Послевоенная реконструкция\Колонка Панюшкина

Три дня назад в эфире радио «Эхо Москвы» весьма достойные люди, члены Общественной палаты обсуждали грядущую работу этого органа. Ведущая спрашивала, почему, дескать, в Общественную палату не вошли известные правозащитники. Почему не вошли, например, члены общества «Мемориал» или Сахаровского фонда. Она спрашивала и получила ответ.

Член Общественной палаты, профессор Московского архитектурного института Вячеслав Глазычев отвечал в том смысле, что известные правозащитники зациклились как-то в своем правозащитном пафосе. А потому – неконструктивны. Например, известные правозащитники имеют обыкновение кричать, что на Кавказе, дескать, десять лет идет война, тогда как на самом деле война там давно уже завершена победою, давно уже началось мирное строительство, и кричать «остановите войну» неконструктивно.

— Пока не снимет Сахаровский фонд лозунг со своей стены, что десять лет идет война, — говорил господин Глазычев, – война и будет продолжаться.

Дело в том, что на здании Сахаровского фонда в Москве висит плакат, напоминающий всякому прохожему, что в стране идет война.

— Слова стреляют больше, чем пули, — продолжал господин Глазычев. — Я считаю, что правозащитные организации должны вести себя гораздо чувствительнее… Пора уже говорить о послевоенной, постконфликтной реконструкции…

Иными словами, господин Глазычев предлагал всякому гражданину России стать чувствительнее к историческому моменту, прекратить говорить, будто на Кавказе идет война, и начать говорить, что на Кавказе послевоенная реконструкция.

Вячеслав Глазычев, повторяю, достойнейший человек, профессор, настоящий интеллигент, его суждения об архитектуре и дизайне крайне тонки, точны и интересны. Полагаю, его суждения о жизни тоже существенны, и, уж во всяком случае, я не могу их игнорировать.

Итак, на Кавказе послевоенная реконструкция.

В рамках послевоенной реконструкции, стало быть, каждый день взрываются в Чечне бомбы. В рамках послевоенной же реконструкции позавчера в Ингушетии был бой, а президент Ингушетии (не иначе как наслушался господина Глазычева) утверждал, будто боя нет.

Вчера был еще один бой в рамках послевоенной реконструкции.

Сегодня в рамках послевоенной реконструкции вооруженные люди захватили город Нальчик.

В рамках послевоенной реконструкции атаковали погранотряд и убили как минимум одного военнослужащего.

В рамках послевоенной реконструкции атаковали здание ФСБ и отделение милиции.

В рамках послевоенной реконструкции захватили и ограбили оружейный магазин.

Некоторые источники сообщают, что в рамках послевоенной реконструкции вооруженные люди ворвались в школу № 5 и пытались захватить в заложники детей.

Полномочный представитель президента Дмитрий Козак сообщил, что в рамках послевоенной реконструкции вооруженные люди захватили третий отдел УВД Нальчика и удерживают там заложников.

Еще в рамках послевоенной реконструкции горит в Нальчике как минимум три многоэтажных жилых дома.

На улицах, по сообщениям очевидцев, много военных и милиции. Бои идут в разных частях города, тоже, видимо, в рамках послевоенной реконструкции.

Наконец, в рамках послевоенной реконструкции город покидают мирные жители.

Они, мирные жители, вероятно, просто не чувствительны, как не чувствительны Сахаровский фонд и «Мемориал». Они, мирные жители Нальчика, не слушали, наверное, как уважаемый человек, профессор и член Общественной палаты, Вячеслав Глазычев русским же языком сказал в эфире «Эха Москвы», что войны нет, а есть послевоенная реконструкция.

Они не знают, что если в городе взрывы, пожары, стрельба и захватывают заложников, то это послевоенная реконструкция. Они, глупые, нечувствительны к изменяющимся историческим реалиям и думают, будто если стреляют, захватывают заложников и жгут дома, то это — война.

Потому и бегут. А Вячеслава Глазычева нет рядом, чтоб образумить их и успокоить.