Русь в мини-юбке, кокошнике и парандже

Регулирование дресс-кода на государственном уровне в такой мультикультурной стране, как Россия, становится политическим вопросом

Трое достойных мужчин — Владимир Путин (премьер-министр, представитель светской России), Рамзан Кадыров (глава Чеченской Республики, представитель России мусульманской) и Всеволод Чаплин (протоиерей, руководитель Синодального отдела по взаимоотношениям РПЦ и общества, представитель православной Руси) — затеяли невольный заочный спор о том, как надлежит одеваться женщинам.

На самом деле это спор не об установлении правил женской моды, а о том, какой страной в бытовом и даже политическом смысле должна быть Россия — светской западной демократией или квазирелигиозной восточной деспотией.

Причем Путин, в политике склонный к авторитаризму, в данном случае оказался защитником либеральных взглядов, а Чаплин с Кадыровым — консервативных.

Владимир Путин в интервью очень специальному корреспонденту мужского гламурного журнала GQ Наоми Кэмпбелл разоткровенничался по поводу эротического календаря студенток журфака МГУ, словом и телом поддержавших российского премьера: «…в России, думаю, особенно модно критиковать людей у власти. Если выступаешь в поддержку кого-нибудь вроде меня, тебя обвинят в попытках снискать милость. Девушки в эротическом календаре повели себя храбро, они не испугались. Будучи студентками журфака, они не могли не понимать, что им могут сказать после публикации календаря. Тем не менее это их не остановило, и они все равно подготовили календарь. Так что, честно говоря, именно это мне и понравилось больше всего». Одному из ближайших друзей Путина среди политиков Сильвио Берлускони, как мы знаем, тоже нравятся подобные смелые девушки, только не студенческого, а старшего школьного возраста.

Рамзан Кадыров в политической поддержке девушек явно не нуждается. У него другой интерес. Во время записи передачи «Нереальная политика» с Рамзаном Кадыровым в Грозном ее ведущая Тина Канделаки рассказала, что, когда они ехали в республику, решили соблюдать установленные в Чечне правила внешнего вида. «Вы соблюли наши правила? По внешнему виду?» – иронично спросил Кадыров. И сам же ответил: «Нет, не соблюли Вы абсолютно. Вы слишком вызывающе одеты, поэтому я стараюсь не смотреть на Вас. Вы красивая». На замечание второго ведущего программы Андрея Колесникова, что Канделаки сделала все, что смогла, «и нельзя требовать от нее невозможного», Кадыров ответил: «Хорошо, что Вы старались, а то бы могли вообще по-другому одеваться». И добавил (говоря о себе в третьем лице): «У Кадырова есть правило: я мусульманин. Я могу у себя дома диктовать свои правила. Люди путают. Есть офисная одежда, форма. Я говорю: если на работе женщины будут ходить полуголыми, то у мужчин не получится там работать. Я на них буду смотреть и днем и ночью, буду думать, как бы их «салам алейкум», и для меня забота, работа будут на десятом плане. Поэтому, если женщина на работе, она должна соответствовать: она должна носить платок, она должна носить одежду закрытую, чтобы не все было видно. Если бы у нас в России соблюдали форму одежды, как раньше...»

Про необходимость соблюдения формы одежды некоторое время назад заговорил, вызвав большой резонанс, и протоиерей Всеволод Чаплин. По его мнению, слишком вызывающе одетые женщины сами провоцируют мужчин на изнасилование, и не худо бы ввести в стране дресс-код. Причем и для мужчин, и для женщин.

По части жесткости дресс-кода современные корпорации могут дать фору любой церкви, а также армии, флоту и другим сферам человеческой деятельности, где традиционно существует униформа. Но

если регулировать правила ношения одежды законами на государственном уровне, особенно в такой мультикультурной стране, как Россия, это уже становится чисто политическим вопросом.

Недаром во Франции идут такие ожесточенные споры о праве мусульманских женщин носить традиционную одежду в офисах. И аргументы тех, кто категорически против этого, вполне понятны: Франция по конституции — светская страна. В быту представители всех конфессий имеют полное право одеваться, как им вздумается или как велят их религиозные традиции. Но в публичных местах и офисах они прежде всего граждане Франции, а потом уже мусульмане, христиане или буддисты. Это очень серьезный вопрос — вы живете в стране, в социуме или только внутри своей конфессии. Когда речь идет о гражданских и сугубо светских правах, представители всех религий очень хотят пользоваться ими в полном объеме. Однако соблюдение некоторых светских правил в быту и одежде почему-то вызывает у них пламенный религиозный протест.

Для России проблема попыток установления государством правил одежды еще более взрывоопасна. По той простой причине, что в отличие от Франции Россия – недоучрежденная страна: она находится в стадии становления на обломках атеистической авторитарной советской империи. Конституционно проблема вроде бы решена однозначно: Россия светская демократическая республика, и уже поэтому любой ее гражданин, независимо от пола и местонахождения (за исключением храмов, мечетей и других культовых сооружений, где, естественно, действуют внутриконфессиональные правила), может носить все что угодно. Но, если мы начнем устанавливать в регионах с доминированием мусульманского населения одни правила одежды, а в регионах с другим составом населения другие, это верный и короткий путь к распаду страны. Пожалуй,

правила одежды в таких сложносоставных странах, как Россия, — одна из тех сфер, где государству лучше просто «ничего не трогать руками».

Чтобы было нагляднее, представьте себе девушку в мини-юбке, кокошнике и парандже на улице Грозного, Москвы или Тамбова. Пожалуй, это зрелище пострашнее двуглавого орла…