От редакции

Путин утвердил правительство дублеров: многие новые министры ранее работали на постах замов
Путин утвердил правительство дублеров: многие новые министры ранее работали на постах замов
РИА «Новости»

Правительство дублеров

Народным хозяйством будут руководить из Кремля

«Газета.Ru»

Судя по кадровому составу нового правительства, оно будет техническим, реальные решения будут приниматься в администрации президента, а у Медведева вряд ли будет больше влияния, чем у путинских премьеров, начиная с 2004 года.

Тандем сдержал обещание: состав правительства и в самом деле существенно обновился, причем многих новых министров широкая публика не знает ни в лицо, ни по имени. На новизне очевидные достоинства медведевского кабинета исчерпываются: ни по составу, ни по распределению ролей он явно не является правительством реформ. В нем нет ни одного человека калибра Алексея Кудрина, имеющего одновременно четкие профессиональные взгляды и аппаратный вес, позволяющий конвертировать их в политические решения.

Оставшийся единственным первым вице-премьером Игорь Шувалов занимал тот же самый пост и в правительстве самого Путина, но за долгие годы не показал ни малейших способностей активно воплощать в жизнь реформаторские идеи. Как, впрочем, не демонстрировал он и самих идей, несмотря на давнюю репутацию либерала. С точки зрения аппаратного веса в путинском кабинете первый вице-премьер Игорь Шувалов уступал отправленному в отставку простому вице-премьеру Игорю Сечину.

Явный недостаток влияния будут испытывать и другие члены нового кабинета, которых, с поправкой на реалии искаженной российской политической системы, можно считать реформаторами либерального толка — речь идет о вице-премьере Аркадии Дворковиче (он будет курировать ТЭК, промышленность и сельское хозяйство) и министре по связям с открытым правительством Михаиле Абызове.

Сама эта должность министра без портфеля выглядит обычной медведевской имитацией – на сей раз привлечения к работе кабинета независимых экспертов.

Положительно можно оценить два ключевых экономических кадровых решения – сохранение Антона Силуанова во главе Минфина и назначение Андрея Белоусова министром экономического развития. Но, при всем уважении к их профессиональным достоинствам, очевидно, что им предстоит играть сугубо технические роли. Вряд ли они смогут определять идеологию реформ или отстаивать свои позиции в случае несовпадения взглядов не то что с президентом, но и с премьером (что с успехом делал тот же Кудрин в кабинете Фрадкова).

Позитивной оценки заслуживает и то, что Путин и Медведев не стали оставлять самых непопулярных министров старого кабинета: главу Минобрнауки Андрея Фурсенко, Минздравсоцразвития Татьяну Голикову и МВД Рашида Нургалиева.

Замена последнего на главу ГУВД Москвы Владимира Колокольцева может даже отчасти трактоваться как уступка общественному мнению — по крайней мере, Колокольцев пока имеет репутацию «честного полицейского», крайне редкую в России. А оставлять в должности Нургалиева после непрекращающихся скандалов с произволом и насилием полиции по всей России было бы слишком вызывающе.

Относительный энтузиазм вызывает «награждение» 64-летнего полпреда в Дальневосточном округе Виктора Ишаева еще и министерским портфелем для развития Сибири и Дальнего Востока. Это можно расценивать признаком отказа правительства от создания гигантского коррупционного пылесоса — госкорпорации по развитию сибирско-дальневосточных земель.

Есть назначения, которые действительно выглядят подарком. Как, например, кресло главы Минсельхоза Николаю Федорову, который сводил так и оставшуюся невостребованной программу путинского Общероссийского народного фронта. Конечно, Федоров долгие годы возглавлял сельскую Чувашию, но вполне либеральному и грамотному юристу правильнее было бы найти другое применение в правительстве.

Но командующий коровами юрист кажется менее экзотическим кадровым решением, чем поставленный рулить культурой единоросс Владимир Мединский, известный своими весьма своеобразными взглядами на историю и культуру.

В целом качество нового кабинета достаточно точно, с присущей ему осторожностью в политических высказываниях охарактеризовал Алексей Кудрин: «Хочу пожелать успехов новому правительству. Ему предстоит тяжелая, часто неблагодарная работа. В нем есть много достойных персоналий. Однако не могу не отметить, что это технический кабинет. Это не правительство прорыва. У меня большие сомнения в том, что оно сумеет адекватно ответить на все вызовы, стоящие сегодня перед Россией».

В реальности можно обсуждать лишь то, насколько эффективным проводником воли Путина и кремлевской администрации станет кабинет Медведева или кем из его членов можно будет наиболее эффектно для власти пожертвовать в случае почти неизбежных экономических и политических потрясений в стране. Это явное правительство политических дублеров, людей второго эшелона, у которых нет и не будет ни реальной власти, ни возможностей ее приобрести.

Вице-премьеру Аркадию Дворковичу как куратору ТЭКа будет весьма непросто контролировать «Роснефть» или «Газпром». А заявление премьера Медведева, что приоритетами правительства являются улучшение инвестиционного климата и реформирование госслужбы, даже текстуально совпадает с тем, о чем говорило правительство еще в 2000 году, когда Путин только стал президентом. В любом случае

Путин четко дал понять, что не намерен отказываться от практики формирования технических кабинетов и не позволит правительству играть самостоятельную роль при президенте.

Неслучайно впервые в новейшей истории России Путин едва ли не первым своим указом после инаугурации детально расписал экономические поручения правительству чуть ли не на шесть лет вперед, а некоторые по срокам даже выходят за рамки шестилетнего срока и относятся к 2020 году.

Это вкупе с объявленным сегодня составом кабинета позволяет предсказывать, что реальное правительство будет не в Белом доме, а в Кремле. Карт-бланш на любые действия, как и все аппаратные ключи, останется в руках Путина и президентской администрации.