От редакции

«Единая Россия» и Медведев вряд ли помогут друг другу
«Единая Россия» и Медведев вряд ли помогут друг другу
ИТАР-ТАСС

Союз по принуждению

Навязанное Медведеву руководство ЕР — тягостная общественная нагрузка, прилагающаяся к премьерскому посту

«Газета.Ru»

Популярность «Единой России», согласно опросу ВЦИОМ, падает. Замена Путина на Медведева в главном партийном кресле вряд ли добавит партии власти народной любви.

Действующий президент и будущий премьер Дмитрий Медведев с максимальной вероятностью станет не только председателем партии «Единая Россия», но и ее членом. Это новация, поскольку в последние четыре года ЕР руководил Владимир Путин, членом партии не являвшийся. Медведев даже косвенно покритиковал за это патрона в телеинтервью трем федеральным каналам, РЕН-ТВ и «Дождю», сказав: «Если он (председатель) в нее по каким-то причинам не вступит, он в определенный момент начнет разделять себя и партию. Это возможно для каких-то должностей, например президентских, но в принципе это неправильно. Поэтому я считаю, что председатель партии должен быть членом партии».

Такая критика могла бы стать признаком принципиальных разногласий двух ведущих государственных деятелей в стране, где политическая система выстроена по канонам западных демократий.

В нашем случае это выглядит как рядовое, хоть и кокетливое, объяснение функционера, почему он принимает роль, не приносящую очков ни ему, ни партии, которую он вот-вот возглавит и в которую вот-вот вступит.

«Единая Россия», правда, не очень-то и партия. То есть партийная структура в ней есть, и внешние атрибуты тоже имеются. В рамках симулятивной демократии это имеет некоторое пропагандистское значение. Однако на самом деле она является лишенным выраженной политической идеологии инструментом, удобным для начальства. Поэтому вопросы о том, входит в ее состав председатель или нет, решаются, исходя из текущей конъюнктуры.

Лидер правящей верхушки у нас один — это Владимир Путин. Вешая на Медведева «Единую Россию», а на «Единую Россию» Медведева, он остается «надпартийным». ЕР при этом отводится место приводного ремня в проведении решений, нуждающихся в формальном политическом обосновании, например, в парламенте. Вот и все удобство.

То, что ремень от эксплуатации перетирается, понятно. Мини-скандалы вроде ухода из ЕР ее бывшей звезды Любови Слиски и претендовавшего на роль партийного идеолога Алексея Чадаева это демонстрируют. Однако, видимо, такая порча находится для лиц, принимающих решения, в рамках допустимого. В конце концов, основной массе функционеров должно быть все равно, какими формальностями обставлен процесс: они в любом случае знают, кто хозяин.

Однако более тревожным сигналом для желающих до бесконечности продолжать пользоваться этим удобным инструментом является постепенно растущая потеря доверия граждан к нему.

Опрос ВЦИОМ показывает, что за последние 4 года число разочарованных ЕР более или менее стабильно возрастает.

Притом что большинство респондентов так и не могут внятно обозначить, каков же курс ЕР, в последнее время выросло число полагающих, что этот курс — воровство и удержание власти любой ценой. И равное количество респондентов уверяют, что ЕР — партия заботы о народе и, напротив, что это «партия жуликов и воров».

Понятно, что пригодность ЕР как управленческого инструмента полностью зависит от авторитета одного только человека — Владимира Путина. Его формальная отстраненность никого не обманывает. Маневры с превращением Дмитрия Медведева в председателя партии в ближайшее время не удалят ЕР от новоизбранного президента и не сделают ее в меньшей степени «партией начальников». То есть многие граждане по-прежнему будут считать ее организацией, куда следует обращаться для решения личных практических вопросов по тому же принципу, по которому в Советском Союзе адресовались в парткомы. И именно с таким положением могут связывать будущность этой структуры ее функционеры.

Проблема заключается в том, что и симулятивная демократия должна проводить выборы на разных уровнях власти. Иначе теряется смысл симуляции, дорогостоящей и неприятной для не слишком высоко ставящих выборные процедуры бюрократов и обслуживающих их политтехнологов. И для этой процедуры ЕР как инструмент становится все менее пригодным.

Это показывают местные выборы, где открытая принадлежность к партии становится скорее недостатком, чем преимуществом. Поэтому нельзя исключать, что в среднесрочной перспективе, когда дело дойдет до «больших выборов», встанет вопрос о замене ржавого инструмента ЕР на другой — какой-нибудь «общенародный фронт». По сути, подобная организация ничем не будет отличаться от ЕР, но ее можно будет выдать за новую.

Это, впрочем, перспективы. И определять общую стратегию будет не новый председатель партии, а «надпартийный» Владимир Путин. Ровно до тех пор, пока он сохраняет достаточно высокий авторитет, граждане примут любое решение касательно партии власти.