройку реформ провести. Если только традиции плановых ремонтов не затянут и не станут привычными до такой степени, что от них не удастся отказаться.

Устойчивое словосочетание «после 2008-го года» стало лейтмотивом нашего сегодняшнего существования.

На этот рубеж весь российский народ смотрит с такой же надеждой, как весь советский народ смотрел на год широко объявленного наступления коммунизма. И что же – коммунизм обернулся натуральным спортивным состязанием под названием Олимпиада--80, в ходе которой сборная СССР по футболу проиграла в полуфинале команде ГДР со счетом 0:1. (И кстати, скорее всего, потому, что в ее составе были сплошные грузины и украинцы, а на воротах вообще стоял татарин.) Так и 2008 год обернется разочарованием: мы его пройдем – а ни тебе коммунизма, ни Олимпиады на территории Российской Федерации. Ни капитализма, кстати, говоря. Придется снова ждать — до 2012 года.

Ожидание перемен после 2008 года – это все равно, что ожидание загробной жизни. Почему-то считается, что все должно удивительным образом преобразиться, стать «вокруг голубым и зеленым». Но почему? Что, после 2008-го Россия перестанет неистово бороться за статус «энергетической сверхдержавы», смысл существования которой – ни в коем случае не подписывать Энергетическую хартию, ибо там – яд? Нашими «врагами» перестанут быть молдавские и грузинские вина, латвийские шпроты и какой-нибудь пока еще не выбранный г-ном Онищенко продукт польского товаропроизводителя типа «Выборовой» с пестицидами? К тому же скорее всего мы увидим все те же физиономии привычных нам политических деятелей эпохи двух президентских сроков В.В. Путина, только несколько иначе расположенные на политической карте страны.

Президент Медведев, премьер Иванов. Президент Иванов, премьер Медведев. Президент Матвиенко, премьер Медведев и сменяющий его премьер Иванов. И другие, не побоюсь этого слова, официальные лица.

В иные баснословные времена нефтедолларовой зависимости о переменах догадывались по расположению высших чинов на трибуне Мавзолея. Так и после 2008 года произойдут невидимые миру изменения на той же самой трибуне, комментировать которые продолжат привычные поясные мишени, они же говорящие головы профессора Доуэля – от Андраника Миграняна до Сергея Маркова. Не считая ряда западных политологов, посещающих мероприятия под названием «Валдай».

Потому что наша страна и есть Мавзолей. Мы встали на это путь и с него не свернем никогда. Даже если самая главная мумия страны когда-нибудь не выдержит очередного планового ремонта.